Роковой рубин - Дебора Смит

Сэмми Рейнкроу была бледна, безумна, светловолоса и суха, как новенькая промокашка. Она понравилась Бену Дрейфусу с первой же минуты, как вошла в небольшую, но роскошную контору адвокатской фирмы «Дрейфус и Дрейфус», держа в руках блокнот, потрепанную брошюру по процессуальному праву и пачку двадцатидолларовых купюр.

— Мне нужен адвокат, который готов к долгой борьбе и который вытянет моего мужа, — сразу взяла она быка за рога. — Если вы не беретесь, скажите сразу. Я оплачу время, которое отняла у вас, и уйду.

— Боюсь, я не смогу сделать для него ничего впечатляющего, судя по тому, что мне известно об этом деле.

— Вы упрямы? — не отставала Саманта.

Чувствуя себя полным идиотом, Бен уткнулся в резюме. Но, в конце концов, он окончил Гарвард, он происходит из весьма старинной, богатой и трудолюбивой семьи юристов и ему смолоду внушили, что нужно браться за любую работу, какой бы незначительной она ни казалась.

Дочитав резюме, он произнес про себя: «Что ж, вперед».

Все это время она рассматривала его через стол.

— Сколько вам лет?

— Двадцать семь, — ответил он. Потом, сообразив, поднял бровь и усмехнулся. — Я вундеркинд. Мне уже говорили, что я похож на Ли Бейли в молодости.

— По-моему, скорей на Дастина Хоффмана. В «Выпускнике».

Это ему тоже не раз говорили.

— У меня волосы лучше, — мрачно уточнил он.

— Скажу вам честно…

— Спасибо, сыт вашей честностью по горло.

— Я хотела, — невозмутимо продолжала Саманта, — чтобы за это дело взялся ваш отец. Он известный адвокат и сделал много хорошего для индейцев. Джо Гантер сказал, что Абрахам Дрейфус берется или не берется за дела из принципиальных, а не из финансовых соображений. А вы?

Бен темпераментно взмахнул рукой, указывая на чучело окуня, висящее на стене.

— Ну, во мне тоже течет кровь Дрейфусов. Полагаю, какое-то количество порядочности я унаследовал.

— Вы верите, что мой муж невиновен? Потому что мне нужен адвокат, который на сто процентов на его стороне.

— Послушайте, моя задача — обеспечить ему хорошую грамотную защиту, а не написать рекомендацию в бойскауты.

— Пожалуй, это не подходит, — задумчиво произнесла Саманта.

— Я ведь с ним еще даже не разговаривал.

— Хорошо. Поговорите с ним. Но если вы ему не поверите, лучше не беритесь за это дело.

— Ладно, так и сделаю.

Она вдруг обмякла в кресле, словно невидимые нити, на которых она держалась, разом оборвались. Лицо резко побледнело, она поднесла невероятно тонкую, красивую руку ко рту.

— Поймите только одно, — слабым голосом сказала она. — Я не отступлю. Что бы ни случилось, я буду за него бороться. И от вас я хочу того же. — Она тяжело сглотнула. — Извините, где здесь ванная?

Бен нервно вскочил.

— В коридоре. Вторая дверь направо.

Прикрывая рот рукой, она пошла к двери. Бен как мог галантно сопровождал ее, тоскливо поглядывая на персидский ковер и от души надеясь, что ей удастся добраться до дамской комнаты, не причинив ущерба ковру. Ей это удалось. Бен с облегчением вздохнул и зашел в небольшой кабинет по соседству с его приемной. Помощница отца, которая работала с ним вместе со времен динозавров, выжидательно посмотрела на него из-за экрана компьютера.

— Рейнкроу, — пролаяла она. Ее манеры никогда не отличались мягкостью. — Что скажете?

— Вряд ли он убийца. Просто парню не повезло — сначала этот ужас с семьей. Потом он, видимо, слегка сдвинулся и погнался за одним негодяем, который несколько лет назад обманул мать его жены и оставил беднягу без гроша. Негодяй со страху сиганул с балкона. — Бен пожал плечами. — Черт побери, я люблю, когда мне бросают вызов. И папа хочет, чтобы я взялся за это дело.

— Без гонорара?

— Ну, нет. У меня дом, машина, женщины.

— Мерзавец!

Бен удивленно посмотрел на помощницу. Нет, при всей ее экстравагантности такого она заявить не могла. Она кивком указала на дверь.

— Познакомьтесь с сестрой Сэмми Рейнкроу. Шарлотта.

Бен медленно обернулся, жалея, что он не в суде, потому что в суде он автоматически удерживался от того, чтобы обижаться и обижать кого бы то ни было, если только это не входило в его намерения — в интересах защиты. На него крайне сердито смотрела младшая сестра Сэмми. Бен заинтересовался с первого взгляда. Она была ниже, круглее, моложе и, мягко говоря, сильно отличалась от сестры по части сдержанности. Вообще, само определение «младшая сестра» ей как-то не подходило. Лолита — вот что пришло ему в голову.

— Мерзавец, — с завидной последовательностью повторила она. — Тебя интересуют только деньги!

— Я, знаете ли, адвокат. На жизнь этим зарабатываю. Но, конечно, прошу прощения.

— Ладно, — презрительно сказала Шарлотта. — Где моя сестра?

— Здесь. — Вытирая лицо бумажной салфеткой, вошла Сэмми в тонком шерстяном пальто с туго набитой матерчатой сумкой на плече. Она с такой надеждой смотрела на Бена, что он почувствовал себя и вправду мерзавцем. — Когда вы встретитесь с моим мужем?

— Завтра. Я вам позвоню.

— Я буду в тюрьме. Я обычно сижу там в вестибюле до самого закрытия.

Этот образ — воплощение трагизма и преданности — навсегда остался в сознании Бена.

Лолита схватила свою более кроткую родственницу за руку и гневно ткнула пальцем в Бена.

— Он это делает только ради денег! Он сам так говорил, я слышала.

— Неправда, — сухо заметил Бен. — На самом деле я мазохист, мне просто нравится работать на людей, которые меня постоянно оскорбляют.

Глядя на сестру, Сэмми с укором покачала головой.

— Он адвокат, — сказала она так, словно это одновременно и извиняло его, и ставилось ему в вину. — Оночень хороший адвокат. Все остальное не имеет значения.

Она в последний раз посмотрела на Бена, устало, печально и тоскливо. Юная тигрица тоже, прищурясь, уставилась на него.