Популярность. Дневник подростка-изгоя - Майя ван Вейдженен

– Привет, Леон.

– Выглядишь сегодня прекрасно.

– Спасибо.

Он уходит искать книгу про волков. Мисс Корбейл ждет, пока я обращу на нее внимание, и подзывает к себе.

– Майя, ты заметила, что Леон каждый раз подходит и говорит тебе, что ты хорошо выглядишь?

Я киваю.

– Я хочу убедиться, что ты не чувствуешь себя из-за этого неуютно. Я знаю, он говорит так из-за своего аутизма. Ты многое знаешь об аутизме, потому что у тебя сестра, и… если тебя это смущает, если вызывает дискомфорт, скажи мне. Я поговорю с ним о его… привязанности, – она грустно улыбается. – Очевидно, что он к тебе неравнодушен. Так что если он выйдет за рамки, дай мне знать.

Я стою перед ней и смотрю на нее, а потом перевожу взгляд на зеркало на стене. Я вижу там маленькую девочку с хвостом набок, которая прижимает к груди стопку книжек. Я знаю, что у Леона аутизм. И я благодарна, что мисс Корбейл заботится обо всех учениках в ее библиотеке. Но внезапно что-то опускается у меня внутри.

Я возвращаюсь к полкам. Леон поднимает на меня глаза.

– Привет, Майя.

– Привет, Леон, – отвечаю я.

– Выглядишь превосходно, – говорит он. – Выглядишь замечательно. Выглядишь прекрасно.

– Спасибо.

Я закрываю глаза. Я понимаю, почему мне так больно. Я была слишком слепа, чтобы предположить, что, возможно, единственная причина, по которой он считает меня красивой – это его аутизм.

Среда, 19 октября

После уроков, когда у школьного хора репетиция, все волейболистки в слезах. Их обычно безупречные волосы растрепаны, а макияж размазан. Учитель объявляет, что Джулину, их партнершу по команде, забрали домой с восьмого урока, потому что ее отец внезапно скончался от сердечного приступа.

– Я поверить не могу, что он умер, – плачет одна.

– Он был мне почти как отец, – всхлипывает другая, которая плачет сильнее всех. – Он был самым замечательным.

Я стою рядом и чувствую себя лишней. Джулина ничего не сделала, но теперь у нее новый статус. Она – та девочка, у которой умер папа. Я понимаю это, потому что долгое время была девочкой, у которой умерла сестра. Ариана умерла, когда мне было шесть, на девяносто девятом дне своей жизни.

Двухлетнего Броди и меня отвели к соседям, когда мама и папа в спешке повезли Ариану в больницу. Я клянусь, что точно знаю, в какой именно момент ее больное сердечко перестало биться. Я прыгала на соседском батуте, как вдруг, вот так, в прыжке, время остановилось. Я чувствовала это. Что ее не стало. В этот момент я перестала быть смелой самоуверенной первоклассницей и стала тревожным пугливым интровертом, кем и остаюсь по сей день.

Броди, Ариана и я

В школе, пока все плачут и перешептываются, я задумываюсь, какой этот момент сделает Джулину.

Четверг, 27 октября

В честь приближения Хэллоуина мне кажется уместным поделиться с вами отдельными наблюдениями о нашем районе:

• Нам виден дым из Матамороса в Мексике, когда там полыхают пожары из-за войн с наркодельцами;

• Я почти уверена, что наш сосед закопал у себя в саду труп – он всегда поливает один и тот же участок травы на газоне;

• По соседству с нами живет поклонница моего братишки. Она провожает его от автобуса и стоит под окнами нашего дома, даже когда там никого нет. Ей всего-то пять лет;

• Подозреваю, у нас есть и торговец наркотиками. Слишком уж много дорогих машин и ночных гостей. В целях собственной безопасности не буду говорить, кто он и где живет;

• Собаки у нас лают ночами напролет. Не считая ночей, когда проходят оглушительные караоке-вечеринки под музыку rartchera. Это безвыигрышная ситуация;

• Неделю назад в соседском гараже я видела жука-щелкуна с человеческий рост. Мне до сих пор снятся кошмары;

• Спандекс. Много, много спандекса;

• «Лежачие полицейские» здесь называются «ухабы». Наш дом стоит сразу за знаком «ухаб»;

• По ночам то и дело слышатся громкие всплески музыки и помехи, но не стоит беспокоиться, это просто продавец кукурузы хочет продать вам что-нибудь съестное;

• Бесхозный цыпленок весь день гуляет по улице сам по себе. Я назвала его Малыш Сандоваль.

Пятница, 28 октября

– Ты действительно это сделаешь? – спрашиваю я маму, примостившись на раковине в ванной. Она только что надела просторную футболку, которая осталась у нее от прошлой жизни (до детей), когда они с папой были нищебродами-документалистами и путешествовали по миру. Она расчесывает седеющие волосы, которые спадают ей на плечи.

– О да, – твердо отвечает мама, но мне слышна еле заметная дрожь в ее голосе. Раньше она никогда не красила волосы. Но сейчас Хэллоуин, и если дела примут плохой оборот (волосы обесцветятся или вообще вылезут), всегда можно выдать это за элемент костюма. – Тысячи женщин красят волосы, – повторяет она третий раз за пятнадцать минут. – Это не может быть так уж плохо. – Она делает глубокий вдох и зачитывает вслух: – «ОСТОРОЖНО: НЕ ПРИМЕНЯТЬ ДЛЯ ОКРАСКИ БРОВЕЙ И РЕСНИЦ, ПРИВОДИТ К СЛЕПОТЕ».

Ай-яй-яй.

Полчаса спустя мама смотрит на себя в запотевшее зеркало.

– Ой-ой, – говорит она. – Похоже, я покрасила себе уши.

– Просто фантастика, – отвечаю я.

Мама примеряет разнообразные прически, явно довольная собой. Порывшись в одном из ящиков, она находит небольшой коричневый косметический карандаш.

– На Хэллоуин я наряжусь Фридой Кало, – заявляет она, рисуя себе на лбу монобровь.

– А что насчет усиков, мам? У Фриды Кало были усики.

– А ведь верно, – со смехом она подрисовывает себе волоски над верхней губой.

– А-А-А! Ты выглядишь, как МУЖЧИНА! Это так неправильно! – кричу я. – Остановись!

Она смеется низким голосом.

Я зарываю лицо в ладонях.

Открывается входная дверь, папа весело приветствует нас, и я сразу же понимаю, что он что-то задумал. Он шумно поднимается наверх и со зловещей улыбкой просовывается в ванную.

Его волосы стянуты на затылке в хвост.

У мамы на лице волосы, как у мужика, а у папы хвост, как у девчонки.

Папа уставился на маму, а она на него. Они устремляются друг другу навстречу и целуются. Я сбегаю. Это все так сбивает с толку. Есть какие-то вещи, за которыми просто нельзя заставать своих родителей.

Понедельник, 31 октября

В этом году на Хэллоуин я решила быть Бетти. Не Бетти Корнелл, а совершенно другой, но тоже важной для меня Бетти. Бетти Суарес, также известной как дурнушка Бетти. Это яркая, уверенная, знающая себе цену латиноамериканка с брекетами и уникальным чувством стиля. Мы с мамой за лето посмотрели все четыре сезона и стали большими поклонницами этого сериала.