В дельте реки Сакраменто - Джулиана Морис

— Я знала, что это платье будет прекрасно па вас смотреться, — донесся из-за занавески голос Шелли.

— Оно действительно очень милое, но кажется немного… — Последнее слово, очевидно, не предназначалось для ушей Макса и было сказано шепотом. За занавеской послышался смех.

Макс усмехнулся, хотя и чувствовал себя неуютно. По доносившимся из примерочной смеху и болтовне он понял, что Энни и продавщица поладили.

— Что думаешь, Макс?

Он поднял глаза и заморгал, увидев перед собой Энни.

— Идеально, не правда ли?

Она раскинула руки и покружилась, чувствуя себя абсолютно комфортно в новом наряде, хотя платье разительно отличалось от ее обычных рубашек и джинсов. Сшитое из мягкой текучей ткани, оно облегало ее тело, не привлекая излишнего внимания к его изгибам.

Это платье бросало вызов мужчине — притворно-скромное, с маленькими перламутровыми пуговицами по всей длине. Горловина опускалась достаточно низко, чтобы обнажить краешек груди. Ко всему прочему материал был почти прозрачным, и свет из примерочной пронизывал его насквозь. Макс видел стройную линию бедер… и даже намек на кружевное белье.

Это определенно был вызов.

Такие платья заставляют мужчин думать о том, как их снять, со всеми подробностями смакуя борьбу с каждой из этих дурацких, восхитительных пуговиц. Макс не хотел, чтобы кто-то думал подобным образом об Энни. Такая наивная и невинная, она не сможет постоять за себя, поэтому ему придется сделать это за нес.

— Тебе нужна комбинация. — О…

Разочарование на лице Энни заставило Макса вздрогнуть. Она ждала от него помощи, но все, чего ему хотелось — это надеть на нее мешок из-под муки и отправить обратно в Митчеллтон. Милый, безопасный, скучный Митчеллтон.

— Шелли, Макс считает, что мне нужна комбинация. Вы можете предложить что-нибудь подходящее? — спросила Энни у консультанта по товару- Он не прав, — ответила Шелли, бросив на Макса свирепый взгляд. — Комбинация к юбке с разрезом не подходит.

Разрез?

Макс вспотел, когда Энни приподняла юбку, чтобы поближе рассмотреть его. Крошечные пуговицы были застегнуты только наполовину, и она, конечно, не чувствовала себя смущенной, открывая его взгляду свои великолепные ноги. Почему это платье возбуждает его больше, чем все намеренно провокационные наряды, которые она примеряла раньше?

— Тогда застегни остальные пуговицы, — простонал Макс.

— Оно так задумано, — сказала Шелли, награждая его очередным гневным взглядом.

В любое другое время он мог быть захвачен врасплох таким неодобрением продавщицы, поскольку привык к женскому обожанию. Но сейчас был слишком занят тем, что старался оторвать глаза от Энни.

— Все же лучше застегнуть хотя бы парочку, — предложил он, готовясь пойти на компромисс. — И комбинации сейчас шьют достаточно короткие. Вспомни, что Митчеллтон очень консервативен.

— Да оно открывает меньше, чем шорты, — заупрямилась Энни.

— Это разные вещи.

— Не совсем.

Энни повернулась, изучая свое отражение в зеркале со всех сторон. Ей было по душе то, что она видела — женщина, облаченная в красивое платье. Почему же Максу не нравится?

С юбкой все в порядке. Одежда, которую она мерила в других магазинах, была еще откровеннее и подходила больше актрисе или модели.

Ладно. Максу наряд не нравится, а Энни сама пригласила его быть экспертом.

— Я думаю, что лучше померить еще что-нибудь, — пробормотала она, в последний раз любовно погладив юбку.