Весь мир - чулан - Аглая Дюрсо

Дорожкин в изнеможении лежал, облепленный пухом.

— Эх, друг Дорожкин, в следующий раз подвиг с умом совершай, — нравоучительно сказал Механюк.

— А можно я немного полежу перед битвой с драконом? — взмолился Дорожкин. — А то голова очень кружится.

— Конечно, лежи, — важно согласился Кладовкин, — теперь я пойду, ведь побеждать драконов должны рыцари!

— Подожди, Кладовкин! — закричала Канючка. — Не надо никого побеждать!..

Кладовкин покраснел: еще бы, Канючка из-за него беспокоится! Но остался непреклонным.

— Канючка! А ты что здесь делаешь?! — забеспокоился Механюк. — Здесь опасно! Беги и прячься!

— Не побегу! — заупрямилась Канючка. — Я, может, пользу хочу принести.

— Присмотрите-ка вместе с Кладовкиным за раненым другом!

— Да, девчонкам действительно не место в таком гиблом месте, — прошептал Дорожкин и закрыл глаза.

— А я здесь без вас разберусь, — важно сказал Механюк.

— Да что ж это такое?! — Канючка топнула ножкой.

— Да что ж это такое? — топнул ногой и Кладовкин. — Это я рыцарь! Я должен дракона победить!

Он, конечно, умолчал, что у него под рыцарскими доспехами есть еще и дорогостоящий медный щит, которым он предполагал от дракона откупиться.

Но Механюк был непреклонен и язвителен:

— Подвиги не только доспехами совершают. Но и умом. А ты в своих доспехах попросту в драконье логово не пролезешь!

Кладовкин покраснел. Он и без доспехов-то стройностью не отличался, а теперь даже сесть не мог.

— Зато я неплохо держусь на ногах, — пробормотал он, поджал ноги и остался стоять на ребрах своей железной защиты.

А Механюк сосредоточенно собирался штурмовать драконью твердыню. И хоть он успел обидеть всех друзей, все равно не унывал.

— Победителей не судят! — убеждал он себя тихонечко.

Потом Механюк сосредоточенно подошел к колесу.

Топ Дорожкин сочувственно вздохнул.

Но сообразительный Механюк не стал рисковать головой. Он поплевал на руки и схватился за толстый жгут, который вился по борту колеса.

— Кладовкин, ты, кажется, хотел помогать? — обернулся он к рыцарю.

Рыцарь покривился:

— Я вообще-то хотел сам совершить подвиг.

— А ты, Канючка, ты тоже рвалась помогать?

— Я хотела все сделать лучше тебя, — надула губки Канючка и отвернулась.

— А я просил времени прийти в себя перед следующим подвигом, — поторопился с ответом Дорожкин.

— Ясно. Не хотите помогать — развлекайтесь, — усмехнулся Механюк. — Залезайте на качели и качайтесь. Это вы можете сделать ради моей славы.

Кладовкин кивнул. Как знаток сокровищ, он всегда просчитывал затраты на усилия и цену результата. И понимал, что такая ничтожная цена ему по силам. Он взял Канючку за руку, а Дорожкина — под мышки. И потащил их на платформу.

— Р-раз!

Наклонилась платформа, повернулось колесо, и Механюк на ремешке взлетел над землей. Дракон клацнул зубами.

— Наверное, мы здесь для того, чтобы отвлечь дракона, — предположил Дорожкин.

Канючка задрожала, Кладовкин расправил плечи, перекинул Дорожкина на другой край платформы и потянул Канючку туда же. — Два!

Платформа накренилась в другую сторону, колесо еще повернулось, а ремешок с Механюком еще продвинулся.

— Клац! — сказал дракон.

— Блямс! — раздался до боли знакомый звук сверху: это Механюк не уместился в щель, в которой скрылся ремешок.

— Все-таки у умных тоже бывают проблемы с головой, — сочувственно пробормотал Топ Дорожкин.

Механюк оглянулся на друзей, пригладил волосы, прижал уши, втянул живот и крикнул:

— Поднажми! И «Кладовкин, Канючка и Дорожкин со всех ног бросились на противоположную сторону чугунных качелей, колесо еще раз натужно повернулось, ремень заскользил внутрь щели. Механюк на секунду застрял, а потом — чпок! — как пробка проскочил внутрь щели и исчез из поля зрения друзей.

* * *

Друзья тревожно молчали. Дракон молчал выжидающе. Из щели не доносилось ни звука.

Механюк осторожно переступал с ноги на ногу в кромешной темноте. Он стоял под хвостом дракона, к которому и был привязан ремешок, так что любое неосторожное движение могло для Механюка плохо закончиться. Когда его глаза привыкли к темноте, он заметил, как под ногами поблескивают клинки и шлемы.

Механюк тяжело вздохнул: видно, многим не удалось победить дракона.

«Хоть дракона надо побеждать разумом, доспехи не помешают», — решил сообразительный ученый, подобрал с земли шлем и пристроил его на макушку.

Если честно, шлем Механюку не шел: во-первых, из-под него не было видно его роскошную умную голову, а во-вторых, сам шлем выглядел как-то легкомысленно, он напоминал ведро с пупырышками.

Хорошо, что друзья не видели Механюка, а только слышали его решительный голос:

— Поднажми!

Друзья еще раз качнули платформу, а Механюк на ремешке взмыл сначала на драконий хвост колечком, а с хвоста перепрыгнул на спину чудовища.

Спина была гладкой, черной, Механюк все время поскальзывался, ведро сползало то на один глаз, то на другой, а сам ученый нервно шептал:

— Что же делать? Что же делать?

Здесь, вдали от друзей, Механюк мог наконец признать, что он совершенно не знает, как совершать подвиги!

Там, вдали, мерно ходил вверх-вниз сверкающий рог дракона. Механюк засеменил на цыпочках, на ходу нервно развязывая шарф.

— Там, где рог, там и голова, — бубнил он себе под нос, — а там, где голова, там и глаза. Я завяжу ему глаза; а потом зажму пасть!

Последние шаги до головы Механюк прополз на животе: так было скользко и страшно! Он крепко обхватил ногами бока дракона, замахнулся шарфом… Нет! Надо ближе подобраться, чтоб наверняка!

Он прополз еще полшажочка, драконья шея начала расширяться, удерживаться на ней было все труднее…

— Клац-клац! — доносилось предостерегающее клацанье зубов.

Рог мерно ходил вверх-вниз. Механюк осторожно перехватил петлю из шарфа правой рукой, левой взялся за рог и, опираясь на него, начал медленно вставать. Рог скользил под рукой, но Механюк все-таки умудрился сделать шаг вперед, чтобы заглянуть за крутой металлический лоб дракона: где там у него глаза?