Старухи - Наталия Царёва

– Все грустное и грустное… – сказала после песни красногубая Гламурница.

– Веселое есть в репертуаре? Вот я сегодня во сне, например, танцевала.

– Одна? – спросила Историк.

– Нет, – кокетливо ответила Гламурница.

– И как он к тебе отнесся?

– Я не поняла… Сон быстро кончился, – в той же шутливой манере ответила Людмила.

– Ничего страшного! – сказала Анна. – В другом сне спросишь… Так и спроси: «Иосиф Виссарионович, как вы ко мне относитесь?»

Гламурница засмеялась от неожиданного «поворота». Вместе с ней засмеялись и другие старухи.

Ульяна подошла к Настеньке-Певунье и попросила пересесть. Та послушно встала, обошла скамейку и села с другой стороны спиной к окну Елены Олеговны. Ульяна сняла со старухи капюшон, освободила ее волосы из косы и стала расчёсывать их гребнем, вынутым из кармана платья.

«Надо же, – подумала Елена Олеговна, – волосы-то у Певуньи и не седые совсем…»

Настенька едва заметно, на одно мгновение, прильнула к Ульяне и тут же отклонилась обратно.

– Нина! – спросила Ульяна строго. – Давно голову мыли?

– В субботу. Ещё неделя не прошла. А что?

– Колтуны в волосах.

– Не может быть!

– Получается, что может. Надо данное тебе поручение хорошо исполнять. Вот смотри сюда! Что это, по-твоему?

– Я хорошо мыла! – огрызнулась Нинка. – Надо отрезать их, и дело с концом!

– Что ты городишь?! Такие волосы!

– А зачем они ей? Все равно ничего не понимает. Отрежем – и не заметит.

– Мы заметим. Разве этого мало?!

«Странная эта Певунья… – думала Елена Олеговна. – Не разговаривает, а поет… На вопросы не отвечает. Видно тоже не совсем нормальная… И при этом её любят… Ухаживают за ней… Удивительные старухи!»

* * *

Телевидению в разговорах старух тоже отводилось место. И доставалось ему прилично. По этому поводу ворчала даже набожная и скромная матушка Евдокия:

– Сидят там у себя в телевизоре и от нечего делать вспоминают всякую гадость… То Власова, то Землячку… Тех вспоминают, о ком и знать не надо! Зачем? Есть люди, которые специально будут их хвалить, потому что другие ругают. Найдутся и такие, которые ещё и пример брать станут… А надо просто забыть их имена! Забыть и никогда не вспоминать!

– Права Дуняша, – одобрила Людмила.

– Полностью согласна. Пусть, если хотят, пишут о них в своих учёных статьях, пусть читают друг другу в своих учёных кругах. Зачем людей гоношить?!

Старухи закивали головами.

– Мне кажется, это все от отсутствия образования и культуры, – сказала Анна. – Раньше «человек из телевизора» был критерием образованности, а сейчас большинство из них даже говорить правильно не умеют.

– Я бы их научила! – пригрозила кулаком людям «из телевизора» Нинка. – Я страсть какая образованная!

– Я уверена, Нина! Ты бы смогла, – пошутила Анна, а потом продолжила совершенно серьезно. – Я вот чему удивляюсь… Мы – дети войны. Голодали… Нечего было носить… А образование получили крепкое. Нынешние дети ни в чём не нуждаются, а образования почти никакого… Столиц мира не знают! Куда это годится?! Вот я вам сейчас одну «страшную» историю расскажу. Слушайте. Пришла как-то к нам в школу мать одной из учениц. Зашла в кабинет директора. А директриса молодая была. Её только-только назначили на работу. Так вот… Мать пришла, чтобы разобраться. Один мальчик, одноклассник её дочки, сказал при девочке нецензурное слово, причем, про нее. А ей этот мальчик еще и нравился. С девочкой случилась истерика. Мать, узнав эту историю от дочки, срочно прибежала в школу разбираться с проблемой. Худо-бедно, разобрались. Перед уходом из кабинета мать стала упрекать школу в неподобающем воспитании и образовании, какое получают дети. «Давайте не будем голословными, – выступила директриса. – Конкретные факты назовите». «Да пожалуйста! – заявила мамаша. – Моя дочка, в общем-то хорошая ученица, не знает столиц мира! Даже столицу Испании не знает!» «И что? – спокойным голосом спрашивает директриса. – Горе великое! Зачем ей это сейчас знать? Поедет в Испанию и узнает». Немая сцена, – закончила свой рассказ Анна.

Старухи загомонили на разные лады:

– Вот это да! Ничего себе!.. Обалдеть!..

– Когда мы учились, стыдно было не знать столицы…

– Тогда учёба была одним из главных дел в государстве, а сегодня…

– Главный город Испании не знают!

– А саму Испанию-то знают?!

– Вряд ли…

Прослушав эту историю, Елена Олеговна убедилась, что старухи-то, ко всему прочему, еще и с образованием!

– Теперь никого ничего не интересует, кроме денег и тряпок… – подвела итог матушка Евдокия.

– Не скажи, – неожиданно вступилась Анна. – Среди молодежи много хороших ребят есть. Вот только податься им особо некуда… ПТУ зачем-то позакрывали. А я ведь одно время там работала. Такую мощную систему развалили! Профориентация была… Не все хотели учиться в школе. Многие не могли и потому уходили из школы после девятого класса, но ни один ребёнок не пропадал. Не хочешь в школе учиться – иди в ПТУ. Еще и узнавали потом, проверяли, где этот ребёнок учится после своего ухода из школы.

– Да… Было такое. Я сама в ПТУ училась, – поддержала Ульяна. – Только называлось оно по-другому… Ремесленным.

– А помните, – спросила Людмила, – много говорили о том, что важнее не кем быть, а каким быть?

– Конечно! Было, было такое… – согласились старухи.

– В ПТУ были такие предметы, как этика и эстетика. Представляете?!

– Зато теперь – половое воспитание чуть не с первого класса. Настаивают, что сексом надо заниматься всем, всегда, везде и с каждым существом.