Алиби - Сандра Браун

— А ты неплохо выглядишь, — сказал он, посмотрев на нее.

Лоретта рассмеялась.

— Я же говорила, что, когда смотришь на мир через донышко стакана, перестаешь замечать его недостатки.

Но Хэммонд только хмыкнул. По сравнению с вечером понедельника Лоретта действительно выглядела значительно лучше. Ее волосы были вымыты и расчесаны, а аккуратно наложенная косметика смягчала нездоровую худобу лица и скрывала большую часть морщин. Глаза были ясными и смотрели внимательно и зорко, а руки почти не дрожали.

Похоже, что Лоретта и сама отдавала себе в этом отчет. Во всяком случае, она казалась польщенной, хоть и старалась отшутиться.

— Нет, правда, — сказала она. — Впрочем, признаюсь: я немного почистила перышки, и все же…

— И подкрасила тоже.

— Это Бев посоветовала.

— Тебе идет.

— Спасибо. — Она подняла руки и поправила прическу. — Бев была просто счастлива, когда узнала, что у меня снова есть работа. Правда, я честно сказала ей, что это временно. Она пустила меня обратно, но с условием, что я буду регулярно посещать собрания Общества анонимных алкоголиков.

— Ну и как ты, держишься?

— Держусь. Правда, по утрам меня еще трясет, но с этим я справлюсь. Я почти уверена, что справлюсь.

— Это хорошая новость, Лоретта. Самая хорошая новость за весь день, — честно сказал Хэммонд. — Я рад за тебя.

Он немного помолчал, как бы закрывая тему, и только потом перешел к интересовавшему его вопросу:

— Так что тебе удалось узнать, Лоретта? Она подмигнула.

— Много всего. Пожалуй, после того, как ты ознакомишься с результатами, ты, чего доброго, возьмешь меня на работу к себе в прокуратуру.

— У тебя такие хорошие новости?

— У меня есть источник, имени которого я называть не буду, — начала Лоретта. — Но он — настоящий компьютерный гений, и…

— Это Харви Дубб, что ли, гений?

— Ты его знаешь?

— Харви работал и на меня тоже. И не только на меня. Время от времени он выполняет для прокуратуры некоторые деликатные поручения. Все это строго конфиденциально, разумеется…

— Ты что, шутишь? — спросила Лоретта, и на лице ее отразилось глубокое разочарование.

— Ты шантажировала Харви его старыми делишками, не текли?

— Будь я проклята! — Лоретта в досаде даже стукнула по хлипкому столику кулаком. — Этот ничтожный червяк едва не заставил меня краснеть, потому что я, дескать, применяю к нему недозволенные методы давления и заставляю нарушить принципы, которых он свято придерживается! Ну и паскудник!..

— Харви обожает строить из себя святого, но на самом деле это не более чем поза. Именно поэтому я и не обратился к нему непосредственно — Харви Дубб никогда не внушал мне доверия.

Хэммонд, однако, нисколько не опасался, что кто-то может вычислить его самого, если Харви попадется на взломе баз данных службы социального обеспечения. Он верил Лоретте, которая поклялась никому не выдавать его секрета. Сейчас же Хэммонд задумался о другом. Что, если кто-то еще пытался добраться до информации о Юджин с помощью Харви?

— Скажи, когда ты обратилась к нему, Харви знал что-нибудь о деле Петтиджона? Какие-то подробности, к примеру, о которых не писали в газетах? Не показалось ли тебе, что он знает что-то о докторе Кэрти?

Лоретта задумчиво пожевала губами.

— Тогда не показалось, но сейчас я начинаю сомневаться… И не только в нем, но и в своих собственных инстинктах. Говорят, талант не пропьешь, и все же… — Она опустила голову, но тут же снова посмотрела на Хэммонда:

— А что?

Хэммонд неопределенно пожал плечами.

— Мне пришло в голову, а вдруг кто-то еще просил Харви покопаться в прошлом доктора Кэрти.

— А кого еще она могла заинтересовать? Твою Стефи?

— Или Смайлоу.

— Если ты не врешь и Харви действительно выполнял какие-то неофициальные поручения твоих коллег, тогда это вполне вероятно. И все-таки мне показалось, что он был по-настоящему удивлен и даже польщен, когда я попросила его помочь мне в моем расследовании.

Хэммонд кивнул, потом указал на стандартных размеров конверт, который Лоретта прижимала к столу левой рукой.

— Ладно, пока оставим это. Расскажи все-таки, что тебе удалось выяснить.

Лоретта достала из конверта несколько сложенных листов бумаги. Это был ее отчет, но, вводя Хэммонда в курс дела, она почти не заглядывала в них. Лишь когда ей требовалось уточнить какую-то дату, она бросала на бумаги быстрый взгляд.

— Превосходно… — пробормотал Хэммонд, пока Лоретта рассказывала о достижениях Юджин на научном поприще. Длинный список ее наград привел его в настроение почти благодушное, и, откинувшись на спинку стула, он сказал:

— Что там еще есть хорошенького? Лоретта вскинула на него глаза.

— Хорошенького? Ты хочешь сказать — плохого? Хэммонд мгновенно насторожился:

— А что, есть и плохое?

— Как же без этого. Вот послушай, что она вытворяла в Теннесси. Ее рассказ подействовал на Хэммонда подобно ледяному душу. То, что Харви Дуббу удалось выкопать в закрытых архивах Службы охраны детства, повергло его в ужас. Вчера вечером Юджин сказала, что боится его разочаровать. Что ей было бы слишком больно объяснять ему все. Теперь он знал — почему.

Тем временем Лоретта убрала бумаги обратно в конверт и с торжествующей улыбкой протянула ему.

— Я предприняла и свое собственное расследование, — сказала она, — но мне, как и Харви, не удалось найти ничего, что связывало бы Юджин Кэрти с Петтиджоном. Если эта связь и существовала, то она для всех оставалась тайной.

— Вряд ли эта связь могла существовать, — произнес Хэммонд. — Доктор Кэрти слишком порядочный человек, чтобы иметь что-либо общее с таким подонком, как Петтиджон. Так я думал до этого момента. Теперь мне ясно, что я ошибался.

Он взял конверт и спрятал его во внутренний карман пиджака.

— Ты чем-то недоволен? — спросила Лоретта, от которой не укрылось его состояние; только истолковала она его не правильно.

— Нет, более полного отчета я не мог бы и желать, — совершенно искренне ответил Хэммонд. — И я тебе благодарен. Ведь я знаю, чего тебе стоило собраться, и все-таки ты сделала это ради меня. Спасибо…

Он хотел встать из-за стола, но Лоретта успела схватить его за рукав.

— Что с тобой, Хэммонд? — тихо спросила она.

— О чем ты? — Он притворился удивленным.

— О чем?.. Я думала, ты будешь прыгать до потолка, а ты…

— Я же сказал: ты отлично поработала.