Риск - Эль Кеннеди

– И поэтому, я думаю, нам нужно время, чтобы остыть.

Внутри все оборвалось. Сердце уходит в пятки, и мне становится невыносимо больно.

– Я не могу требовать от своих парней сосредоточить все мысли и энергию на команде, когда сам не могу сделать того же. Поэтому, может, если у вас с отцом сегодня… – Джейк умолкает, неуклюже засовывая руки в карманы. – Может, будет лучше, если…

Вот она, жестокая реальность.

– … если ты останешься там, – заканчивает он.

– Ты хочешь, чтобы я уехала? – бесцветным голосом спрашиваю я.

– Все следующие три дня я собираюсь готовиться к победе над Мичиганом. Это единственное, о чем мне положено думать, Бренна. И пока ты здесь, ты будешь отвлекать меня. Мы уже убедились в этом сегодня утром. – Его голос звучит вымучено. – Мне нужно быть с моей командой.

А как же я? Почему ты не можешь быть со мной?

Мне хочется прокричать это вслух, но я все понимаю. Ни за что на свете я не покажу ему, как опустошена. Вчера вечером я доверилась ему, а сегодня он бросает меня.

Урок выучен.

– Сейчас для меня на первом месте должен быть хоккей.

И тут я слышу это – едва заметную нотку фальши. Он врет мне? На его лице столько боли и печали, что понятно: он не в восторге от нашего расставания. Но я не собираюсь умолять кого бы то ни было быть со мной. Я приму все за чистую монету. Потому что я взрослый человек и не играю в игры. Если он говорит мне, что между нами все кончено, значит, все, черт подери, конечно!

– Хорошо, Джейк. Я все понимаю.

Он замирает.

– Понимаешь?

– Хоккей на первом месте, – повторяю я за ним, пожимая плечами. – Так и должно быть. Ради этого ты вкалывал всю свою жизнь. Я и не надеялась, что ты бросишь все ради отношений, которые все равно рано или поздно закончатся.

Его губы слегка кривятся.

– Ты правда так думаешь?

– Да, – вру я, – я уже говорила тебе как-то – это все ненадолго. Ты переедешь в Эдмонтон. Мне еще год учиться в колледже. Было глупо даже начинать это. – Я поднимаюсь с дивана. – Уверена, папа не станет возражать, если я вернусь к нему. Ну, а если станет, поживу пока у Саммер. Мои домовладельцы сказали, что подвал будет готов со дня на день. Кто знает, может, он уже и сейчас готов, просто у них пока не было времени связаться со мной.

Джейк в миллионный раз проводит руками по волосам.

– Бренна…

Но он так и не продолжает. Виноватое выражение не сходит с его лица.

– Все нормально, Джейки. Давай не будем затягивать. Нам было хорошо вместе, а теперь пришло время двигаться дальше. Ничего страшного, верно?

Мне еще никогда не было так тяжело притворяться равнодушной, как сейчас. И, наверное, все-таки у меня неплохо получается, потому что Джейк печально кивает.

– Ладно, пойду соберу свои вещи, чтобы не усложнять. Там всего один ящик… – Мой голос подводит меня.

Джейк выделил мне целый ящик, а теперь забирает его. Такое ощущение, как будто кто-то взял ржавый нож и раз сто воткнул его в мое сердце.

Я вхожу в спальню Джейка и быстро освобождаю ящик, кидая вещи в чемодан. Потом забегаю в ванную в коридоре и забираю свои туалетные принадлежности и косметику. Наверняка я что-то забыла, но если Джейк свяжется со мной позже и скажет об этом, я попрошу его просто выбросить это. Даже сейчас, пока я одна, я не позволяю себе проявлять хоть какие-то эмоции. Если дам слабину, то тут же разрыдаюсь. Но мне нельзя не проронить ни слезинки в этой квартире.

Я возвращаюсь в гостиную, везя за собой чемодан. Подхожу к Джейку и сжимаю его руку. От этого прикосновения мне хочется умереть.

Он на мгновение застывает, а потом поднимает руку и касается моей щеки. Легким движением проводит большим пальцем по моей нижней губе, после чего на нем остается красное размазанное пятно.

– Не рановато ли для красной помады? – грубовато спрашивает Джейк.

– Это моя визитная карточка, – отвечаю я, а сама думаю: «Это моя броня».

И сейчас эта броня – единственное, что удерживает меня от того, чтобы не упасть в слезах к его ногам.