Похититель вечности - Джон Бойн

Честно говоря, я не был в этом уверен, но не собирался говорить ему об этом. Я доверял ему. И верил в то, что он и в самом деле знает этот бизнес.

— Думаю, справишься, — сказал я. — Да, и вот еще что…

— Да?

— Ли Хокнелл.

— А… — Томми в некотором замешательстве кивнул. Упоминание о Ли вызвало воспоминания о его передозировке.

— Я тут поболтал с ним недавно, — продолжал я. — Он больше не занимается тем давним делом, слава богу. Твоя небольшая стычка со смертью немного напугала его, полагаю. Но я предложил ему работу штатного сценариста. Что ты об этом думаешь?

— Но почему? — с удивлением спросил он. — Разве ты не хочешь от него избавиться?

Я пожал плечами:

— Не знаю. Его отец был мне хорошим другом. Я многим ему обязан. Тем не менее, я сказал Ли прямым текстом, что если он хоть раз еще упомянет обстоятельства смерти его отца, я… ну, в общем, убью его.

— Сказал ему что?

Я засмеялся:

— Разумеется, я не собираюсь этого делать. Но он–то этого не знает. Как бы то ни было, он сознает, что мы не имеем отношения к смерти его отца, так что он вполне всем доволен. Просто немного напуган. Подозреваю, он воспользуется этим местом как трамплином для будущей карьеры. Может, это и к лучшему. Просто поглядывай на него построже. Он ведь еще совсем мальчик. Его легко напугать. — Томми рассмеялся и недоуменно покачал головой. — Ладно, продолжим, — сказал я. — О работе. Так что скажешь?

Томми посмотрел в пол, покачал головой и улыбнулся.

— Ты очень необычный человек, дядя Мэтт, — сказал он. Я рассмеялся.

— Возможно. Ну так да или нет? Или тебе нужно время подумать?

— Нет, — ответил он, и я на миг разочарованно удивился. — Мне не нужно думать. Мой ответ — да.

Вторая встреча. Я заглянул в кабинет Кэролайн в обеденный перерыв; она стояла посреди комнаты, озираясь в замешательстве, словно что–то потеряла и не могла вспомнить, что именно.

— С вами все в порядке? — спросил я. Кэролайн обернулась, удивленно прижав руку к груди.

— Я не видела, как вы вошли, простите. Да, все в порядке. Я просто хотела убедиться, что ничего не забыла.

— Ну да, — сказал я. — А вы куда–то собираетесь?

— Конечно, — радостно сказала она. — Целая неделя отгулов, к тому же.

— Да, для кого–то это неплохо, — ответил я, указав на кресла. — Давайте присядем на минутку, не возражаете? — Она уставилась на меня, будто опасаясь худшего, и опустилась на краешек стола. — Что вы делаете на Рождество? — спросил я, пытаясь завязать разговор. — Поедете к отцу?

— Боже, нет, — нахмурившись, ответила она. — Вы не поверите, но он женится на какой–то малышке на Бермудах. Я хочу сказать, я ей в матери гожусь. Понятно, что она с ним из–за денег. Сомневаюсь, что ради его прекрасной фигуры, верно?

— Этого я не знаю, — ответил я, понимая, что не стоит говорить, что это для меня не новость. — Возможно, это любовь, — добавил я, просто чтобы позлить ее. Нехорошо с моей стороны, я знаю, но что уж тут поделаешь.

— Вообще–то я собираюсь к матери, — продолжала она. — Она способна свести меня с ума за пятнадцать минут, но если я не приеду, она останется одна со своими кошками. К тому же она вполне может сунуть в духовку вместо индейки свою голову.

— Зачем ей совать голову в индейку? — спросил я. Кэролайн мрачно посмотрела на меня. Я откашлялся и продолжил: — Хорошо. Послушайте, я хотел поговорить с вами до вашего отъезда. — Я долго раздумывал, есть ли смысл устраивать эти встречи в канун Рождества: я понимал, что одна из них должна закончиться хорошо, а вторая, возможно, нет. Даже вот этот разговор может пройти хорошо, подумал я, хотя навряд ли. Но для меня было важно закончить все дела до Рождества. — Стало быть, вы разговаривали с отцом? — уточнил я.

— Да, конечно. Неделю назад. А что?

— Ага. А после этого — нет?

Она с подозрением посмотрела на меня, отошла от стола и села в кресло.

— Нет, а почему вы спрашиваете?

— Ну, во–первых я хотел поговорить с вами о работе, — сказал я. — О прежней работе Джеймса.

— Вы всегда говорите «прежняя работа Джеймса», Матье, хотя занимаетесь ею уже добрых полгода. Почему?

— Неужели так долго? — сказал я. — Боже милостивый. Неудивительно, что я так устал.

На ее лице появилась самодовольная улыбка.

— Значит, вы приняли решение, — сказала она, и я кивнул:

— Я собираюсь кое–что изменить. Во–первых, вы будете рады услышать, что вопрос с Тарой Моррисон улажен. Она приступает к работе первого января, пару месяцев будет заниматься созданием своей новостной программы. Мы надеемся, что премьера состоится первого марта.

— Великолепно, — кивнула она. — Это отличное решение, — добавила она твердо, будто я отчитывался перед начальством.

— Также я принял решение по поводу прежней работы Джеймса и должен признать, что в одном вы были правы. Нет нужды проходить все ступени карьерной лестницы в индустрии, чтобы достигнуть ее верхушки. Достаточно просто понять, из чего эта лестница складывается.

— Благодарю вас, — сказала она, радостно ухмыляясь, точно я уже предложил эту должность ей. — Думаю, я смогу доказать, что я…

Я поднял руку, призывая ее помолчать.

— По этой причине я решил, что должен выбрать того, кто выказал подлинный энтузиазм, чего–то добился в этом деле и, кроме того, разбирается в телеиндустрии. Того, кто понимает, чего хочет публика, и способен ей это дать. Того, кому я полностью доверяю…

Долгое молчание.

— Да? — прошептала она.

— Новым исполнительным директором станции станет Томми Дюмарке, — сказал я.

Она поморгала и через секунду расхохоталась.

— Томми Дюмарке! — закричала она, точно это была несусветная чушь. — Да вы смеетесь надо мной. Мыльная звезда?

— Уже нет. У него рак яичка. — Кэролайн вытаращила глаза и раскрыла по–рыбьи рот, и я поспешно уточнил. — У его персонажа, я хотел сказать. Его уволили. Вы ведь знаете об этой истории с наркотиками…

— Я знаю, что он ваш племянник, — вот что я знаю! — завопила она. — Вы назначаете на руководящую работу своего племянника, известного наркомана, который спит со своей невесткой и вот уже девять лет никуда не выезжал из Лондона? Что же это за качества? Что же это за опыт?

Я изумленно вытаращился на нее:

— По–моему вы путаете…

Ей было наплевать.

— Что это, черт возьми, за навыки, Матье? Вы можете мне объяснить?

— Да, — твердо сказал я, — могу. Он увлеченный, талантливый, знающий. Он открыл новую страницу жизни. И я считаю, что он справится с этой работой. У него хватит для этого способностей.