Белый жираф - Лорен Сент-Джон

— Поберегись, — с улыбкой сказал Тендаи, — будешь сидеть без дела слишком долго — тоже обзаведешься хвостом. Тогда нам придется поселить тебя в заповеднике вместе с другими животными. — Он посмотрел поверх головы Мартины. — Правда, миссис Томас?

Мартина резко обернулась, сгорая от стыда, и увидела улыбающуюся бабушку. Ее синие глаза танцевали.

— Тендаи, — ответила наконец Гвин Томас, — ты у меня просто золото.

Но почти каждую ночь Мартина по-прежнему лежала без сна, думая о родителях. И о секретах Савубоны. За три недели в заповеднике она убедилась в правоте Грейс — в Савубоне ее окружала стена молчания. О чем бы она ни спрашивала, ответ всегда был одним и тем же.

— Белый жираф?! — воскликнула бабушка, когда Мартина упомянула о рассказанной Тендаи легенде. — Будто белый жираф смог бы спрятаться в Савубоне!

— Но Тендаи видел следы.

— Мартина, если бы в заповеднике действительно жил белый жираф, Тендаи, способный выследить питона на голых скалах, давно обнаружил бы его.

С этим Мартина поспорить не могла.

Но в Савубоне были и другие секреты. Мартина не понимала, почему бабушка делала все возможное, чтобы не пускать ее в заповедник? А узнать, что происходит, было не у кого. Савубона — частный заповедник, принадлежащий бабушке, но по будням он был открыт для посетителей и туристов, заранее получивших разрешение. Экскурсии проводили Алекс дю При или сама Гвин Томас. Оставались только выходные. Но каждую субботу бабушка находила тысячи причин не пускать Мартину в заповедник от нехватки персонала до задержек с поставками топлива.

— Ты же не хочешь, чтобы у Тендаи закончился бензин прямо возле стада слонов, правда, Мартина?

Мартина однажды услышала разговор между бабушкой и Тендаи. Гвин Томас запретила Тендаи подпускать к внучке Грейс, которую она снова назвала «сумасшедшей старой колдуньей».

— Я этого не потерплю, — заявила она Тендаи. — Не хочу, чтобы она забивала Мартине голову своими безумными идеями. Девочка еще слишком мала и не должна общаться с такими, как она.

Воздух вокруг Мартины был так насыщен секретами, что становился почти осязаемым. Она пыталась выведать все возможное и даже подслушала пару разговоров, но так и не узнала ответа на главный вопрос: почему мама никогда не рассказывала ей о Савубоне? Мартина нашла на полке несколько принадлежавших Веронике книг и узнала, что мама провела здесь большую часть жизни, но почему это держалось в строжайшем секрете?

О причинах бабушкиного молчания Мартина тоже не имела ни малейшего представления. Ее очень удивляло, что Гвин Томас ни разу и словом не обмолвилась о своей дочери. Она вполне могла бы сказать иногда: «Это было любимым блюдом твоей мамы» — или: «Мама обожала играть на этом пианино». Но нет, ничего. Ни единого словечка. В доме было полно фотографий дедушки, седой копии Харрисона Форда, с такими же сверкающими зелеными глазами, как у Вероники, но ни одного снимка родителей Мартины, хотя Гвин отзывалась о них в письме как о «двух самых замечательных людях на этой планете». А Тендаи, явно знающий что-то, упорно отказывался отвечать на вопросы.

— Пожалуйста, мисс Мартина, — повторял он, — спросите об этом у своей бабушки.

Однажды вечером, когда Гвин Томас пребывала в непривычно хорошем настроении, Мартина набралась смелости задать вопрос.

За окнами бушевала сильная гроза, они только что поужинали.

— Бабушка, — начала Мартина, — а ты знала о моем существовании до письма мистера Грайса?

— Конечно, знала, Мартина, — недовольным голосом ответила Гвин. — Что за вопрос?

— Тогда почему я ничего не знала о тебе?

— Так решила твоя мать, и тебя это не касается. — Бабушка повысила голос. — Твоя мать сделала это, чтобы защитить тебя. Ты была бы ей очень благодарна, если бы знала, почему она так поступила.

— Как я могу быть благодарна, если никто не говорит мне правды? — вырвалось у Мартины.

— Мартина! — Голос бабушки напоминал гром. — Я не потерплю грубости. Немедленно отправляйся в свою комнату.

Мартина вскочила.

— Отлично, — бросила она. — Я уйду в свою комнату. Но я собираюсь узнать правду о моей матери и обо всем, что здесь происходит, и никто меня не остановит.

В спальне Мартина села на кровать и уставилась на стену дождя за окном. Стояла непроглядная ночь. По лицу Мартины потекли слезы.

Со дня своего приезда в Африку она плакала уже, наверное, в миллионный раз. Мартине так хотелось снова оказаться в Англии с мисс Роуз или Моррисонами, но ей суждено жить именно здесь — в этом диком, удивительном краю с этими странными, негостеприимными людьми.

— Без причины ничего не происходит, — сказал ей отец.

Мартина не представляла, какова причина всего случившегося, сейчас ей было все равно. Она просто очень нуждалась в друге.

Мартина встала и подошла к окну. В саду завывал ветер, а гром грохотал так, будто о небеса разбивались тысячи гигантских валунов. Молнии раскалывали небо пополам. У Мартины перехватило дыхание. Белый жираф стоял на берегу пруда и не сводил с нее глаз! На долю секунды их взгляды встретились — маленькая грустная девочка и высокий молодой жираф, — а затем небеса потемнели. Мартина прижалась лицом к стеклу, отчаянно стараясь разглядеть жирафа в кромешной тьме, но он исчез.

Словно ее самое заветное желание вдруг исполнилось, а через секунду все пропало, и она даже не успела насладиться подарком. Мартина чувствовала, что еще немного — и она потеряет сознание.

Девочка постаралась собраться с мыслями. Действительно ли она видела белого жирафа? Или ей только почудилось? С такого расстояния жираф казался привидением. Освещенный вспышкой молнии, он почти светился в темноте. Но, вспомнив, как встретились их взгляды, Мартина отбросила всякие сомнения. Белый жираф не померещился. Он смотрел на нее так, словно искал именно ее.

Мартине вдруг жутко захотелось выбежать в заповедник и поискать жирафа. Но ей не позволялось ходить туда даже днем, что уж говорить о прогулке ночью под проливным дождем. Тендаи никогда не пойдет на такой риск. Ночь — время охоты множества смертельно опасных существ. Змеи, скорпионы, львы, буйволы и даже леопарды предпочитают ночь. Мартина знала, что, если она нарушит правила, ее могут ранить или даже съесть.

Она бесконечно долго сидела, не сводя глаз с окна и пытаясь принять какое-то решение. Белый жираф не выходил из головы.

Наконец Мартина решилась. Она сбросила шорты, в которые переодевалась после школы, натянула джинсы, ботинки и синий плащ. С книжной полки девочка взяла подаренную мистером Моррисоном шкатулку. Фонарь и ножик сунула в карман джинсов. Прижав ухо к двери бабушкиной спальни, Мартина прислушалась. Ни звука, только шум дождя.

Девочка на цыпочках спустилась по лестнице. При каждом скрипе старых ступенек Мартина вздрагивала. Ей казалось, что бабушка вот-вот схватит ее за плечи своими сильными руками. Но все шло гладко.