Чародей из Атлантиды - Сергей Сухинов

— Наверное, ты прав, Изумрудик, — с грустной улыбкой согласилась она. — Гудвин на самом деле мог бы очень помочь всем нам! Но разве ты забыл, что он навсегда вернулся в Большой мир? А на заколдованной горе возле Изумрудного города вы встретили всего лишь его призрак. Ты же сам рассказывал, как Том протянул лапку, чтобы поздороваться с Гудвином, и та прошла сквозь руку призрака, словно через воздух…

— Ну и что? — Страшила упрямо сдвинул брови. — А вдруг Гудвин дремал с открытыми глазами? Или так глубоко задумался, что попросту не заметил нас? Призрак… Витязь Фарах тоже призрак, а дерется на мечах так, что Аларм еле уцелел во время схватки на Летающем мосту! А вот я драться мечом не смогу, потому что мне его попросту не поднять. Может, из этого следует сделать умо-за-клю-че-ние, что это я призрак, а не Фарах?

Элли задумалась, а потом рассмеялась и махнула рукой:

— Ну, ты меня окончательно запутал, Изумрудик! Уж больно мудреные у тебя порой получаются умозаключения. Ладно, я не против, давай попытаемся попасть на заколдованную гору. Но если призрак Гудвина вновь нас не заметит и не захочет разговаривать, то мы немедленно вернемся в Изумрудный город. Договорились?

— А если гора Гудвина — это только начало какой-то огромной заколдованной страны? — упрямо возразил Страшила.

— Ну и что из этого? Разве сейчас время отправляться в путешествие неизвестно куда и зачем? Ты же знаешь, что Пакир уже захватил Голубую страну. А если он решил напасть и на Изумрудный город? Нет, нам сейчас не до заколдованной страны… Да и кто нас там ждет?

Страшила ответил загадочной улыбкой.

— Кто знает, кто знает… Я же рассказывал, что вчера вечером поднимался в кабинет Великого и Ужасного и видел из окна странные зеленые огни над горой Гудвина. Сдается мне, кто-то посылает нам сигнал. А это значит, что нас ждут, да еще как!

Элли пожала плечами, но спорить не стала. Матушка Виллина ничего не говорила ей про заколдованную страну и призывала юную Хранительницу рассчитывать только на свои силы и помощь друзей. А Страшила, напротив, словно ребенок, надеялся на какое-то чудо. Ну что ж, не стоит его огорчать, подумала Элли. Поход на заколдованную гору займет часа два-три, а потом они с чистой совестью вернутся в Изумрудный город и займутся более важными делами.

Вот так, очень разумно на первый взгляд, рассуждала Элли. Если бы она знала, как ошибается!..

Вскоре облачко опустилось на площади возле Изумрудного дворца. В Тронном зале их поджидал встревоженный Дин Гиор. Том, как всегда, лежал на троне и сочинял очередные стишки. А Полкан бродил по огромному залу и тихонько повизгивал. Он очень переживал за Дональда, все еще остававшегося в плену у проклятого колдуна Пакира. И еще Полкан вспоминал о своем старинном друге, коне Джердане, который исчез неизвестно куда в городе Теней, и никто, даже волшебница Элли, не смог его разыскать. Не удивительно, что пес чувствовал себя совершенно несчастным и никому не нужным.

Когда Элли и Страшила вошли в зал, Дин Гиор с радостным восклицанием бросился им навстречу. А Полкан сначала весело замахал хвостом, а потом, поняв по лицу юной Хранительницы, что дела идут неважно, поджал хвост и улегся в углу.

Том встал на троне и махнул лапкой:

— Привет, друзья! Хотите услышать, какие замечательные стишки я только что сочинил?

И, не дожидаясь ответа, плюшевый медвежонок начал нараспев декламировать:

Черная тень висит над Волшебной страной.

Слуги Пакира, как черви, ползут под землей.

Ждите, арзалы, час колдовского удара.

Крепче держите мечи, воины армии Магдара!

Но засверкали огни над зеленой горой,

В путь далекий зовут они нас с тобой.

Чародей-невидимка меня за лапу возьмет

И к другому волшебнику сквозь огонь поведет!

Элли и Страшила обменялись удивленными взглядами.

— Какие странные стишки! — воскликнул соломенный человек. — Откуда ты, дружище, узнал про огни над зеленой горой?

Том хмыкнул:

— Ничего я не узнавал, а просто взял да и придумал про огни! По-моему, так мои стишки будут звучать лучше. Знаете, какие интересные вещи то и дело приходят мне в голову?

Элли озадаченно смотрела на игрушечного медвежонка. Она много раз слышала стихи Тома, хотя никогда не придавала им никакого значения. Но сейчас…

— А почему же ты прежде не рассказывал нам об этих «интересных вещах»? — спросила юная Хранительница.

Том смущенно развел лапками.

— Да ведь мои рассказы никто и слушать не хочет! Все почему-то обзывают меня болтунишкой, врунишкой, ну и разными другими обидными словами. Вот поэтому я и придумываю стишки, чтобы меня слушали. Но знаете, как это трудно — складывать слова в рифмы? Порой я целыми днями бьюсь, чтобы придумать стишки про разные свои мысли, но у меня ничего не получается. А когда наконец рифма вдруг придумывается, то я уже забываю, о чем хотел сочинить стишок.

Страшила укоризненно покачал головой, а затем прошептал:

— «Чародей-невидимка меня за лапу возьмет и к другому волшебнику сквозь огонь поведет». Интересно, что это означает? Уж не Гудвин ли тот чародей-невидимка? Ну конечно это он! Том, а вдруг ты — ясно-ви-дя-щий?

Том просиял:

— Конечно, я этот… как его… ну, который ясно видит! Потому что у всех вас по два глаза, а у меня целых три!

— Ну, братец плюшевый, — усмехнулся Страшила, — тут все дело не в количестве глаз, а кое в чем другом… А ты, Элли, еще сомневалась, стоит ли нам отправляться на заколдованную гору!

Дин Гиор встревожился:

— Разве вы снова куда-то уходите? По-моему, этого делать никак нельзя. А что, если враг возьмет да и нападет завтра на наш город? Конечно, я буду драться изо всех сил, но вы же сами знаете, что остальные жители Изумрудного города не очень-то храбры. Вот если бы с нами остался Лев, тогда мы еще могли бы сражаться с чудищами Пакира. А теперь, когда все разлетелись кто куда… э-эх! — И Дин Гиор безнадежно махнул рукой.

Элли понимала, что старый солдат прав. Еще несколько минут назад она тоже сомневалась, стоит ли соглашаться с предложением Страшилы. Но странные стишки Тома окончательно перетянули чашу весов в пользу Изумрудика.

Она уселась на трон (Том нехотя потеснился), подняла правую руку и прошептала слова заклинания. Тотчас на ее ладони появилась крошечная книга. Она быстро росла и скоро стала такой большой, что Элли пришлось поставить ее на основание трона.

— Я хочу узнать, нужно ли мне со Страшилой сейчас отправляться на заколдованную гору, — громко произнесла она.

Обычно в подобных случаях волшебная книга Виллины сама открывалась на нужной странице, где можно было прочесть ответ на заданный вопрос, впрочем, далеко не всегда ясный и понятный. Но на этот раз книга не раскрылась. А это означало, что она не знала ответа на вопрос Элли.