Пыль у дороги - Алёна Рю

* * *

Подремав с часик в своей комнате, Тирк заставил себя подняться. Натянув сапоги, он встал и поднял лежащие рядом ножны с мечом. В этот момент дверь легонько скрипнула и приоткрылась. На пороге появилась Нашта. Она была бледной, лицо зареванное и немного смущенное.

– Прости, что так поздно, – виновато опустив глаза, сказала она.

– Ты так просто сюда вошла? – удивился Тирк. – А дверь? А Найдер?

– Никого не было, и дверь не заперта.

– Проходной двор, – он вздохнул. Ночка обещала быть непростой. – Ну, заходи. Что случилось-то?

– Мне нужно поговорить с тобой, Тирк, – Нашта прошла вглубь комнаты и села на кровать. Он положил меч на стол и устроился рядом.

– Хорошо, рассказывай, – сказал мягко.

– Я сегодня… Даже не знаю, с чего начать…

– Начни с главного.

– Я… – она не могла подобрать слова. – Сегодня…

– Ну что? Что? – он обнял ее за плечи, девушка дрожала.

Поддавшись порыву, Нашта прильнула к его груди, крепко обхватив его руками. Тирк погладил ее по голове.

– Твой отец… все… – с трудом продолжала она.

– Что мой отец? Я не смогу понять, если ты не скажешь, – он легонько отстранил ее и заглянул в покрасневшие глаза.

– Скажи мне, Тирк, я когда-нибудь нравилась тебе как человек?

– Что за вопросы?

– Нравилась ли я тебе как человек, а не как женщина? – повторила она.

– Нашта, – Тирк улыбнулся ласково, как ребенку. – Ты всегда нравилась мне как человек, и всегда будешь. Разве я дал повод усомниться? Я же твой друг, разве нет?

– А если я нравлюсь тебе как человек, – помедлив, спросила Нашта, – то почему мы просто друзья?

– В смысле? – Тирк непонимающе качнул головой. – А кем еще мы должны быть? Врагами, что ли?

– Ты… я… – она тяжело вздохнула. – Ведь когда-то, помнишь, мы любили друг друга…

Охотник поджал губы.

– Почему ничего не вышло? – спросила Нашта и снова прижалась к нему, боясь посмотреть в глаза.

– Я понял, теперь понял, – подумав, ответил Тирк. – Ты спрашивала, нравишься ли ты мне как человек, и я тысячу раз на дню готов повторять, что да, но ты не спросила, нравишься ли ты мне как женщина…

– Но я думала, что тебе было хорошо, разве нет?

– Нет, Нашта, я не про это. Ты очень красивая, с тобой было здорово, но, говоря о женщине, я всегда думал немного о другом. Не знаю, как сказать, чтобы не обидеть, но в тебе не хватает чего-то. И конечно, это мои проблемы, что мне это что-то нужно, другому хватит и того, что есть…

– Тогда почему, – перебила его она, – почему в ту нашу первую ночь ты не оттолкнул меня?

– Почему? Да сам не знаю. Ты так страдала, потеряв отца, Элисон было не до тебя, мне стало жаль тебя, да и устоять перед такой красотой очень сложно, – добавил он, улыбнувшись.

Нашта вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.

– А потом? Почему потом стал приходить ко мне?

– После той первой ночи пытался выкинуть тебя из головы, но не мог. Сам не понимал, почему. Ругал себя, что пошел на такой шаг, но в глубине души очень хотел повторить его. А когда вернулся, ты уже занималась тем, чем занималась, и когда я увидел тебя в объятиях другого, даже не знаю, как объяснить, что-то произошло. Как будто дверь захлопнулась. Я подумал, что мы просто можем быть друзьями, которые иногда хорошо проводят время вместе. Да и к тому же, помнишь, мне это было не бесплатно.

– Но не всегда же!

– Я чувствовал себя выше других, но я не был для тебя единственным. И поэтому не мог относиться к тебе как к женщине в моем понимании. Я и относился к тебе как к человеку.

– Но если бы я принадлежала только тебе, ты мог разбить мое сердце, что ты и так уже сделал, ты это понимаешь?

– Понимаю и отрицать не буду. У нас просто не сложилось, а уж кто в этом виноват, не знаю.

– А я ведь, кажется, любила тебя, – сказала Нашта, поднимаясь.

Тирк промолчал.

– Ладно, спасибо за разговор, – она смахнула слезу.

– Подожди, – он наклонился вперед. – Ты знаешь, что мы арестовали Рию?

Нашта побледнела и зажала рот ладонью.

– Помнишь плакаты, которые мы развесили по городу? – продолжил он, внимательно глядя ей в глаза. – Оказалось, что Риа – это Эриал Найт.

В серых глазах, обрамленных рыжими ресницами, не было удивления

«Она знала», – понял он. Девушка приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но Тирк опередил:

– Когда кто-нибудь, Грэй или даже я спрошу тебя, знала ли ты об этом, – строго сказал он, – ты ответишь, что нет.

Нашта сдвинула брови.

– Тирк…

– Больше ничего не хочу слышать, – он замотал головой. – Уже поздно, тебе пора возвращаться домой. Я найду кого-нибудь, чтобы проводили.

Нашта направилась к двери.

– Риа ведь тебе нравилась, – сказала она, оборачиваясь. – А когда человек тебе дорог, ты просто хочешь быть рядом, и остальное не имеет значения.

– Она не человек, – мрачно изрек Тирк.

– Не надо меня провожать, я знаю город, – с грустной улыбкой Нашта скрылась за дверью.

Тирк не стал догонять. Он откинулся назад и снова растянулся на кровати. И почему так выходило, что от женщин у него оставалось лишь разочарование?

* * *

Когда Эри очнулась, уже перевалило за полночь. Лунный свет лился сквозь окошко камеры и чертил на полу решетчатый узор.

Ожог на ключице ныл, но в остальном она чувствовала себя даже лучше. Легче. Как будто с души сняли какой-то груз. Да и руки развязали.

Эри села, задумчиво глядя перед собой. Она попыталась вспомнить содержимое той записки Эндрика. Он подобрался к Шадер близко. Значит, Хартон убил его, защищая... неужели ее? Нет. Или да?

Эри закрыла глаза и, глубоко вдохнув, прислушалась к себе.

«Таинственный человек забрал мою магию», – пришло осознание.

Она усмехнулась, не зная, плакать или радоваться. Значит, если ее догадка верна, то прощай странные сны, граница, огненные порталы. Больше не придется