Ловушка - Юлия Ковригина

После завтрака Дина вышла в сад, последить за Софией, пока мама убирает со стола. Погода стояла замечательная, поэтому ребенку позволяли проводить на улице практически весь день. Папа даже смастерил небольшой манежик, который установили напротив цветника – предмета особой маминой гордости, чтобы малышка тоже могла оценить эту красоту. Всем нравилось наблюдать, как издавая пока еще непонятные, но очень милые певучие агуканья и повизгивания, София, отложив на время обмусоленную погремушку, тянет свои крохотные ручки к ароматным бутонам, не в силах до них дотянуться, но определенно отдавая им предпочтение. Да, она всегда любила цветы.

Дина ласково погладила спящую племянницу по шелковистым волосикам, уже выбивающимся из-под чепчика. Она привыкла быть самым младшим ребенком в семье. Все ее постоянно баловали, прощали мелкие шалости и ласково называли малышкой. Но когда ее сестра, вышедшая замуж несколько лет назад, родила дочь, она с радостью передала это место ей. И теперь при каждом удобном случае Дина с удовольствием нянчилась с племянницей, помогая матери.

Этим утром сестра вместе с мужем уехала навестить его родственников и оставила Софию бабушке с дедушкой на несколько дней. Дина, конечно, всегда была счастлива поиграть с девочкой, но сегодня у нее на уме было другое. И это никак не могло подождать. Поэтому, поцеловав сонного ребенка в пахнувшую молоком и сладкой присыпкой щечку, она осторожно отошла от коляски и поспешила обратно на кухню.

Схватив пару кусочков мягкого домашнего хлеба в дорогу и спрятав их в кармане, Дина побежала к маме.

– А можно я сейчас пойду к дедушке. У нас с ним очень важное дело.

– Хорошо, только возвращайся к ужину, – мама вздохнула, почувствовал, что сегодня Дина точно убежит на целый день. – Полагаю, обедать ты будешь с дедушкой?

– Да, с ним. Спасибо, мамочка, – как можно быстрее, пока мама не вспомнила про какие-нибудь неотложные дела и не передумала, Дина выскочила из кухни и бросилась наверх одеваться.

Девочка уже натянула уличные туфельки и застегивала легкий прогулочный плащ, когда мама появилась в дверях и с молчаливым одобрением оглядела дочь.

Лето в этом году выдалось прохладным, поэтому даже несмотря на конец июня, иногда приходилось надевать что-то поверх легких платьев. Правда ближе к обеду, когда солнце достигало своего предела, все это рано или поздно оказывалось не на плечах, а на скамейках или даже траве, а счастливые дети беззаботно бегали в любимой летней одежде – сарафанах, футболках и шортах, пренебрегая наказами матерей и уж точно не боясь простудиться.

– До скорого, мамочка, я побежала.

– А как же твои карандаши и альбом? Ты же без них к дедушке не ходишь. Принести?

– Нет. Не сегодня. Сегодня мы пойдем в пещ… в поход, – немного замялась Дина, но, заметив, как нахмурилась мама, поспешила добавить, – не беспокойся, это понарошку.

– Ну ладно, – мама постаралась придать своему лицу как можно более суровое выражение, но у нее как обычно ничего не получилось – люди, которые постоянно возятся с цветами, решительно не умеют сердиться. – Только все равно не уходите далеко. Ты же знаешь, дедушка уже старенький, где ему за тобой угнаться. Обещай, что вы не пойдете глубоко в лес.

– Ладно, хотя так будет не очень правдоподобно для похода, – Дина задумалась. – Тогда… может, мы возьмем с собой мастера Александра? С ним ты ведь не будешь за меня сильно волноваться. Если что-то случится, он нас всех защитит, как рыцарь на белом коне.

Мама засмеялась и, аккуратно заправив выбившиеся из прически прядки темных волос дочери под новую красивую ленточку, отпустила ее.

– Если он согласится пойти с вами, то я возражать не буду. Но учти, времени у тебя – до ужина. И смотри, если пойдете в лес, не расстёгивай плащ, а то простудишься.

– Да, да. Спасибо, мамочка, я все поняла, – и Дина, уже не слыша окончания маминой речи, скрылась за дверью.

Дина очень быстро добежала до домика дедушки. Ей не терпелось рассказать ему о своих ночных приключениях. Радость просто распирала ее изнутри.

Хотя было довольно рано, он уже давно не спал и, еще издали увидев девочку из окошка, вышел навстречу.

– Дедушка, дедушка, – задыхаясь от восторга, кричала Дина, подбегая к нему и крепко сжимая в объятиях, – я видела падающую звезду! Ты представляешь! Мне пришлось долго этого ждать. Они никак не хотели падать, но потом… она так быстро пронеслась по небу и вспыхнула где-то у горизонта. Это было так красиво, так захватывающе! Ты во всем был прав. Но самое главное – я успела загадать желание. Я так давно мечтала об этом! А еще там были созвездия, такие же, как в твоей энциклопедии…

Дина так торопилась скорее все рассказать, что иногда ей не хватало дыхания. Дедушка терпеливо ждал, пока она не закончит. Он стоял и внимательно слушал ее, не перебивая. Наконец, Дина умолкла, глубоко вздохнула и с тревогой посмотрела на деда.

– И что? Оно ведь теперь исполнится, ведь правда?

Дедушка ласково погладил девочку по голове и улыбнулся.

– Ну конечно исполнится. В свое время, обязательно.

– А когда это время наступит?

– Этого я не могу тебе сказать, потому что и сам не знаю. Но я верю, в то, что, если твое желание было искренним, добрым и загаданным от всего сердца, оно нигде не потеряется и вернется к тебе так скоро, как только сумеет.

– Тогда я буду ждать, дедушка, я буду ждать и обязательно скажу тебе, когда оно сбудется. Но знаешь, – Дина хитро улыбнулась, – что-то подсказывает мне, что его исполнения не придется ждать слишком долго. Ты же помнишь, что обещал мне вчера: если будет солнечная погода, мы отправимся смотреть на пещеры. На улице тепло, на небе ни одного облачка. Ну, так как, мы идем?

В ответ дедушка снова обнял ее и подумал, что его внучка самый замечательный ребенок, которого он когда-либо в жизни видел.

– Дайка подумать… А мама знает? – с притворным сомнением спросил он.

– Я сказала, что мы идем в поход понарошку, – осторожно ответила Дина. – Но пообещала взять с собой мастера Александра, чтобы она не волновалась. Ты же не против?

– Нет, конечно, нет. Если он захочет присоединиться к нам, я буду только рад. Ты же знаешь, мне одному за тобой не угнаться, – дедушка повернулся и направился к дому. – Раз мы все решили, пошли собираться в путь, – а потом добавил, посмеиваясь про себя, –