Старая сказка - Кейт Форсайт

— Очень необычно, — заметила я. — А готовить вы тоже умеете?

— Это было бы чересчур уж необычно. Мне бы не хотелось причинить вред вашему здоровью.

— Восхитительно, — сказала я, осторожно пробуя суп из устриц.

— У меня очень хороший повар, — похвастался он.

Я вспомнила историю о его кузене, Великом Конде, и его поваре. Однажды короля пригласили в Шантильи, загородное имение Конде. Когда рыба не прибыла вовремя, повар зарезался разделочным ножом. Его тело обнаружил лакей, прибежавший сообщить, что рыбу все-таки доставили.

Меня охватил легкий озноб, и маркиз тут же поднялся со своего кресла и подал мне шаль, накинув ее на плечи. Большими пальцами он словно бы невзначай провел мне по ключицам, и я вновь вздрогнула. Он плотнее подоткнул шаль, укутав мне горло.

— Вы подумали обо всем, — заметила я.

— Еще шампанского?

За супом из устриц последовала confi de canard,[156]поданная с салатом из груш и грецких орехов.

— Я знаю, что вы, гасконцы, любите уток, — заявил маркиз.

— В Гаскони больше уток, нежели людей, — с деланным сожалением заметила я.

Маркиз подлил мне игристого вина, после чего убрал со стола, попросту свалив грязную посуду в корзину для пикника. Затем он откуда-то извлек большое блюдо, доверху наполненное клубникой со сливками, и две ложки с длинными ручками. Поначалу я скромно брала ягодки с самого края, но уже скоро, смеясь, сражалась с ним за оставшуюся последнюю клубничку, отталкивая его ложку в сторону.

— Ну вот, теперь можно и поиграть, — сказал маркиз.

Я с любопытством уставилась на него. Он рассмеялся и выложил на стол колоду карт.

— В пикет, я имею в виду. Хотя меня можно и переубедить…

— Пусть будет пикет.

Он снял[157]колоду и быстро перетасовал ее.

— Вы уверяете, что вам везет в картах и не везет в любви. Хотите, чтобы все было по-другому? Предлагаю вам поставить ваш счастливый талисман против духов, от запаха которых мужчины будут штабелями валиться к вашим ногам, изнывая от любви.

Я была заинтригована.

— И как вы намерены доказать их действенность?

— Я готов предложить себя в качестве испытуемого.

Я рассмеялась.

— Сначала я хотела бы понюхать ваши духи.

Он показал мне красивый хрустальный флакон со стеклянной пробкой.

— Дайте мне свое запястье.

Я послушно протянула ему руку. Он вытащил пробку из флакона и медленно провел ею по коже моего запястья.

— Они сделаны специального для Шарлотты-Розы из масла роз, редкого жасмина, базилика, бузины и других цветов, названий которых я не запомнил. Духи очень дорогие.

— И аромат у них просто божественный. — Я поднесла запястье к носу и осторожно понюхала.

— А теперь вы должны снять свой счастливый талисман. Играем честно, идет? Если я выиграю, то получу не только ваш талисман, но и поцелуй, в котором вы отказываете мне вот уже неделю.

Сердце мое учащенно забилось. Я вдруг ощутила легкое головокружение. Медленно опустив пальцы в вырез платья, я извлекла оттуда атласный мешочек и с коротким смешком бросила его на стол. Маркиз поставил флакончик рядом с ним и ловко сдал карты.

Я была намерена не дать ему выиграть слишком легко, но, к своему удивлению, обнаружила, что сражаюсь изо всех сил просто за то, чтобы остаться в игре. Маркиз играл чрезвычайно сосредоточенно, первым делом сняв парик и отшвырнув его на диванчик.

— Без него мне легче думается, — пояснил он. Его собственные волосы оказались темными и очень коротко подстриженными. Еще через некоторое время он ослабил узел своего галстука. — Сдавливает кровеносные сосуды, питающие мозг, — изрек он в свое оправдание.

— Вам нужно попробовать походить в корсете, — сказала я.

— Я с радостью развяжу ваш, — с готовностью предложил он.

— Довольно, — прервала я его и кивнула карты на стол. — Вернемся к игре.

К моему удивлению, он легко выиграл первую партию.

— Вам следует почаще снимать парик перед игрой, — заметила я.

— Боюсь, король прогонит меня с глаз долой. На прошлой неделе ему чрезвычайно не понравился мой камзол. Он смотрел на меня весь вечер, а после прислал лакея, чтобы передать мне, что я должен больше никогда не надевать его вновь.

— Недостаточно кружев? — поинтересовалась я.

— Их не было вообще.

— Вам следует помнить, что король зарабатывает кучу денег на налогах на кружева.

— Они дьявольски неудобны. Терпеть не могу, как они постоянно закрывают мне руки.

— Украсьте ими свой галстук.

Он недовольно скривился.

— Вы так думаете? Пожалуй, я так и сделаю. Ну что, сыграем еще раз? Если я выиграю и эту партию, то поцелуй за вами. Должен признаться, я с нетерпением жду этого.

— Не будьте столь самоуверенны. Я тоже хочу выиграть ваши духи. Мысль о том, что мужчины будут падать к моим ногам, пришлась мне по душе.

— Для этого вам не нужны духи, Шарлотта-Роза.

— О, как мило. Хорошо сказано. Полагаю, теперь и сочинить рондо не составит для вас большого труда.

— Духи вам и впрямь не нужны, а вот мне поцелуй просто необходим. У вас самый очаровательный ротик, какой я когда-либо видел.

— В самом деле? Полагаю, он всегда пребывает в действии.

— М-м, — пробормотал он, уставившись на мои губы.

Я залпом допила остатки шампанского, отчасти для того, чтобы скрыть их от его взгляда. Еще никто и никогда не называл мой рот очаровательным. Чересчур большим, чересчур смелым, чересчур полногубым, чересчур алым, чересчур громогласным, чересчур язвительным и чересчур разговорчивым — это да! Но очаровательным — никогда.

Маркиз умело снял и перетасовал колоду, раздал карты и улыбаясь наполнил наши кубки арманьяком. Я машинально сделала большой глоток, не отрывая взгляда от своих карт.

— Вы меня заинтриговали, мадемуазель. Вы ездите верхом, как мужчина, вы пьете, как мужчина, и в карты вы играете, как мужчина. Сдается мне, вам просто неведом страх.

Я метнула на него раздраженный взгляд.

— А чего здесь пугаться?

— Как чего? А падения, например?

— Последний раз я падала с лошади, еще когда была маленькой. А если упаду, то встану и вновь поднимусь в седло.

— Вот это я и имею в виду.

— На самом деле женщины вовсе не такие слабые и нервные, какими вы, мужчины, их считаете. На самом деле, дай нам волю, мы вполне можем делать то же, что и вы.