Как соблазнить горца - Ванесса Келли

Миссис Ламотт, будучи филантропом и квакером, направила Хлою на путь истинного призвания и определила ее миссию в жизни. Не имея детей и близких родственников, миссис Ламотт оставила Хлое значительную часть своего состояния с условием, что та использует эти деньги для частной благотворительности, помогая незамужним беременным женщинам. Так как добрая вдова спасла Хлою от позора и лишений, как могла она не исполнить предначертанный для нее план миссис Ламотт?

– И как отнеслись к этому ваши родители? – спросил Доминик, обращаясь к Джейн. – Кто-нибудь из Кэмпвортов угрожал им?

Джейн сцепила пальцы, положив руки на колени.

– Нет пока, но Роджер не будет долго ждать, особенно теперь, когда обнаружил меня. – Она опять заплакала. – Я боюсь за родителей. Я пыталась уговорить их поехать со мной, но папа сказал, что не может закрыть магазин.

– Мистер Клейтон влез в долги и старался погасить их в течение последних нескольких лет, – пояснила Хлоя. – Я предлагала приют всей семье, но он отказался.

– С ними может всякое случиться, так как они одиноки, – сказала Джейн с дрожью в голосе.

Хлоя обняла ее.

– Они не одиноки, дорогая. Мы поможем им, и все будет хорошо.

Джейн покачала головой.

– Вы не знаете, на что способен Роджер, а его дядя гораздо хуже, чем говорят.

– Миссис Пайпер права, – сказал Доминик. – Вам не надо беспокоиться, Джейн. Мы позаботимся о Кэмпвортах, и будьте уверены – ваши родители не пострадают. Даю слово.

Джейн достала носовой платок из кармана простого платья и осторожно вытерла слезы. Затем робко улыбнулась Доминику.

– Благодарю вас, сэр. Могу я сделать что-нибудь для вас?

Доминик улыбнулся в ответ своей очаровательной доброй улыбкой, перед которой, по мнению Хлои, любая девушка или женщина едва ли могла устоять и не влюбиться в него.

– В настоящее время я хочу, чтобы вы отдыхали и следовали наставлениям миссис Пайпер.

– Это очень хороший совет, – сказала Хлоя со странно сжавшимся горлом. – И я хочу, чтобы ты пошла сейчас наверх и легла в постель. Я поднимусь проведать тебя позднее.

Когда Джейн вышла, Хлоя повернулась к Доминику:

– Мой дорогой сэр, кто такой Борден Кэмпворт? Судя по тому, что говорят о нем Джейн и мой сын, он представляется мне настоящим чудовищем.

– Звучит слишком драматично, – возразил Гриффин. – Я бы назвал его просто отпетым негодяем.

– Это точное определение, – сказал Доминик. – Кэмпворт управляет одной из крупнейших криминальных организаций в Лондоне, занимаясь вымогательством, шантажом, воровством и в отдельных случаях похищением людей.

– Похищением людей? – повторила Хлоя слабым голосом.

– К несчастью, да, – подтвердил Гриффин. Он посмотрел на Доминика. – Нам надо что-то предпринять.

– Я знаю, – ответил Доминик, снова приняв властный вид. – Но мне нужна информация, на которой можно строить эффективный план действий.

Гриффин сузил глаза.

– В таком случае планируйте быстрее, или я сам начну действовать.

Хлоя резко распрямилась.

– Я не хочу, чтобы ты вставал на опасный путь, Гриффин. – Ее сердце болезненно сжалось при мысли о том, что может случиться с сыном.

Объект ее тревоги презрительно фыркнул.

– У меня нет причины беспокоиться по поводу Бордена Кэмпворта.

Хлоя покачала головой.

– И все же…

– Нет причины беспокоиться, потому что я сам займусь Кэмпвортом, – вмешался Доминик. Его мрачная улыбка свидетельствовала о том, что он, должно быть, давно ждал момента, чтобы выступить против преступного главаря.

– Это так же плохо, как и решение Гриффина! – выпалила Хлоя. – Почему бы этим не заняться главному уголовному полицейскому суду на Боу-стрит или магистрату?

Доминик удивленно поднял брови.

– Хлоя, я и есть представитель магистрата.

– Я имела в виду другое должностное лицо, а не тебя лично, – сказала она с отчаянием.

Сидевшая рядом с Гриффином, Юстина оживилась.

– Может быть, нам следует отложить на время вопрос конфронтации с Кэмпвортами? Мне кажется, более неотложным делом является обеспечение безопасности Хлои и Джейн.

Хлоя нахмурилась.

– Едва ли Борден Кэмпворт и его люди тайком прибудут в Камберуэлл. Кроме того, теперь, зная, с кем мы имеем дело, я предприняла дополнительные меры предосторожности.

– Дополнительных мер предосторожности будет недостаточно, – резко сказал Доминик. – Ты и Джейн должны сегодня же покинуть Камберуэлл.

Его тон вывел Хлою из себя. Она была вынуждена покинуть свой прежний дом всего несколько месяцев назад и не намерена допустить, чтобы такое случилось опять. К тому же кто позаботится о девушках и их детях, если она уедет?

– Кроме Джейн в настоящее время здесь находятся еще несколько девушек, – сказала она, – и я также должна обеспечить соответствующий уход за двухмесячным младенцем. К тому же есть еще Стивен. Надеюсь, вы не предполагаете, что я оставлю их всех на произвол судьбы? – Хлоя заботилась о всех своих подопечных, но Стивен – ребенок, которого она взяла под личную опеку несколько месяцев назад, – был особенно дорог ей.

Она понимала, что выступила довольно резко, но кто мог осудить ее за это? Хлоя была вынуждена жить вдали от собственного ребенка все эти годы и не могла простить себе, что допустила это. Как могла она теперь лишить невинных созданий ее заботы?

Гриффин подошел и сел рядом с ней. Когда он взял ее руку, у Хлои сжалось сердце.

– Мать, когда мы впервые встретились, ты просила верить тебе, и я верил. Теперь я прошу верить мне. Ты должна сделать то, что говорит Доминик, ради твоей безопасности и безопасности Джейн.

По какой-то необъяснимой причине Доминик сердито посмотрел на них. Когда она уловила его взгляд, выражение его лица вновь приняло обычный вид.

– Ты слышала, что я сказал, Хлоя? – настойчиво спросил Гриффин.

– Да, мой сын. Но я…

Он прервал ее.

– Если Борден Кэмпворт займется проблемой своего племянника, он, не задумываясь, нанесет удар по твоему делу. Или совершит что-нибудь похуже.

Когда Хлоя поморщилась, Гриффин смягчил тон.

– Как, по-твоему, Доминик и я будем чувствовать себя, если такое случится? Мы только что нашли тебя. Думаешь, нам хочется вновь тебя потерять?

Хлоя вздохнула. Она была подвержена манипуляции, как любая мать, испытывающая чувство вины.

– Ты преуспел в этом.

– В чем?

– В воздействии на женщин.

– Я не знала этого, – пробормотала Юстина.