Верить в себя - Даниэла Стил

— Я чувствую себя отлично и счастлива быть дома! —ответила она и взяла за руку Стиви, которая прокладывала для нее путь в толпе.Люди расступались перед ними, и все равно прошло не меньше четверти часа,прежде чем они добрались до ожидавшего их лимузина.

Оказавшись в салоне машины, Кэрол глубоко вздохнула.Все-таки волнение и долгий перелет дали о себе знать. К счастью, рядом былаСтиви; кроме того, дома ее уже ждала платная сиделка, которая должна была заней ухаживать. В медицинской помощи Кэрол не нуждалась, но Стиви казалось, чтов первое время ей лучше не быть одной и ночью. Сиделка должна была оставаться вдоме до приезда из Лондона Хлои. Что касалось самой Стиви, то она попросила уКэрол разрешения приходить на работу только в установленные часы: все остальноевремя она собиралась посвятить личным делам, включая предсвадебные хлопоты.Кэрол не возражала — до конца рождественских каникул помощь секретаря ей врядли могла понадобиться.

Не успели они переступить порог дома, как зазвонил телефон.Это был Мэтью. В Париже было десять часов вечера, и он весь день чувствовалсебя как на иголках. Мэтью очень беспокоился, как Кэрол выдержала перелет, и вконце концов не вытерпел и позвонил ей сам.

— Как ты себя чувствуешь? — был его первый вопрос.

— Я чувствую себя прекрасно, Мэтью, спасибо. Никаких проблемне было вообще, представляешь? Ни во время взлета, ни при посадке. Конечно, яустала, но это нормально — все люди устают во время долгой дороги. Врач дажеудивился, что я так хорошо перенесла самолет — не было никаких тревожныхсимптомов. Всю дорогу, как он сам говорит, он наслаждался жизнью — ел и смотрелкино… — Кэрол рассмеялась. Врачи в больнице предупреждали, что во времяполета изменение атмосферного давления может вызвать у нее сильную головнуюболь, но ничего подобного Кэрол не испытала.

— И все равно хорошо, что врач все время был рядом, — сказал Мэтью, успокоившись.

— Конечно, — согласилась Кэрол.

— А знаешь, я по тебе уже соскучился, — призналсяМэтью. — Не знаю, как я выдержу нашу разлуку… И не понимаю, как я жил всеэти годы без тебя…

— Я тоже соскучилась, честное слово!

— А что ты собираешься сейчас делать? — спросилМэтью, и Кэрол поняла — им движет не любопытство, а радостное возбуждениесродни тому, что испытывала и она. Мэтью понимал, что значит для нее вернутьсядомой после всего, через что она прошла.

— Да пока не знаю. Для начала, я думаю, мне нужноосмотреться. И поблагодарить бога за то, что я осталась жива.

И это ее желание тоже было ему понятно. Мэтью, увидев Кэрол,лежащую с респиратором без сознания в больничной палате, подключенную каппарату, испытал настоящий шок. Казалось, жизнь покинула Кэрол и никто и ничтоне может ей помочь, поэтому ее выздоровление представлялось Мэтью настоящимнеобъяснимым чудом. То, что произошло на его глазах, нельзя было объяснитьиначе, как вмешательством Провидения. И на этом чудеса не закончились. Кэрол нетолько поправилась, но они с ней вновь обрели друг друга как раз тогда, когдаон утратил всякую надежду.

— Я и забыла, какой у меня красивый дом, —рассмеялась Кэрол, оглядываясь по сторонам. — Нет, конечно, в общих чертахя помню, но не всё. А главное — мне здесь хорошо.

— Если бы ты знала, как мне хочется поскорее самомуувидеть твой дом! — воскликнул Мэтью, но Кэрол знала: его интересует вовсене дом. Вернее, и дом тоже, но лишь постольку, поскольку он имеет отношение кней.

Они попрощались, и Кэрол повесила трубку. За это время Стивиуспела разложить вещи и проверить запасы продуктов. Она как раз заваривала дляКэрол чай — «с дороги», как она объяснила, — когда приехала сиделка — приятнаяженщина средних лет, которой было очень лестно познакомиться с настоящейкинозвездой. Как и многие поклонники, сиделка Кэрол знала, что произошло с нейво Франции, и считала настоящим чудом, что ей удалось выбраться живой из такоймясорубки.

Познакомившись с сиделкой, Кэрол заглянула к себе в спальнюи убедилась, что за исключением некоторых мелочей комната выглядит именно так,какой она ее помнила. Постояв в задумчивости у выходившего в сад окна, Кэролпрошла в кабинет. Стиви уже подключила ее ноутбук, а сама отправилась на кухню,где сиделка занялась обедом. Все необходимые продукты Стиви заказала потелефону еще из Парижа. Как обычно, она не упустила ни одной мелочи, и Кэрол вкоторый раз подумала о том, как ей повезло с помощницей.

Когда обед был готов, Кэрол и Стиви сели вместе в кухне, какчасто делали в прошлом. Но стоило Кэрол откусить кусок сандвича с индейкой, какее глаза внезапно наполнились слезами.

— Что случилось?! — встревожилась Стиви.

Она, впрочем, догадывалась, в чем дело. Сегодняшний день былперенасыщен эмоциями, с которыми не справился бы и молодой здоровый человек.Стиви и сама чувствовала радостное волнение и едва сдерживала слезы.

— Не могу поверить, что я наконец дома! —всхлипнула Кэрол. — Я боялась… боялась, что никогда больше…

Только теперь Кэрол смогла признаться, какой сильный страхона испытывала в последнее время. Она пережила взрыв в тоннеле, уцелевшийтеррорист едва не убил ее. Постоянное присутствие охранников тоже напоминалоКэрол об опасности, которая грозила ей. Подобное был способен вынести далеко некаждый, но теперь ей больше не нужно было быть храброй.

— Все хорошо, Кэрол, все тревоги позади, —успокаивала ее Стиви, крепко обняв за плечи.

— Извини, я совсем расклеилась. Столько всегопроизошло… И Мэтью… Все эти переживания… — сбивчиво объяснила Кэрол.

— Ты имеешь полное право разреветься, — серьезносказала Стиви. — Ты, заработала это право.

Когда обед закончился, сиделка убрала посуду, но Стиви иКэрол еще некоторое время сидели за столом, допивая чай.

— Господи, Стиви, тебе давно пора домой… —спохватилась Кэрол, бросив взгляд на часы. — Алан, наверное, уже заждался!

— Он заедет за мной через полчаса, — ответилаСтиви. Она явно нервничала. — Я тебе потом позвоню и расскажу, как прошланаша встреча.

— Можешь рассказать и завтра, я уж как-нибудьпотерплю, — великодушно предложила Кэрол. — Наслаждайтесь другдругом, а обо мне не думайте… — В глубине души она чувствовала себявиноватой перед Стиви, понимая, что подруга фактически посвятила ей свою жизньили, точнее, ее часть. Насколько Кэрол помнила, в своем стремлении сделать еежизнь приятнее и комфортнее, Стиви делала гораздо больше того, чем требовали ееслужебные обязанности, добровольно беря на себя дополнительные заботы ипроблемы, решать которые она умела великолепно. Другой такой обязательной,преданной и внимательной секретарши Кэрол не нашла бы ни за какие деньги,поэтому она дала себе обещание быть к Стиви внимательнее, учитываяпредполагаемые перемены в ее жизни.

Спустя тридцать минут Алан дважды посигналил у ворот, иСтиви, попрощавшись с Кэрол до завтра, ушла, предварительно взяв с нее обещаниенемедленно звонить, если возникнут какие-то проблемы. Кэрол пожелала Стивиприятного вечера. Стиви ушла, а Кэрол стала разбирать свои вещи. Когда джинсы,блузки и свитера были разложены по местам, Кэрол отправилась в свойпеределанный из оранжереи кабинет и, сев за стол, устремила взгляд в сад.Компьютер был включен, но Кэрол слишком устала, чтобы работать. Инеудивительно. В Лос-Анджелесе было только три часа дня, но в Париже уженаступила полночь, и Кэрол отчаянно хотелось спать.