"2013" - Анастасия Котова

— Давайте, выброшу, — вызвалась я.

— Сиди. Я сама. Э, а где мыло? — внезапно закричала мама. — Дед, ты куда мыло девал?

— Да я в ванну положил.

— Тебе же сказали выбросить. Все, отдай. Если что, я тебе новое куплю.

— Эх, жалко выбрасывать…

— Ой, скупердяй… — и мама, развернувшись, вышла из квартиры.

Двери стояли открытыми, и я издалека увидела приехавшую красную иномарку.

Сергей немного припоздал.

Он залетел в квартиру и обнял меня.

— Пошли в зал. В комнате бабулю моют.

Мы только уединились в зале, усевшись по разным местам (я в кресле, Сергей на диване), как двое крепких мужчин затащили тело в комнату, взявшись за руки и ноги, и положили ее в гроб, который поставила их начальница.

Боевая дамочка принесла саван, венчик и какую — то бумажку с непонятным текстом.

Завязала руки и ноги покойнице и поправила одежду.

— Такая красивая лежишь. Да не подглядывай! — она снова пыталась до конца прикрыть ей веки. — Ладно. Сейчас постоит, и они сами опустятся. Ну а Вы, дедуля, пойдемте со мной. Вас как звать — то?

— Михаил Николаевич.

— Хорошо, Михаил Николаевич. Пойдемте на кухню. Мы с вами все посчитаем, и Вы за все расплатитесь.

Мама пошла с ними.

— Пойдем? — обратилась я к Сергею.

Он кивнул, и мы направились на кухню.

— Так, смотрите, Михаил Николаевич… — произнесла женщина, открывая какую — то папку, внешне очень похожий на каталог. — Вы заказали гроб, крест с табличкой, одежду вместе с нижним бельем, пару венков и место на кладбище. Сейчас мы проедем вместе с Вами на кладбище. Покажите, где именно рыть.

— Хорошо.

— Так… И все вместе вместы выходит… — она достала калькулятор и начала подсчитывать, — тридцать пять тысяч. Это не учитывая кафе, где вы будете справлять поминки. Вы уже выбрали, куда поедите после похорон?

— На городке несколько кафе, — вмешалась мама. — Надо будет проехаться и посмотреть абсолютно все. А там подумаем, где будем отмечать.

Дед уехал вместе с ритуальными, а мама в это время отвела Сергея в сторонку.

— Ты не сможешь нам помочь? Если что, мы тебе заплатим.

— Не нужно. Говорите.

— Надо священника довезти от церкви до сюда. Они сейчас сами не приезжают. Мы бы, конечно, могли попросить своего знакомого водителя. А вдруг у него какие — нибудь дела? Так что, возьмешь мою Аньку, и вместе прокатитесь до церкви. Знаешь где церковь? Возле ДК “Угольщиков”, там, где площадь.

— Да я в курсе. Я у вас в поселке не раз побывал.

— Ну и отлично. Сколько мы тебе будем за это должны?

— Ничего. Я просто помогу. Я же вижу, у вас горе. Тут не до денег.

— Насть, ты кушать хочешь? Я тебе последние сто рублей дам, купишь там себе пару круассанов, — обратилась ко мне мама.

— Давайте я дам. — Сергей достал кошелек. — На, держи. — Он протянул мне пятисотку. — Сходи в магазин, пока мы тут сидим.

Аня в это время взяла зеленое яблоко из холодильника и, сев недалеко от гроба, начала его уплетать.

— Я тоже жрать хочу.

Я бросилась в магазин, что был пристроен к дому.

Мне повезло. В это время покупатели отсутствовали.

Этот магазин раньше находился в том месте, где сейчас расположена “Мария — Ра”.

Да и называется все так же.

Я купила себе круассаны с шоколадом, бутылку газировки и мороженое. Для всех.

Когда я вернулась, они все трое стояли на балконе и разговаривали между собой.

Я решила к ним присоединиться.

— Не представляю, как они ее там протащат. Там ряды больно узкие. Сам нифига не пройдешь. На вертолете что ли спустит? — фыркнула недовольно Аня.

В квартире было невероятно душно.

Сергей сидел на табуретке и курил, открыв створку.

— Но он же приготовил себе место рядом с родителями, — заметила мама. — Он собрался там бабулю хоронить.

— Да я понимаю. Просто не представляю, как они гроб протащат.

— Да как — нибудь. Че уж.

Мы вошли обратно в зал.

Я бросила взгляд на лицо бабули.

— Не смотри на лицо. Плохая примета.

Я испугалась и отвернулась.

День неумолимо шел к своему логическому завершению.

Наступил вечер.

— Домой идти надо, — мама посмотрела на часы на своей руке. — Надо еще успеть в церковь зайти. Они же до шести работают, да?

— Да, где — то так.

— Вы как домой придете — позвоните. Я с ней с ума сойду… — произнес дед.

5

Мы вышли из подъезда.

— Надо поторопиться. Иначе не успеем.

— Дык давайте я вас подвезу, — вызвался Сергей. — А потом подожду, пока вы все дела сделаете.

— Поехали, — согласилась мама.

В церкви желающих было не так уж много.

— Мы бы хотели заказать отпевание, — сказала мать, когда наступила наша очередь.

— Сама умерла, убили или суицид? — спросила женщина в платочке.

— Сама умерла.

— Имя, возраст.

— Валентина. Семьдесят шесть.

— Сто рублей.

Мама протянула купюру, которую ей дал Сергей.

— Завтра к двенадцати подъезжайте. Отвезете священника.

— Хорошо. До свидания.

Я плохо помню последние события этого дня. Разве что на деньги Сергея накупили всяких сладостей и вкусностей, пока возвращались обратно домой. Таким образом мама пыталась успокоить меня, не доводить до нервного срыва.

А после она крепко села за телефон и начала всех обзванивать.

Сергей в это время находился у нас в квартире. До самого утра.

Утром мы с мамой пошли пешком. Снова оделись во все черное, и успели встретиться с парочкой маминых знакомых.

— Вы почему не позвонили?! Я чуть с ума не сошел! — дед едва не расплакался. — Я всю ночь не спал! Меня всего трясло, что она там, в зале! Я ждал, ждал, а никто так и не позвонил!

Каюсь. Мы с мамой совершенно об этом забыли.

Да, очень нехороший поступок с нашей стороны.

Мама с дедом ушли на кухню, где он дал волю своим эмоциям и расплакался.

— Ритуалка позже приедет. У них сегодня еще одни похороны. Мы самые последние. Так что, поезжайте пока в церковь. Серега вас отвезет, — сказала мать моей сестре, которая находилась в квартире вместе со своим мужем.

И они же вместе ушли.

Начали собираться люди. Их было преогромное количество!

Одних только знакомых было намного больше, чем у моей матери.

Коллеги по работе, подружки, соседи, родственники…

Маруся приехала самая последняя. И привезла венок в виде корзинки.

— Так все чистенько, аккуратно, — заметила она, усаживаясь рядом с гробом.

Дед поставил лавочку рядом с бабулей.

И я на ней сидела, вместе с Марусей.

— Тебе валерьянку дать? —