Тень с запахом гвоздики - Орлова

хотя бы выяснить, чем Ле́рон заставлял заниматься Вадика, ведь тот не был ей чужим, значит, это касалось и ее. И мимолетная мысль о том, что Вадик, возможно, тут вообще не при чем, а всего лишь служил прикрытием ее маниакальной жажды узнать, кто такой, черт возьми, этот социолог, тоже была проигнорирована. Алиса сделала пару осторожных шагов вперед — ничего не видно, внутри было очень тускло, скудный солнечный свет почти не проникал через эту разруху. Тут она услышала то ли какой-то голос, то ли шорох. Алиса вздрогнула и машинально сделала шаг назад, пнув камешек. Он прокатился и звонко стукнулся о стену. От этого звука Алиса сама сильно испугалась и замерла, снова прислушиваясь, но кроме звука собственного сердца ничего больше не слышала. И не видела. «Показалось», — решила она и осторожно двинулась вперед, безуспешно пытаясь сознательной частью уговорить себя свалить куда подальше. Сердце бешено колотилось, прося унести отсюда ноги, но они ее не слушались, а в голове пульсировала навязчивая мысль, что сейчас она все узнает… Даже если она застанет их за чем-то незаконным, не убьет же ее Ле́рон за это? Хотя, если вспомнить Катерину…

Внутри было очень тихо, звуки доносились только с улицы и уже казались какими-то ненастоящими. Алиса прошла арку и, сделав еще пару шагов вглубь внутреннего двора заброшки, остановилась. Глаза чуть привыкли к здешнему свету, и она огляделась. Внутри двор выглядел как самая типичная заброшка, каких у них в городе было полно. Темные мрачные дома с полуразвалившимися стенами, частично разбитыми окнами, а частично и без них совсем. Посреди двора куча строительного и бытового мусора, какие-то ветки, тряпки. В углу разбитый старый автомобиль и куча пыльных покрышек. И пугающая тишина. Даже не слышно вездесущих голубей. Воздух был спертый, кисловато-пыльный, казалось, будто и время тут попросту застыло, загустело, как протухший кисель. А Лерон с парнем словно испарились. Алиса почувствовала, как мороз пробежал по коже. Она сделала шаг назад, поняла, что наступила на что-то. Опустила взгляд, убрав ногу: ну, конечно, использованный шприц с иголкой, даже не удивительно. Такие места всегда были облюбованы наркоманами и бомжами. Кстати, вот о них она совсем не подумала. Они реально могут быть опасными. «Надо уходить, о чем я только думала», — Алисе было мерзко от осознания собственной глупости. Внезапно она поняла, что слышит какой-то звук: то ли шелест, то ли чье-то дыхание позади себя. Она осторожно обернулась в сторону исходящего звука и вскрикнула. В углу слева от арки оказался тот самый парень, с кем только что был Ле́рон. Он пребывал в каком-то обморочном состоянии и еле как стоял на полусогнутых ногах, подпирая спиной стену. Его руки странно висели по бокам, и он еле слышно хрипло дышал. И на вскрик Алисы никак не отреагировал. Ле́рона рядом не было. Лиса бросила сумку на землю, подошла чуть ближе и пригляделась: глаза парня были открыты, он смотрел куда-то перед собой невидящим взором и совершенно не моргал. Рот его был чуть приоткрыт, и из него раздавался тот самый хрип.

— Эй, парень, — Алиса помахала перед его глазами рукой. — Ты меня слышишь? Эй!

Парень не реагировал. Алиса решила, что он накачался, и раздумывала, не вызвать ли скорую? Или, может, позвать кого-то на помощь. В любом случае его состояние не казалось нормальным, поэтому нужно было что-то сделать. Раз эта сволочь его бросила, не могла же так поступить и она. Лиса подумала позвонить сестре, но тут заметила какое-то пятно у парня на футболке. Она вытащила телефон, посвятила на парня и увидела, что это было не просто пятно. Слева по шее парня тонким ручейком стекала кровь прямо на футболку.

— О, черт!

Алиса резко отпрянула назад. Телефон выпал из рук.

— Довольна?!

Голос, пышущий яростью, возник словно из-под земли. Алису точно пригвоздило на месте от интонации, с которой был брошен этот краткий риторичный вопрос. Сердце в панике забилось так, будто хотело вырваться наружу, а каждая мышца тела напряглась до жуткой боли. Она не могла видеть, но всей кожей ощущала разгневанного Ле́рона за своей спиной. Перед глазами машинально возникли воспоминания из прошлого сна, и ощущение такого же страха обрушилось на нее снова. Словно в каком-то тумане до нее медленно доходило осознание, что вот теперь она точно влезла, куда не следовало. Алиса хотела броситься бежать, но ее онемевшие ноги будто вросли в землю. Не успев ничего предпринять, она почувствовала, как Ле́рон схватил ее за плечи, развернул к себе и с размаху крепко приложил о стену рядом с парнем, прижав ее к кирпичной кладке и не давая возможности даже пошевелиться. От удара у Алисы сперло дыхание и вырвался приглушенный хриплый вскрик. Она сильно зажмурилась, почувствовав резкую боль в спине.

— Какого хрена ты продолжаешь лезть в мои дела?! Чего ты добиваешься?? — Ле́рон впервые сорвался на крик. Его голос троекратным эхом пронесся по стенам и обрушился на нее, будто обретая форму и вонзаясь под самую кожу, заставляя все тело Алисы сотрясаться от ужаса. Тот испуг в аудитории был ничем по сравнению с тем, что она испытывала сейчас. — Хочешь сдохнуть? Я все же думал, ты не такая идиотка!

«Мне конец» — с отчаяньем пронеслось в ее голове. Ей казалось, что это все происходит не с ней, а рядом сейчас совершенно другой человек, не Ле́рон, потому что Ле́рон не мог быть таким, просто не мог быть. А этого человека она не знала. Не знала. Этот человек мог сделать с ней все, что угодно. Не убьет ее? Да откуда она могла это знать! Она о нем вообще ничего не знала, как только она позволила себе влезть в такое! У Алисы началась дикая паника, ноги стали подкашиваться, и, если бы не крепкая хватка Ле́рона, она бы точно свалилась. Она стала молиться, чтобы произошло чудо, чтобы он отпустил ее и ничего с ней не сделал.

— Я тебя предупреждал. Но ты решила, что это все несерьезно, — Ле́рон сделал усилие, взяв себя в руки, и снова перейдя на свой привычный тон. Почти. Он перестал кричать, но его голос все еще был разъяренным. Он отчеканивал каждое слово, словно это давалось ему с невероятными усилиями, и будто плевался кислотой. — Что мне теперь с тобой делать? Раз уж тебе настолько плевать на себя…

Алиса почувствовала, как его руки сжались еще сильнее на ее плечах, из-за боли из глаз потекли слезы, и ей стало труднее дышать. В мыслях внезапно