Сокровище влюбленных - Нора Робертс

— Ты был немного занят, спасал ей жизнь. — Рэй закрыл глаза. Когда Мэтью вытащил Тейт из воды, он был уверен, что его единственный ребенок мертв.

— Что случилось? — Тейт наконец нашла силы, чтобы поднять тяжелые как свинец веки, и увидела бледные озабоченные лица. — Господи, как все болит!

— Зрачки нормальные. Она не дрожит.

— Надо снять с нее мокрую одежду и уложить в постель. — Мариан закусила губу, чтобы сдержать слезы. — Я приготовлю тебе ромашковый чай, милая.

— Хорошо. — Тейт слабо улыбнулась. — Можно мне встать?

Подавив ругательство, Мэтью подхватил ее вместе с одеялом.

— Я отнесу ее в постель. — Он на мгновение остановился, оглянулся на Ван Дайка. — Ларю, Бак, отвезите то, что от него осталось, на Невис и сдайте копам.

Тейт с любопытством уставилась на Сайласа.

— Почему он смеется?

— Не знаю. С тех пор, как Рэй вытащил его, он смеется и бормочет о горящих в воде ведьмах.

Мэтью наполнил ванну горячей водой, помассировал плечи Тейт, даже вымыл ей голову. Затем он насухо растер ее полотенцем, облачил в ночную рубашку и халат, уложил в постель.

— Не боишься, что я привыкну? — прошептала она, откидывая голову на взбитые подушки, и с благодарностью взяла чашку с чаем.

— Лежи, — приказала Мариан, подтыкая одеяло. — Рэй тоже уехал на Невис. Не хотел выпускать Ван Дайка из виду, пока его не запрут в камеру. Мэтью, позвать тебя, когда они вернутся?

— Я сам скоро приду.

Мариан приподняла брови. Похоже, Тейт предстоит еще одна взбучка.

— Я сварю побольше кофе. Отдыхай, милая. — Мариан поцеловала Тейт в лоб, вышла и тихо прикрыла за собой дверь.

— Лучше ее никого нет, — прошептала Тейт. — Ничто не может лишить ее самообладания. Южное воспитание.

— Сейчас ты узнаешь, что может лишить самообладания янки. Ты хоть соображала, что делала?

Тейт поморщилась. Вопрос прозвучал слишком громко для ее несчастных ушей.

— Я точно не знаю. Все произошло так быстро.

— Ты не дышала. — Мэтью схватил ее за подбородок дрожащими пальцами. — Когда я тебя вытащил, ты не дышала.

— Я не помню. После того, как я нырнула за ним, все как-то перемешалось в голове.

— Значит, ты за ним нырнула, — медленно повторил Мэтью.

— Я не хотела, — поспешила оправдаться Тейт. — Он сказал, что пристрелит меня, и я бросила колье в воду, чтобы отвлечь его.

Многострадальное сердце Мэта снова перестало биться.

— У него был пистолет?

— Да, он, наверное, теперь лежит на дне. — Сознание стало ускользать, и Тейт попыталась сосредоточиться. — Мэтью, только ты ушел, как Ван Дайк вдруг оказался прямо за моей спиной и ткнул в меня пистолетом. Видимо, он поднялся с правого борта. Я не могла позвать тебя. Он убил бы нас всех. Я сняла колье, — прошептала она, закрыв глаза и, как наяву увидела игру света, мелькающие тени, пульсирующий, как живое сердце, рубин. — Я даже не успела подумать, просто швырнула его. Ван Дайк промчался мимо и, не взглянув на меня, бросился в море.

— Почему ты прыгнула за ним? Я же был рядом, Рыжик.

— Я не могу объяснить. В одну секунду я подумала: вот сейчас позову Мэтью, а в следующую уже была в воде. Я поймала Ван Дайка, и мы сцепились. Я помню, как вырвалась вместе с ним на поверхность, помню, как он топил меня. Я стала задыхаться, а потом увидела свет… Все было так странно. Должно быть, галлюцинации. Свет превратился в колье. Я видела его так же ясно, как вижу тебя. Я понимаю, что это невозможно, но я видела. И Ван Дайк тоже.

— Я верю тебе, — тихо сказал Мэтью. — Продолжай.

— Я словно парила в воде и смотрела. — Тейт нахмурилась. — Как будто я должна была оставаться там, должна была смотреть. Я плохо объясняю…

— Ты прекрасно объясняешь.

— Я смотрела, ждала. Ван Дайк схватил колье, и я увидела, как сквозь его пальцы сочится кровь, как будто камень превратился в жидкость. Ван Дайк поднял на меня глаза… а потом…

Тейт задрожала, и Мэтью наклонился, погладил ее волосы. Он хотел обнять ее, прижать к себе, заставить забыть обо всем, но понимал, что она должна закончить.

— Что потом?

— Он завопил… Он смотрел на меня и визжал. А потом вспыхнуло пламя, настоящее пламя, только я не чувствовала жара. И мне совсем не было страшно. И я забрала у него амулет. — Тейт нервно засмеялась. — Я не знаю, может, я потеряла сознание. Может, все время была без сознания, потому что так не бывает.

— Тейт, амулет был на тебе. Когда я вытащил тебя, амулет был на тебе.

— Должно быть… я нашла его.

Мэтью откинул волосы с ее лица.

— А это, по-твоему, имеет смысл?

— Да… нет, — признала она, беря Мэтью за руку. — Не имеет.

— Теперь я расскажу, что видел я. Когда я услышал, что ты зовешь меня, я выбежал на палубу. Ван Дайк был в воде. Он колотил по воде руками и визжал. Я понял, что ты тоже в воде, и прыгнул.

Не было смысла рассказывать ей, что он нырял, пока легкие не стали разрываться, но он не допускал и мысли о том, что вернется без нее.

— Я нашел тебя на дне. Ты лежала на спине, как будто спала. И ты улыбалась. Я даже подумал, что ты откроешь глаза и посмотришь на меня. А когда я стал поднимать тебя, то понял, что ты не дышишь. Прошло три или четыре минуты после твоего крика, но ты не дышала.

— И ты вернул меня к жизни. — Тейт поставила чашку на столик и обхватила его лицо ладонями. — Мой верный рыцарь.

— Нет ничего романтичного в дыхании рот в рот и закрытом массаже сердца.

— Но в данных обстоятельствах это гораздо лучше букета лилий. — Тейт ласково поцеловала его. — Мэтью, только еще одно: я не кричала. — Она покачала головой, не давая ему возразить. — Я не кричала, но я мысленно произнесла твое имя, когда думала, что тону. И ты меня услышал.