Четверо детей и чудище - Жаклин Уилсон

— Шлёпа, помолчи уже. Псаммиад же настоящий волшебник. Надо ж такое придумать — пожелать тираннозавра рекс! Это же самый хищный динозавр. Он нас на куски разорвет, — испугалась я.

— Меня не разорвет. Я на дерево влезу — только он меня и видел.

— А как же мы?

Шлёпа ухмыльнулась:

— Может, тоже подучитесь лазить по деревьям.

— Значит, желаете тираннозавра рекс? — Псаммиад начал пыжиться.

— Нет-нет, не надо! — выпалила я. — Хватит, Шлёпа. Какая же ты бестолковая! А о Моди ты подумала? Он ее стрескает в один присест.

— Сама бестолковая. Эта толстая обезьяна все равно ничего такого не умеет, — фыркнула Шлёпа.

— А вот и умеет. Псаммиад исполняет любые желания, — сказала я.

— Правда? — спросил Робби. — Тогда… тогда я хочу… хочу лазить по деревьям лучше Шлёпы!

Псаммиад набрал побольше воздуха и стал раздуваться, пока не превратился почти что в шар, в мохнатый мячик с глазами-стебельками торчком на макушке. Он замер на секунду, а потом с громким-прегромким шипением сдулся. Чудище обмякло и опустилось на песок, явно выбившись из сил.

— Ой! Вы не заболели? — встревожился Робби.

— У него припадок, что ли? — спросила Шлёпа.

— Бизьянка лопнула, — подытожила Моди.

— Практически, — слабым голосом сказал псаммиад. — Фу-у, подрастерял я сноровку. Сердце так и колотится!

— Принести водички? — спросил Робби.

— Нет! Только не это! У меня страшная аллергия на воду, — разволновался псаммиад.

— Аллергии на воду не бывает! — сказала Шлёпа. — У меня вот аллергия на кошек — сразу чихать начинаю.

— Будь добра, не спорь со мной, Шляпа, Хлюпа, или как там тебя. У меня аллергия на воду. От одного этого жуткого слова усы начинают дрожать. Славная песчаная ванна мне поможет. Всего наилучшего. — Чудище сунуло голову в песок и стало зарываться.

— Пожалуйста, не уходите, погодите секундочку! — взмолился Робби. Он посгибал руки и подрыгал ногами, пробуя силы. — Вы правда исполнили мое желание, мистер Псаммиад?

— Ты что, сомневаешься в моих способностях? — спросил псаммиад, с оскорбленным видом снова высунув голову из песка. — Может, я маленько и не в форме, ну так я много лет почивал. Но, смею тебя заверить, я всегда безупречно выполняю работу, даже самую скучную.

— Ты правда-правда-правда желания исполняешь? — спросила Шлёпа. — Тогда мне чур кучу денег. Хочу огромный чемодан, набитый полсотнями.

— Я не могу исполнить два желания в один день, — раздраженно сказал псаммиад. — Я и так уже перенапрягся. Возвращайтесь через день-другой, если приспичит, но на ближайшие двадцать четыре часа лавочка закрыта. — Он сунул голову обратно в песок, проворно заработал лапами и через две секунды исчез из виду.

— Вернись, бизьянка! — позвала Моди. Она села на корточки и с тоской поковыряла песок.

— Вот именно, вернись! — сказала Шлёпа и стала откапывать псаммиада.

— Прекрати! Дай ему отдохнуть, — схватила я ее за руки.

— Так нечестно. Почему Робби загадал желание, а мне нельзя? Это же я его нашла, — заныла Шлёпа.

— Да, Робс, мог бы для нас всех что-нибудь загадать, — упрекнула его я.

— И желание у тебя дурацкое, — сказала Шлёпа.

— Извините, — расстроился Робби. — Я не подумал. И вообще вряд ли оно правда исполнится. — Он встал и с глуповатым видом пошел к ближайшему дереву.

— Осторожней смотри, Робби! — воскликнула я, когда он снова поплевал на ладони.

— Да все равно ничего не выйдет, — сказал Робби.

Он неловко потянулся к нижней ветке. Едва его пальцы коснулись коры, он весь преобразился. Одним махом вскочил на дерево и полез, точно обезьяна, перебирая руками и ногами без всяких усилий, все выше и выше, на самую верхушку.