Любовь среди туманов - Кира Крааш

Хант помрачнел. Репутация – страшная штука! Наверняка парень уже представил, как ребята сели рядышком и выковыривают кирпичи из фундамента административного здания.

– Простите, магистр. Я действительно должен буду отсутствовать.

Педагог открыл рот, чтобы возмутиться, но, едва Аксель развернулся и стало видно мою черную форму, резко захлопнул, аж зубы клацнули.

– В таком случае жду завтра письменный доклад на тему внутренней экономики государства Гарда.

Упс.

Хант сердито зыркнул на меня, но препираться с магистром не стал.

– Прости, – смущенно буркнула я, едва мы вышли из зоны слышимости преподавателя.

– Обязательно. Как только напишешь доклад, так сразу и прощу, – невозмутимо ответил Аксель.

– И с какой стати мне писать твой доклад? – искренне изумилась я.

– Потому что я не хочу.

– Не поверишь! Я тоже совершенно не хочу!

– А придется. – Уголки губ светлого чуть дрогнули. – Иначе кое-кто расскажет педагогическому составу, что это не темные подрывают дисциплину, а одна ду… очень мало думающая практикантка.

– Шантаж? – восхищенно ахнула я. – Как это по-темному!

Аксель поморщился и хотел уже было что-то возразить, но в воздухе разнесся прохладный женский голос:

– Студентка Гвендолин Мортон, просьба немедленно пройти к ректору. Студентка Гвендолин Мортон, просьба немедленно пройти к ректору.

Мы переглянулись.

– Кажется, не успели, – прокомментировала очевидное я. – Одно радует – административное здание, судя по всему, еще стоит.

– Надолго ли… – пробормотал Аксель, и мы поспешили на ковер к ректору.

* * *

Стихийные маги, как правило, являются отражением своей стихии. Маги земли, например, неторопливы и основательны. Маги воздуха – переменчивы. Маги огня вспыльчивы. А темные маги огня еще и крайне агрессивны.

– О, ну вот теперь все в пределах нормы, – заявила я, войдя в кабинет ректора.

На начальственном ковре с невозмутимым видом стоял Маверик – наш темный огненный маг. Его в свое время добрые односельчане чуть на вилы не подняли, когда поняли, что сын кузнеца разжигает в горне кузни черное пламя. Так что любви к людям он не испытывал, от слова «совсем».

– Мортон! – рявкнул ректор.

– Да? – Я невинно хлопнула глазками.

Ректора не проняло.

– У вас в академии в пределах нормы устраивать мордобой? – вкрадчиво поинтересовался господин Виллар.

И тут я заметила причину моего визита. Причина была не менее внушительных габаритов, чем Маверик, но изрядно потрепана. Форменный пиджак подран на рукаве, на левом глазу наливается очаровательный фингал, нос разбит, а может, даже поломан – в зависимости от того, был ли он кривым до знакомства с пудовыми кулачищами бывшего кузнеца.

– Наверняка этому есть разумное объяснение, – сказала я, выразительно посмотрев на Маверика.

– Никаких разумных объяснений не существует для банального физического насилия! Хотите выяснить отношения – магией на арене и под присмотром квалифицированного персонала!

Молчавший до этого момента Маверик отмер и равнодушно сообщил:

– Магией я его убью.

– Это угроза? – осведомился господин Виллар.

Маверик продолжил изучать ландшафт за окном, и пришлось мне нехотя пояснять:

– Да какая уж тут угроза – констатация факта. Вы же не думаете, что сюда слабосилки приехали защищать вашу академию?

Ректор нехорошо так прищурился, а я, пользуясь его молчанием, решила все же прояснить ситуацию:

– Большой Эм, за что ты ему накостылял?

– За поганые слова, – спокойно ответил бывший кузнец.

– Че ж поганые, чистая правда, – огрызнулся потерпевший, но замолк, поймав взгляд Акселя.

– Ну ты поразвернутей как-то ответь, Эм.

Маверик вздохнул и, продолжая рассматривать зелень за окном, соизволил внести ясность:

– Местные считают, что инквизиция схалтурила, раз мы остались живы и дожили до настоящего возраста. Этот больше всех горланил, что надо нас добить, раз уж мы посмели заявиться сюда.

Пауза.

– Джастин? – Хант тяжелым взглядом посмотрел на потерпевшего. – Это правда?

Парень неопределенно повел плечом, и я не выдержала. Так обидно стало за всех нас и за Маверика!

– Трус.

Глаза у помятого светлого нехорошо вспыхнули, и он даже, кажется, хотел то ли сказать что-то, то ли сделать, но ректор стукнул по столу ладонью.

Все вздрогнули.

– Значит, так… – окинул он нас тяжелым взглядом. – Студент Вилдфар.

Маверик посмотрел на ректора.

– Первое и последнее устное.

Кузнец нехорошо прищурился, но промолчал.

– Студент Ковард. Месяц исправительных работ.

– За что?! – взвился парень.

– За несоответствие, – отрезал ректор. – Студентка Мортон.

– Я-то что?

– Вот именно, что ничего! Проведите разъяснительную работу со своими… иначе я вынужден буду уведомить вашего ректора о вашем безобразном поведении.

Вот тут уже мы с Мавериком синхронно скривились. Если светлый ректор нажалуется, то уже темный прикопает где-нибудь в горах. И до выяснения деталей не снизойдет.

– Между прочим, у меня тоже есть кое-какие вопросы… – начала обиженно я, намереваясь наябедничать на бардак в расписании, но Аксель меня перебил:

– Которые я с удовольствием помогу тебе решить, не тратя время господина Виллара.

А потом сцапал за локоть и почти что выволок из кабинета! Нет, ну что это за безобразие, почему светлые такие же наглые, как и темные?!

* * *

Едва мы вышли из кабинета ректора, Аксель меня отпустил, и я накинулась на него:

– Напомни, почему я не должна была жаловаться ректору на ваш бардак?

– Потому что Виллар не в духе, начнешь оправдываться или парировать – тоже получишь исправительные работы, – спокойно пояснил Хант.

– И почему я должна тебе верить?

– Потому что ты мне нужна не занятая общественной ерундой.

И, прежде чем я успела восхититься романтичностью данной фразы, добавил:

– Для написания доклада.

Нет, ну совсем никакого страха у этого светлого!

Пока мы препирались, нас обогнал битый студент, кинув на меня высокомерно-злющий взгляд. Даже не знаю, как у него это получилось, учитывая степень потрепанности.

Затем мимо попытался пройти Маверик.

– Большой Эм! – окликнула я кузнеца. – А почему ты не на занятиях?

Парень притормозил и явно нехотя развернулся:

– Потому что с расписанием какая-то ерунда. Шел в деканат разбираться.

– И не дошел… – пробормотала я.

– Угу, – мрачно буркнул Маверик и развернулся, чтобы уйти, но уже Аксель его окликнул:

– Вилдфар!

– Что? – процедил темный маг вполоборота, уже порядком раздраженный происходящим.

– Мы подготовим новое расписание. Приходи после обеда в канцелярию, выдадут.

Маверик лишь коротко кивнул в ответ и оставил меня наедине со светлым магом. Я скрестила руки на груди и пристально посмотрела на Акселя.

– Еще раз объясни, почему нельзя просто взять и пожаловаться на ваши косяки?

– Потому что расписание составляла и выдавала племянница ректора, – нехотя ответил он, увлекая меня куда-то в глубь здания, – и даже если это