Падение - Пенелопа Дуглас

Он хмуро посмотрел на нее, и вид у него был в высшей степени оскорбленный. А затем они оба повернули головы в мою сторону. Джульетта моргнула, но снова переключила внимание на него, положив руки на бедра. Лиам выпрямился, потирая щеку.

– Да чего я вообще удивляюсь? – сказал он ехидно, направляясь к двери. – Ты так быстро дала мне. Вот и ему, похоже, долго ждать не пришлось.

Протянув руку, я схватил его за шиворот. Мне хотелось, чтобы этот говнюк больше к ней не приближался, чтобы даже воспоминаний о нем не осталось.

– Джекс! – командным тоном произнесла Джульетта. Я притянул Лиама к себе и, посмотрев ему прямо в глаза, прошептал: – Притронешься к ней еще раз, и тебе не придется беспокоиться о том, что она с тобой сделает.

И с этими словами вытолкнул его за дверь в коридор.

– Зачем ты пришел? – спросила Джульетта, стоявшая у меня за спиной. – Ты ничуть не лучше него. Тоже можешь убираться.

Я покачал головой, зная, что она права, но мои ноги будто приросли к полу.

– Нет.

– Джекс, какого черта ты от меня хочешь? – заорала она.

Я повернулся и одним прыжком оказался рядом с ней.

– Этого. – И, притянув к себе, прильнул к ее губам, коснулся нежного языка.

Она уперлась кулаками мне в грудь и оторвалась от меня.

– Не трогай меня. Иди и найди ту девушку, которая тебе так сильно понравилась. Она же позволяет тебе делать с ней все что угодно, не так ли?

Ее злость, ее жаркое дыхание распалили меня еще сильнее, и я обхватил ее рукой за шею, не давая выскользнуть.

– У меня не было девушек после тебя, – прошептал я ей в губы. – И я никого, кроме тебя, не хочу. Я впервые точно знаю, где и с кем хочу быть, Джульетта.

Она отстранилась, по ее щекам текли слезы.

– Нет.

– Ты тоже это чувствуешь. – Я хотел, чтобы она меня выслушала. – Мне не нужно, чтобы ты все время была со мной. Я не хочу, чтобы ты меня любила. Просто приходи, когда я зову, и ложись в мою постель, когда я прошу.

Ее губы задрожали, она пыталась высвободиться.

– Кроме тебя, никого не будет, – пообещал я. – Ты единственная, кто мне нужен.

Поцелуй заглушил ее всхлипы. Обхватив ее задницу, я прижал ее к краю стола и стал целовать жестко и страстно, ощущая на языке соленый привкус пота. Отстранился, увидев испуганный взгляд, а потом смел все бумаги со стола Пенли на пол, усадил ее на стол и снова целовал.

– Скажи это, – потребовал я. Мне необходимо было услышать эти слова.

Но она просто отстранилась, сняла с меня футболку и бросила ее на пол. Тяжело дыша, я рванул на себе шорты, а она расстегнула пуговицы на блузке.

Мой член вырвался на волю. Я был в полной боевой готовности – так она действовала на меня.

Я хотел ее до боли. Прикусив нижнюю губу, я усадил ее на край стола. Ухватив полоску трусиков под юбкой, сорвал их с ее влажной, горячей кожи.

– Когда я позову. Когда я скажу, черт возьми.

И вошел в нее.

– Ах… – простонала она, обвив мою шею руками.

– Черт, – выругался я. – Как же хорошо.

Наклонившись и обхватив ее за шею, я работал бедрами, погружаясь в нее до самого конца. Ее лоно сжималось вокруг меня, а я двигался все быстрее.

Ее прерывистое горячее дыхание обжигало мою кожу, я запустил пальцы ей в волосы, удерживая рядом. Когда она впилась ногтями в мои руки и вскрикнула, я сжал ее крепче и ощутил, что она укусила меня в шею.

– Сильнее, – взмолился я, все еще удерживая ее за волосы, прижимая к себе ее голову.

Она укусила сильнее, пытаясь не кричать, а я упивался ее стонами.

– Скажи, – потребовал я. – Мне нужно это услышать.

Запрокинув голову, она посмотрела на меня и прошептала:

– Черт, малыш, как приятно. Мне нравится, когда ты во мне.

Сузив глаза, я повторил, уже жестче:

– Скажи это.

– А-ах… – простонала она, закрыв глаза. – Я буду твоей маленькой шлюшкой. Обещаю.

Какого хрена? Что она делает? Зачем она все опошляет?

Я развернул ее и задрал юбку.

– Ты знаешь, что я хочу услышать, Джульетта, – сказал я, снова входя в нее. – Скажи это, черт возьми!

Она приподнялась на руках, а я одной рукой держал ее за бедро, а другой взял за горло, прильнув губами к ее бархатной коже.

– Да, трахни меня, вот так. Нравится тебе, малыш? Как я тебе?

В глазах помутилось, и я закрыл их, почувствовав, как все внутри переворачивается.

– Не надо, – прошептал я ей в шею. – Не говори так. Это не ты. Ты же знаешь, что я хочу услышать. Три слова. Пожалуйста.

Мне было хорошо, но хотел я не этого.

Не так.

Мне нужна была моя Джульетта.

Она запрокинула голову назад, прильнув к моей груди:

– Хочешь это услышать?

Капля пота скатилась по моей спине, и я поцеловал ее в шею, почувствовав облегчение.

– Да.

Она повернула голову и произнесла едва слышно:

– Я люблю тебя.

Я резко открыл глаза.

– Нет.

– Я люблю тебя, Джекс, – печально произнесла она. – Я так сильно тебя люблю.

– Хватит.

– Я люблю тебя. – Она склонила голову вперед, тихо заплакав. – Я люблю тебя.

Я стал двигаться медленнее, потом остановился, моя спина напряглась. Я зажмурился.

– Детка, не надо.

– Я люблю тебя, – повторила она сквозь слезы, качая головой. – Только тебя.

Опустив голову, я медленно отошел. Мне было стыдно поднять взгляд. За что ей любить меня? Она заслуживала настоящего мужчину, а не испуганного подростка.

Я уставился в пол. Боль разливалась по телу. Наощупь застегнув шорты, я отступил назад.

Джульетта выпрямила спину и повернулась. Ее руки висели по бокам, но плечи были напряжены, и вся ее поза выражала решимость. Она не сводила с меня взгляда, а я не мог посмотреть ей в лицо.

Ее плиссированная юбка была спущена до колен, белые балетки стояли в сторонке на полу. Все казалось застывшим. Голубая блузка без рукавов сползла с плеч, а под ней, на прекрасной загорелой коже, блестевшей от пота, виднелась белая ткань бюстгальтера.

Моя девочка. Моя. Она ждала, пока я сделаю или скажу хоть что-нибудь, поведу себя по-мужски, а я не мог найти в себе смелость.

Было так тихо, что я услышал, как она сглотнула. Потом она молча застегнула блузку, заправила ее в юбку и вышла из кабинета.