Травница и витязь - Виктория Богачева

Ну, ничего. У него ещё есть время. Зим пять, а то и шесть. Сын успеет остепениться...

Когда кровь была кое-как замыта, а два грязных рушника спрятаны за спиной, князь и княжич покинули негостеприимный терем Звекши Твердиславича. Недалеко от подворья их поджидал небольшой конный отряд, во главе с сотником Гораздом.

— Стемид с чёрного крыльца появится, — сказал князь, и тот молча кивнул и отступил в тень.

Они уже покинули боярскую слободу, когда Ярослав повернулся к сыну, который держался чуть позади, и сдержанно произнёс.

— Коли поползут слухи, что боярина отравили, а перед тем сломалис нос, вина будет на тебе.

Крутояр, нахмурившись, сверкнул взглядом и ничего не сказал.

— Я робичича стерпел. А ты куда полез? — спросил князь, и промолчать уже не вышло.

— Я не сдержался, — глухо отозвался он.

— А должен был! — не повысив голоса, прикрикнул Ярослав. — Головой сперва надо думать, а потом кулаками махать.

Крутояр продолжил буравить насупленным взглядом дорогу под копытами коня.

— Он тебя оскорбил, — едва размыкая губы, прорычал княжич. И вскинул взгляд, тряхнув головой.

Ярослав, подавив вздох, посмотрел на собственные костяшки на правой ладони, где кожа была покрыты множеством мелких, бледных отметин. Сколько губ он разбил и носов сломал за то же самое слово?.. Когда был таким же дурным и буйным, как его старший сын?..

— Ты не должен был... — начал и оборвал сам себя. Потом подумал и сказал уже по-другому. — Я мог не вернуться из Степи, и тогда ладожским князем стал бы ты. Ладоге нужен мудрый, справедливый князь. А не тот, что только и умеет, что кулаками махать.

Это было нечестно. Крутояр перевёл на отца полный обиды взгляд, напомнив самого себя зим в пять-шесть. Правда, тогда он так обижался, коли не давали подержать настоящий меч и заставляли упражняться с тяжёлой деревяшкой.

— Я умею не только кулаками махать, — сказал он тихо, но голос дрожал.

— Я знаю.

Оставшийся до терема наместника Стемида путь провели в молчании, и только уже когда оказались в просторных сенях, Крутояр решился спросить о том, что зудело в груди всю дорогу.

— Отец, ты и впрямь не станешь разрывать сватовство?

Добро ещё, — темнота скрыла проступивший на скулах румянец.

— Не стану, — ответил князь и едва заметно улыбнулся, вспомнив, как искренне позабавил его ошалевший сын, когда впервые увидел красивую дочку боярина.

Но дело было не в этом. И не в том, что княжеское слово Ярослав не привык нарушать.

Звекша Твердиславич в своей радости, которая затмила ему разум, расщедрился на богатое приданое для девочки, и она принесёт Ладоге немалый надел земли как раз по границе между княжеством и Новым градом.

Но и это не было тем, что заставило князя сохранить сватовство.

Он сменит на местах бояр, которые упомянуты в грамотке и про которых рассказал Станимир, и поставит своих людей. И отправит в Новый град Крутояра: приглядывать за невестой да за приданым, чтоб не обижали и не расхищали. Пусть сын поживёт, походит с боярскими сыновьями на охоту да в баню, посидит с ними на пирах, починит от имени ладожского князя суд...

Кто знает, может, его, Ярослава, внук однажды сумеет объединить Ладогу и Новый град в одно сильное, Ладожское княжество?..

Потрепав шумно выдохнувшего Крутояра по плечу, Ярослав оставил его и шагнул к всходу, и поднялся в их с женой в горницу.

Звенислава не спала. Она никогда не ложилась без него и всегда дожидалась, как бы поздно он ни возвращался, и сколько бы раз князь ни говорил ей не мучить себя да засыпать. Вот и нынче, стоило двери отвориться, она встала и торопливо подошла к мужу, заглянула в глаза.

— Выбрал отраву, — сказал и услышал облегчённый вздох.

Ярослав редко рассказывал жене о таких делах княжества, но случай с боярином Звекшей был особым.

— Туда ему и дорога, шелудивому псу, — княгиня ругалась тоже редко.

Князь рассмеялся тихим, ласковым смехом, который только его жена и слышала.

— Всё воюешь с моими боярами, Звениславушка. С чего начали, так и продолжаем.

Княгиня улыбнулась и спрятала лицо на груди мужа. Ярослав обхватил её здоровенными ручищами и оторвал от пола.

— Поставь! — испугалась Звенислава и несильно стукнула кулаком по плечу. — Поставь, тебе нельзя ведь!

Но муж уже не слышал. Зарывшись лицом в распущенные волосы, упрямо шагал к постели.

_______________________________

Молодой князь Ярослав.

Княжий кметь VII

— Не размахивай так, не дубину в руках держишь, — Вечеслав отошёл на пару шагов и придирчивым взглядом окинул пыхтящего, раскрасневшегося Лютобора.

Тот постигал мудрёную воинскую науку, и далеко не всё получалось с первого раза.

— Я не размахиваю, — пробурчал он себе под нос и недовольно глянул на меч в своей руке. — Он же деревянный, дубинка и есть.

Ладожский десятник усмехнулся и покачал головой.

— На таких сперва все учатся, — сказал он, наблюдая, как Лютобор старательно размахивал мечом, силясь попасть по столбу так, как ему показывали.

— Я уже взрослый муж, — отозвался увлечённый мальчишка, от усердия едва не прикусывая язык.

— Да-а? — протянул Вечеслав, расстегнул фибулу на плаще, отбросил его в сторону и также снял с пояса ножны. — Ну, давай тогда, коли хоть раз заденешь меня, дам тебе железный меч.

— Правда?! — Лютобор подпрыгнул от нетерпения и повернулся к нему. — Ну, защищайся тогда! — и бросился на десятника, который с ленцой шагнул в сторону, отчего мальчишка пролетел вперёд на добрый десяток шагов.

Ничуть не смущённый, он кое-как затормозил, едва не свалившись в подтаявший снег, и вновь побежал к Вечеславу.

Лютобору, как и любому мальчишке, сил и выносливости было не занимать, а вот умения да разума распорядиться ими не хватало, потому раз за разом он промахивался, поскальзывался, спотыкался, сбивался с дыхания и пролетал мимо. Под конец, извалявшись в слякоти и промокнув, он всё же сдался и отпустил деревянный меч. Вид понурого мальчишки вызывал усмешку, потому как Вечеслав вспоминал себя в его зимы. И старательно давил улыбку, которая так и лезла на лицо.

— Ну что? — спросил он, напустив на себя суровости, — Оставим покуда деревянный?..

— Да... — пристыженно опустив голову, буркнул Лютобор, но уже спустя мгновение сверкнул радостным взглядом. — Мстиша!

Вечеслав обернулся следом: на подворье вошла Рогнеда Некрасовна, а вместе с ней девушки и женщины, которые сопровождали её на торг, и одной из них была Мстислава.

По правде, до сватовства он и не мыслил, что будет так трудно даже словечком перемолвиться с невестой, но вот