Горец-победитель - Ханна Хауэлл

– Нет, но ее муж – враг.

– Муж? – Кайра повернулась к Лайаму: – Замужняя женщина гоняется за вами по стране?

Лайам поморщился. Объясняться ему было некогда, да и не хотелось. В голове пронеслись мрачные мысли насчет леди Мод Киннэрд, которая не способна понимать слова, но приближающийся топот копыт отвлек его.

– Ей уже сказали, чтоб им лопнуть! – Оттолкнув Кайру, Лайам рывком втащил Кестера в дом и захлопнул дверь. – Запри! – приказал он и похромал к углу, где за комодом был спрятан его меч.

Кайра задвинула засов, обернулась и ахнула, увидев, что Лайам вынимает меч из ножен.

– Это всего лишь женщина! Вы часто встречаете любовницу мечом?

– Она мне не любовница! – рявкнул Лайам.

– Ах да, сэр, в монастыре она сказала… – Кестер запнулся.

– Мне плевать, что она сказала. Я начинаю думать, что она сумасшедшая.

– Лайам, любимый! – послышалось из-за двери. – Я знаю, что ты здесь!

На мгновение Кайра увидела красивое лицо, прильнувшее к окну, но Лайам быстро задернул шторы. Сразу стало темно, и Кестер торопливо зажег свечи.

В дверь громко постучали.

– Лайам, мой сладенький принц, поговори со мной, пожалуйста! Как ты можешь так со мной обращаться после всего, что между нами было?

– Между нами ничего не было, черт побери! Не было и не будет.

В сравнении с резкими интонациями женщины Лайам говорил почти приветливо, но Кайра слышала в его голосе злость и жесткость.

– Ради тебя я бросила мужа, мой сладкий!

– Пропади вы оба пропадом, женщина! Я тебя об этом не просил.

– Для нас это единственный способ объединиться. У меня есть деньги, мы можем бежать во Францию!

Слушая, как женщина фальшивым тоном говорит Лайаму о своей любви, а он отвечает холодно и зло, Кайра призадумалась, не увлеклась ли она человеком, существовавшим только в ее воображении. Перед ней был совсем не тот улыбчивый мужчина, которого она знала, не галантный рыцарь, который, невзирая на боль, спас ее от брата Пола. Ей стало стыдно, что она забыла о людях Арджлина, убеждая себя, что сэр Лайам все еще нуждается в ее заботе, и все ради того, чтобы оставаться возле него. Он может выбрать женщину, которая будет о нем заботиться, из длинного списка имен…

Кайра схватила седельную сумку и стала укладывать в нее вещи.

– Господи, Мод, уйдешь ты наконец? – Лайам постучал кулаком в стену. Может, безумие, охватившее Мод, заразно?

– У тебя там женщина, да? Как ты можешь с такой легкостью отвернуться от всего, что между нами было? Как ты можешь разбивать мое бедное сердце? Я прощу тебя, мой дорогой, мой любимый. Меня не было с тобой, когда надо было выхаживать тебя после ранения; значит, есть и моя доля вины в том, что ты упал с высот милосердия.

– Женщина, ты рехнулась, я упал с высот милосердия много лет назад. Рухнул с такой силой, что удивляюсь, как не задрожала земля. – Лайам услышал мужской смех и понял, что Мод привела с собой личную охрану. И тут вдруг до него в полной мере дошло, что она сказала. – Мод, откуда ты узнала, что я был ранен?

– Монахи сказали.

Лайам посмотрел на Кестера, но тот покачал головой и хмуро показал глазами на дверь.

– Еще раз спрашиваю: откуда ты узнала?

– Роберт сказал! Он насмехался, день и ночь мучил меня разговорами о том, как ему удалось тебя изувечить, как он старался, чтобы больше ни одна девушка не пленилась твоей красотой. Мне пришлось поехать к тебе, чтобы помочь, как ты не понимаешь?!

Но Лайам понимал одно – он вовсе не собирается ее впускать. Повернувшись к Кайре, он чуть не задохнулся: его спасительница запихивала вещи в седельные сумки, которые валялись в дальнем углу комнаты.

– Кайра, что это значит?

– То, что я уезжаю. Вы вполне способны сами о себе позаботиться, а если вам что-нибудь понадобится, вы всегда можете рассчитывать на помощь. Я же должна выполнить обещание, данное мужу, и мне уже давно пора этим заняться.

– Это не помощь, – Лайам указал на дверь, – это причина, по которой меня избили до полусмерти и оставили подыхать.

– Так она просто вообразила, что вы ее любовник? Ее сладенький принц? Все это выдумки?

Лайам вздохнул. В сущности, Кайру не за что было винить. Не она, а он был в центре случившегося безумия и сам не знал, что теперь делать. Что бы он ни говорил, что бы ни делал, Мод продолжала свое фанатичное преследование.

– Лайам! Скорее впусти меня! Роберт уже здесь!

Лайам подошел к окну и, приоткрыв обитый железом ставень, выглянул наружу: дородный лэрд Киннэрд быстро приближался к его убежищу, и с ним шесть таких же могучих джентльменов. Для женщины, заявившей о своей любви к нему, Мод проделала прекрасную работу, подставив его убийцам.

Он захлопнул ставень, не в силах подавить желание что-нибудь разбить и таким образом сорвать злость. Две недели он с небывалым терпением обхаживал Кайру, добиваясь ее доверия, вызывая ее на откровенность, и именно сегодня рассчитывал сорвать легкий поцелуй. Теперь все его усилия пошли прахом. Лайам и сам удивлялся, почему его это бесит и вызывает сердечную боль. Глядя на Кайру, он подумал, что теперь она не проронит и слезинки, если лэрд Киннэрд выпустит из него кишки на пороге дома, в котором они провели целый месяц.

– Камерон, ублюдок! – завопил снаружи лэрд Киннэрд. – Хватит прятаться, выходи, и встретимся как мужчины!

Кайра хмуро посмотрела на дверь. Несмотря на злость, она испугалась за Лайама. Появление разъяренного мужа многое меняло: ведь Лайам был не в том состоянии, чтобы сражаться.

– Я уж постараюсь, чтобы у тебя не осталось того, чем наставляют рога!

Кайра и Кестер, побледнев, в ужасе уставились на Лайама.

– Вам лучше выйти… – Кайра невольно почувствовала легкую дрожь.

– Стоит мне ступить за порог, и я мертвец. – Лайам не верил, что Кайра может спокойно выставить его за дверь под меч разъяренного лэрда Киннэрда.

Снаружи раздался сокрушительный удар. Хотя дом был сложен из камней, а толстая дубовая дверь окована железом, Кайра понимала, что их убежище долго не выдержит такой натиск, и поэтому поспешно сдвинула коврик из овечьей шкуры. Под ковриком в полу обнаружился прикрытый дверцей люк подземного хода.

Она в упор посмотрела на Лайама:

– Собирайте манатки, и вперед, «мой сладенький принц».

Скрипнув зубами, Лайам быстро собрал вещи.

– Куда ведет ход?

– В конюшню. Дом выстроен прочно, но тот, кто его строил, не собирался возводить неприступную крепость. Нам лучше улизнуть, пока эти дурни не разнесли весь дом.

– Но как мы выедем из конюшни? Они нас увидят, и тогда вы тоже будете в опасности…