Охотник за приданым - Конни Мейсон

Мэт остановился на пороге и обернулся:

— До полуночи предстоит еще многое сделать, Клари.

А сейчас мне пора.

Кларисса бросилась ему на шею и наградила нежным поцелуем.

— Я сделаю тебя самым счастливым мужчиной на свете, — многообещающе прошептала она. — До вечера, любимый.

Мэт закрыл за собою дверь и довольно ухмыльнулся, не догадываясь, что за ним пристально наблюдает пара янтарных глаз. Странный звук, напоминавший то ли приглушенное рыдание, то ли глубокий вздох, привлек его внимание, и в тот же момент он заметил, как от стены коридора отделилась и устремилась прочь маленькая хрупкая фигурка. Мэт успел разглядеть золотистые локоны, разметавшиеся по узким плечам, и на его горла вырвался изумленный возглас:

— Лили?!

Как она здесь оказалась? В его планы вовсе не входило, чтобы она о чем-то догадывалась, пока дело не доведено до конца. Выругавшись, он бросился следом за нею, сбивая по дороге замешкавшихся актеров, и нагнал лишь на улице, возле стоящей у обочины коляски.

Лили резко обернулась, ее глаза излучали презрение.

— Пусти меня, Мэт! Ты недостоин даже того, чтобы с тобой разговаривать!

Мэт схватил ее за руку и буквально втолкнул в коляску.

— Залезай, Лили, — сухо бросил он и сел рядом. — Какого черта ты здесь делаешь?

— Я могла бы задать тебе тот же вопрос, но, кажется, уже знаю ответ.

— Это совсем не то, что ты думаешь.

— Ха! Я прекрасно слышала последние слова Клариссы. Вы договаривались о свидании. Что ж, желаю приятно провести время!

— Я тебе все объясню.

Лили только горько усмехнулась.

Всю дорогу до Хоуксхевена оба молчали: Мэт предпочитал отложить объяснение до возвращения домой, а Лили была слишком возмущена, чтобы о чем-то говорить.

Не успела коляска затормозить у ворот, как Лили спрыгнула на землю и, подобрав юбки, побежала к дому.

Пролетев вихрем мимо онемевшего от изумления Джозефа, она поднялась к себе. Мэт следовал за ней по пятам и оказался в ее комнате прежде, чем дверь захлопнулась.

— Неужели ты думала, что я тебя не догоню? — ласково спросил он. — Я тебе настолько противен?

— Да! — воскликнула Лили, пятясь от него в глубь спальни.

— Но позволь мне хотя бы объясниться!

— А разве ты дал мне такую возможность вчера вечером, когда вломился сюда и тут же решил, что Клэй мой любовник?

Мэт виновато улыбнулся.

— Я был не прав, любимая, — произнес он с обезоруживающей нежностью. — Прости меня, что я снова позволил ревности взять верх над здравым смыслом. Поверь, я люблю тебя даже больше, чем раньше, и буду любить всегда!

— Ты действительно понял, что был несправедлив ко мне? — Глаза Лили недоверчиво распахнулись. — Что же заставило тебя изменить свое мнение?

— Я просто вспомнил, как ты поспешила с выводами, увидев меня с Клариссой на борту «Морского ястреба» в Новом Орлеане. Да, дорогая, я совершил ту же ошибку.

Но, клянусь, еще до того, как узнал о вас с Клэем правду, я пообещал себе, что не буду ни в чем тебя винить. Главное, ты моя жена, и я люблю тебя, а все остальное не имеет значения. Ведь ты же считала, что я погиб, и если и приняла ухаживания Клея, то изменяла не живому, а мертвому.

Когда мой первый гнев прошел, я понял, что веду себя глупо и несправедливо.

Лили с трудом верила услышанному. Сегодняшний Мэт совершенно не напоминал вчерашнего яростного ревнивца.

Внезапно будто со стороны она услышала свой голос;

— Дорогой мой, я знаю, что тогда, в Новом Орлеане, была несправедлива к тебе. И тоже страшно виновата перед тобой. Но что бы я ни говорила и ни делала, я никогда не переставала тебя любить!

Мэт застонал, словно от боли.

— О боже, как я мечтал услышать это! Но, не обижайся, мне кажется, что ты еще не все сказала. Надеюсь, ты меня понимаешь?