Пленительные наслаждения - Элоиза Джеймс

«Габби из сна» нахмурилась.

– Расскажи мне подробнее, – приказала она. – Если ты не был влюблен, тогда что же ты испытывал к ней?

– Не скажу, если ты не сделаешь, как я прошу. В конце концов, это мой сон, – закапризничал Квил.

Похоже, эти слова ее рассердили, и она плюхнулась на него сверху.

– Не так, – запротестовал Квил. – О, вот так! Теперь хорошо. Ты знаешь, что твои глаза становятся похожи на бренди, когда ты возбуждаешься? Забавно. У тебя такой же хмурый вид, как у моей настоящей жены. Но ты ведешь себя не так, как она. Например, если бы я посреди разговора попросил ее… – Он на мгновение замолчал и провел пальцами у нее между ног. – Так вот, – мечтательно продолжил он, – если бы я попросил ее в это время прислониться ко мне грудью, знаешь, что бы она сделала? Ни за что не догадаешься! – Квил снова качнул головой. – Она швырнула бы в меня ночным горшком.

Глаза «Габби из сна» подернулись поволокой – в точности как у его жены, когда та совершала определенные действия.

– Я хочу, чтобы ты рассказал о своем отношении к ней, – настаивала она, тяжело дыша и слегка вздрагивая.

– А, об этом… – Квил продолжал ласкать свою жену, то есть «Габби из сна», чувствуя, как к ногам возвращается сила. – Понимаешь, я должен был на ней жениться, – выпалил, он не подумав.

Его признание кануло в тишину.

– Должен? Что ты имеешь в виду? – наконец изумленно проговорила Габби.

Квил уловил в ее голосе сердитые нотки. Он приподнял голову и попытался сфокусировать на ней взгляд. В розовом венце вокруг ее лица обозначились желтые прожилки.

– Ты знаешь, я не видел у средневековых святых таких нимбов, – заметил он добродушно. – У тебя самый большой и самый красивый нимб. Может, ты мой ангел? Я, случайно, не умер?

– Я не ангел, – буркнула она. – И ты не умер, Квил.

– Ну, такому нимбу позавидовал бы любой уважающий себя ангел, – заверил ее Квил. Он чуть было не забыл про то, что только что делал. Определенно, к нему возвращались силы. Он даже ухитрился положить вторую руку ей на бедро.

– Квил, – сурово напомнил его ангел, – я хочу, чтобы ты рассказал о своей женитьбе.

– Да, конечно, – согласился он, продолжая ее ласкать. Каждый раз, когда он до нее дотрагивался, из нимба выскакивали яркие золотистые искорки. Он испугался, что ослепнет, и закрыл глаза. – Ну, это было не слишком романтично. Мы поженились после смерти моего отца…

– Что ты имел в виду, говоря, что должен был жениться? – Она была очень напориста, его «Габби из сна», и Квил чувствовал, что обязан честно признаться во всем. Лгать своей жене, пусть даже она ему снится, – все равно что лгать самому себе, мудро рассудил он.

– Я имел в виду, что не собирался на ней жениться. – В это время его руки пытались обхватить ее за ягодицы. Он сделал пробный рывок вперед. Да, его ноги обрели силу. – Я должен был жениться на ней, потому что Питер не мог этого сделать. Питер – мой брат, – пояснил он. – Как ты думаешь, теперь я могу попытаться лечь сверху? – спросил он.

«Габби из сна» не возражала, поэтому он медленно уложил ее под себя. На это у него ушло так много сил, что с минуту он просто лежал на ней. К счастью, ему не нужно было беспокоиться, что он сдавит ей легкие и ей будет нечем дышать. Ведь она ему только снилась.

Квил чувствовал себя необыкновенно хорошо – если бы не ее докучливые вопросы.

– Питер находил ее толстой и неуклюжей, – продолжал он, уткнувшись ей в шею. – Я ему говорил, что он должен жениться на ней в любом случае. Потому что она богатая наследница, понимаешь? Я не нуждался в ее деньгах, но Питеру они были просто необходимы. – Квил не мог видеть выражения ее лица. Но когда она начала извиваться под ним, он подумал, что пригрезившаяся ему женщина удивительно похожа на ту, о которой так непочтительно отзывался его брат. – Я с ним не соглашался. Она с первой встречи пленила меня.

Квил с большим усилием поднял голову. Он не хотел гневить своего ангела – не сейчас, когда все складывалось так хорошо.

«Габби из сна» немного смягчилась и открыла ему губы. От поцелуев ее нимб делался все более золотистым. Квил снова закрыл глаза и уронил голову ей на плечо.

– Я не могу делать все сразу, – посетовал он. – Я ужасно устал. Не думай, что я несу чепуху. Это самый замечательный сон, какой я когда-либо видел.

– Так, значит, ты не был в нее влюблен?

Одна часть его тела проснулась полностью и настойчиво требовала внимания.

– Габби, девочка моя, сейчас я хочу быть внутри тебя. Ты можешь мне помочь?

Но «Габби из сна», похоже, в этих делах была такой же неопытной, как и его жена. Она долго елозила маленькими ручками, пока наконец не подвела его к нужному месту. Квил собрал все силы и погрузился в нее. На спине у него проступила испарина.

– Проклятие, – пробормотал он. – Сон или нет, но мне с тобой так хорошо, как ни с одной из тех женщин, каких я когда-либо знал. За исключением, конечно, настоящей Габби. Ты очень похожа на нее, – проговорил он задумчиво, – но лучше ее никого нет!

«Габби из сна» повеселела.

– Квил, ты хочешь, чтобы я двигалась? – спросила она и осеклась, будто вспомнила что-то. – Вообще-то я не могу это делать – ведь я твой сон, – промурлыкала она, лаская пальцами его по спине.

– Давай полежим так минуту, – попросил Квил и снова смежил веки.

Наиболее активная часть его тела посылала ему сердитые сигналы. И он все же ухитрился сделать несколько движений. Их хватило для того, чтобы нимб Габби из сна стал почти золотым. На этом силы его иссякли. Тогда она погладила его по спине и поцеловала в плечо.

– Скажи, ты действительно не был в нее влюблен? – не отставала она, проводя рукой между их телами.

– Когда ты так делаешь, – восхищенно прошептал он, – я теряю рассудок.

То, что она делала, сообщало телу такой заряд, что он не заметил, как оказался на коленях. Он возобновил броски в этом неестественном положении. Ее ореол стал таким ярким, что слепил глаза. Она откинула голову назад и опустила веки. С каждым новым вторжением изо рта у нее вырывались тихие утробные звуки.

Не будь его сознание сковано паутиной сна, он бы уже давно потерял над собой контроль. Но в теперешнем состоянии, когда его мозг лениво следил за происходящим, он просунул руки ей под бедра и прижал ее к себе. Она пронзительно вскрикивала, и от нее во все стороны разлетались золотые искры. Он врывался в ее теплую глубину снова и снова, ощущая, как восхитительно она сжимает его внутри себя и как ее пальцы впиваются ему в плечи. Постепенно она превращалась в сгусток золотистого света.

– Проклятие, – прошептал он потрясенно. – Неужели можно заниматься этим с ангелом?

«Габби из сна» открыла свои прекрасные глаза. Ее влажные волосы прилипли ко лбу.

– Я не ангел, – хихикнула она.