Вечные влюбленные - Ширли Басби

— Предположим, — угрюмо изрек Ник, — мы заберемся в эти темницы и установим истину. Но пока я не хочу, чтобы бабушка знала о дневнике. Она успокоится, лишь когда узнает, что его тело лежит в тех темницах и что он не сбежал с Терезой. Только после того, как мне удастся исследовать темницы и установить, какой была его судьба, я ей расскажу о дневнике. До того все должно оставаться между нами.

На лице Атины появилось странное выражение. Ник не мог сказать, что это — радость или сожаление. Ему стало тревожно. Он интуитивно почувствовал, что Атина замышляет что-то недоброе.

Атина отвела от него взгляд. Глядя на огонь, она спросила:

— А как ты собираешься проникнуть в подземелье? Эйвери находится в усадьбе и едва ли позволит тебе войти в дом и разрушать кирпичную кладку, о которой упомянула Тесc.

— Мы подождем, пока Эйвери уедет в Лондон или куда-нибудь еще. Хотим заняться этим в начале января, когда Рокуэлл и остальные вернутся из Корнуолла. Но при условии, что Эйвери в усадьбе не будет.

— А Рокуэлл и остальные знают о ваших планах? — беспечно спросила Атина.

— Нет, — ответил Ник — Сейчас никто, кроме нас троих, не знает о существовании дневника, тем более о наших подозрениях.

Продолжая глядеть на огонь, Атина медленно произнесла:

— Неужели, чтобы выяснить правду, нужно ждать до января?

— Что делать, — с сожалением произнес Ник. — В последние недели мы только это и обсуждаем, но ничего другого придумать не можем.

— Предположим, Эйвери уедет, чтобы провести праздники с друзьями… Тогда ты по-прежнему будешь настаивать на том, чтобы дожидаться остальных?

Ник потер подбородок.

— Это, конечно, заманчиво, но Тесc и я — мы решили подождать остальных. — Он с улыбкой посмотрел на Тесc. — Она боится, что Эйвери может неожиданно вернуться и устроить нам западню.

— Но если мы спустимся втроем. — взволнованно начала Атина, сверкая красивыми черными глазами, — тогда это будет не опасно. — Она поглядела на Тесc. — Неужели вы думаете, что, если Эйвери уедет, он может неожиданно вернуться?

Тесc неловко поерзала.

— Не знаю, просто думаю, нельзя давать Эйвери ни малейшего шанса навредить Нику, а он это непременно сделает, если будет в усадьбе Мандевиллов.

— Но он ничего не сделает, если мы все будем там, — успокоила ее Атина, лучезарно улыбаясь. — В конце концов, вряд ли он сумеет убить всех троих Ник засмеялся.

— Я то же самое говорил ей некоторое время назад, только тогда нас было пятеро!

Тесc натянуто улыбнулась.

— Я понимаю, что веду себя глупо, но не доверяю Эйвери.

— О бедняга Эйвери! — весело прощебетала Атина. — Мы втроем сумеем перехитрить его.

— Конечно, сумеем, — сказал Ник, — но прежде чем что-то предпринимать, надо, чтобы Эйвери уехал.

— Гм-м, вот это проблема, не правда ли? — пробормотала Атина. — Но кто знает, может, он как раз собирается уехать. Хотите, я узнаю?

— Ты? — с изумлением спросил Ник. — Откуда ты это знаешь?

Атина безмятежно улыбнулась.

— О, мы часто встречались с новым бароном в Лондоне. Принимая во внимание, что это за человек, не могу назвать его другом, но я достаточно хорошо с ним знакома, чтобы при встрече перекинуться парой слов. — Она задумалась. — Постойте, от кого же я слышала, что он каждое утро катается верхом?.. Ах, да, вспомнила.

Это сказал сквайр Фрэмптон. Он говорил, что они с Эйвери часто встречаются на пограничной дороге. Думаю, я попрошу сквайра поехать со мной верхом завтра утром по той же дороге. Кто знает, кого мы можем встретить?

Ник и Тесc были не в восторге от затеи Атины, однако не находили ничего плохого в том, чтобы она тайком выведала у Эйвери его планы на праздники. Лишь лихорадочное возбуждение сестры немного смущало Ника.

Больше они не касались этой темы, но ночью, лежа с Тесc в постели. Ник задумчиво сказал:

— Надеюсь, мы не допустили ошибки, посвятив Атину в наши планы. Хотя в данных обстоятельствах трудно было этого избежать.

Наши отношения в последнее время улучшились, но я не вполне доверяю ей… — Он хмыкнул. — Впрочем, что она может нам сделать. Знаю одно — она искренне привязана к бабушке и поможет разгадать тайну исчезновения Бенедикта.

Тесc подняла голову и взглянула ему в глаза:

— Ты думаешь, она может нас предать? Может быть в сговоре с Эйвери?

Первой мыслью Ника было отвергнуть это предположение, но он колебался. Наконец пробормотал:

— Я так не думаю, но не могу делать вид, что безоговорочно доверяю ей. У меня такое чувство, что она что-то замышляет, но не могу сказать наверняка!

— Может быть, из-за того, что ваши отношения долго были натянутыми? Поэтому тебе трудно свыкнуться с мыслью, что она изменилась?

Ник усмехнулся.

— Возможно. И если в дальнейшем в ее действиях не будет ничего подозрительного, придется принять ее слова за чистую монету.

— Вот и чудесно! Если Эйвери уедет на праздники, то мы втроем сможем спуститься в подземелье до возвращения твоей бабушки! — Лицо Тесc светилось от воодушевления. — Ты только подумай, мы можем привезти ей в Рокуэлл-Холл новости о нашем открытии!

Ник заворчал, поскольку эта идея не так вдохновляла его, как жену. Однако, едва зародившись, эта мысль все больше овладевала Ником, и вскоре он сам стал надеяться, что Атина принесет хорошие новости в свой следующий визит. Так и случилось.

Утром Атина прискакала верхом, пока Тесc и Ник еще только готовились к прогулке. По тому радостному возбуждению, в котором пребывала Атина, они поняли, что поездка ее принесла успех и для них готовы хорошие новости. Они остановили лошадей; Атина, натянув поводья, весело сказала:

— У меня было утро, полное событий, мои дорогие. Сейчас я все вам расскажу… — Она многозначительно покосилась в сторону грумов, которые возились возле конюшен, и тихо добавила:

— Давайте только отъедем подальше от чужих ушей.

Они втроем быстро отъехали прочь, и только когда конюшни скрылись из виду, Атина заговорила. Ее черные глаза сверкали как отполированный обсидиан.

— Фрэмптон и я, — выпалила она, — мы поехали кататься сегодня утром по пограничной дороге, и как вы думаете, кого мы встретили? — Она широко улыбнулась. — Ну конечно! Барона Мандевилла. Мы очень приятно поболтали немного, и он случайно обронил, что в этот четверг уезжает в Йоркшир провести праздники с друзьями. Я была потрясена! Я пришла в такой восторг, что он, должно быть, решил, что я сошла с ума.

— Надеюсь, это не выглядело подозрительным? — резко спросил Ник.

Атина покачала головой: