Проделки Джинна - Андрей Саломатов

— А, Глупцов! — радостно воскликнул он, встал и вышел больному навстречу. — Как самочувствие?

— Нормально, — равнодушно ответил Лупцов и добавил. — Я не Глупцов, а Лупцов. Прошу не путать.

— Ну садись, садись, рассказывай, — все так же улыбаясь, сказал врач. Он усадил Лупцова на стул, вернулся на свое место и изобразил на лице предельную заинтересованность. — Рассказывай, что с тобой произошло? Как ты оказался на вокзале?

— Я не был на вокзале, — ответил Лупцов.

— Никогда? — скренне удивился доктор. Лупцов на секунду задумался и, четко выговаривая слова, сказал:

— Тогда поясните, какое именно мое посещение вокзала вас интересует? Полгода назад я встречал тетку, два месяца назад ездил в командировку…

— нет–нет, — перебил его врач, — самое последнее. Третьего дня мы нашли тебя на вокзале. Ты бегал по залу ожидания и кричал очень страшные вещи…

— Я этого не помню… Скорее всего, ничего этого не было, раздраженно ответил Лупцов.

— Не было? — удивился врач. — А сюда как попал? Ты не торопись, Глупцов, попытайся вспомнить.

— Да не Глупцов я, — заорал Лупцов. — Лупцов, Лупцов, Лупцов!..

— Успокойся, — потребовал врач, поджал губы и достал из ящика стола паспорт. — Вот, пожалуйста, — он показал Лупцову его фотографию. — Глупцов Игорь Петрович, живешь в Скотопрогонном переулке, дом четыре, квартира восемнадцать. Инженер–технолог завода «Клейтук». Вот, все правильно. Что это, Игорь Петрович, захандрили? Такой мужчина видный. Кстати, и жена ваша здесь.

— А что это вы меня то на ты, то на вы называете? язвительно спросил Лупцов.

— Хотите, на «они» буду обращаться, — доктор кивнул санитару, и тот вышел из кабинета.

— Здесь какая–то ошибка, — все больше зверея, сказал Лупцов. — Я не женат, никогда не работал на заводе «Клейтук», не жил в Скотопрогонном переулке и вообще моя фамилия — Лупцов. — В это время дверь раскрылась, и в кабинет вошла женщина. Лупцов посмотрел на нее, и ее лицо показалось ему знакомым. Она стояла с носовым платком в одной руке и сумочкой — в другой, смотрела на Лупцова выжидающе, и тут Лупцов вспомнил, где он видел эту женщину. Это была та самая, с измученным, ярко раскрашенным лицом женщина из песочницы — жена супермена с двустволкой.

— Что вы мне чужую жену шьете? — с ненавистью спросил Лупцов и отвернулся от двери. — Еще раз повторяю: я не женат, моя фамилия — Лупцов.

— Игорек, Игорек, — ласково запричитала женщинга. — Это же я — Люся. Ты не узнал мепня, да?

— Узнал, — мрачно ответил Лупцов. — Вы — женщина из песочницы. Не понимаю, зачем вам нужно выдавать себя за мою жену? Я не миллионер, не генеральный секретарь.

— Игорек, это я, Люся. Посмотри на меня… — надрывно повторила женщина, и Лупцов, не выдержав, потребовал:

— Уведите меня в камеру.

— Ну, Игорь Петрович, — обратился к нему врач, — у нас не камеры, а палаты.

— Хорошо, уведите меня в палату, — согласился Лупцов. — Я больше не хочу участвовать в этом спектакле. — Доктор махнул рукой санитару, и тот быстро вывел из кабинета женщину. Когда дверь за ними закрылась, врач сказал:

— Нехорошо, Игорь Петрович. Обидели жену. Она, бедняжка, каждый день приходит и сидит здесь по полдня, ждет, когда вам станет лучше. Все встретиться хотела, поговорить.

— Мне не о чем говорить с этой женщиной, — твердо ответил Лупцов. — Если вам угодно, ч могу с вами поговорить. Меня, кстати, интересует, как я сюда попал. Я что, был сильно пьяный?

— А вы что, часто пьете? — участливо спросил врач.

— Как все, по праздникам, — ответил лупцов.

— Так не было же никаких праздников, Игорь Петрович. Или вы по всем пьете? — поинтересовался доктор.

— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду, — обиделся Лупцов. — Так как все–таки я попал сюда?

— Я же говорил, мы вас нашли на вокзале. К спящим приставали, у туристоы чуть рюкзак не увели. А до этого, по словам вашей жены…

— Нет у меня никакой жены, — перебил его Лупцов.

— Хорошо, по словам женщины из песочницы, вы ушли из ее дома поздно вечером…

— А как я попал в ее дом? — удивился Лупцов.

— В ее дом? — переспросил врач. — Ну, я не знаю. Может, в гости зашли.

— Не мог я к ней в гости зайти! — закричал Лупцов. — Не мог, понимаете? Я ее не заню, и муж у нее ненормальный, с ружьем не расстается. — Доктор вскочил со своего места, а тут же появившийся санитар кинулся к Лупоцву и положил ему на плечи свои мощные волосатые руки.

— Сидеть, — приказал врач. — Игорь Петрович, я же не настаиваю. Холостой так холостой.

— Отпустите меня, — потребовал Лупцов, и доктор кивнул санитару. Тот убрал руки, нр остался стоять за спиной у Лупцова. — Я хотел сказать: отпустите меня отсюда. Я домой пойду. Я совершенно здоров. Я не хочу лежать в больнице, да еще в одной компании с сумасшедшим.

— нет, Игорь Петрович, — ласково сказал врач, — мы не можем вас отпустить. Да и куда вы пойдете? На вокзал? Свой дом вы признать не хотите.

— Нет, ответил Лупцов. — Я сейчас живу в собственном доме. Вернее, он не мой, но это не важно. Хозяева бросили его.

— И где же этот дом? — поинтересовался врач. Лупцов удивленно посмотрел на него, попытался вспомнить, как называется тот населенный пункт, где он поселился с Люцифером, но так и не вспомнил.

— Я позабыл название деревни, — раздраженно ответил он. — По Мичуринскому проспекту часа четыре или больше на велосипеде. Врач посмотрел на санитара, и тот сказал:

— Мичуринский проспект весь можно проехать за десять минут. Если только четыре часа туда–сюда ездить.

— Я имел в виду, по этой дороге от Москвы, — едва сдерживая гнев, сказал Лупцов.

— Ну ладно. Все понятно, — сказал врач, не глядя на больного. — Идите, Игорь Петрович, в свою палату, отдыхайте. Завтра увидимся.

— Что вам понятно? — закричал Лупцов и почувствовал на своих плечах тяжелые руки санитара. — Это вы, вы здесь все сумасшедшие. У меня высшее образование.

— Ну и что? У меня тоже высшее, — вставил врач.

— А ничего! — заорал Лупцов. Врач сделал занк санитару. тот обхватил его поперек туловища железной хваткой борца и тут же получил локтем по носу. Одну руку Лупцов успел все–таки выдернуть.

На прощанье врач сказал санитарам какую–то непонятную фразу на психобольничном жаргоне:

— Два по два и полтора на сон грядущий. — После чего Лупцова поволокли в палату.

В палате Лупцова бросили на кровать, скрутили руки за спиной и придавили коленом. Он не видел, что происходит, слышал лишь кряхтенье санитаров, звон посуды и короткие фразы, которыми обменивался меж собой медицинский персонал. Кряхтел и сам Лупцов. Он пытался хоть немного освободиться из–под тяжелого гнета, боролся молча, чтобы не тратить силы понапрасну, но борющиеся были в разных весовых категориях, а потому лупцов быстро сдался.