Постельная дипломатия - Мишель Селмер

– Неправда, – сказал он, но Ровена только выгнула брови в ответ. – Ладно, немного правды в этом есть. Что поделать, я люблю приключения. Люблю опасность.

– Колин, если я соглашусь, и нас застукают…

– Не застукают.

– Но если застукают, я буду виновата.

– Ровена…

Новый стук в дверь, громкий и настойчивый, прервал его слова.

– Это я, Ро! – крикнула Триша. – Ты нам нужна.

– Так открой дверь.

Триша заглянула внутрь так осторожно, словно думала, что они тут голые.

– На игровой площадке несчастный случай.

Ровена немедленно вскочила с места и метнулась мимо Колина к двери.

– Только не пугайся, – продолжила Триша. – Все не очень серьезно.

– Кто?

– Может, ему нужно будет наложить пару швов…

– Триша, кто?

– Дилан, но…

Ровена уже вылетела за дверь. Колин готов был поклясться, что ее ноги не касались земли. Он побежал следом – его подготовка полевого медика могла оказать существенную помощь.

– Кстати, я Триша Адамс, – сказала женщина рядом с ним.

– Колин Миддлбери, – представился он, пока они не то шли, не то бежали следом за Ровеной.

На игровой площадке рядом с деревянными лестницами сидела девушка не старше восемнадцати лет. На коленях она держала маленького мальчика, худого, бледного и хрупкого на вид, с копной непослушных светло-рыжих волос и большими выразительными глазами. Если бы Колин не знал, что это сын Ровены, то понял бы по волосам и глазам. Девушка прижимала к его голове пропитавшуюся кровью ткань, но мальчик не плакал и даже не выглядел расстроенным.

– Что случилось? – требовательно спросила Ровена, выхватывая сына из рук девушки. Она осторожно подняла ткань и осмотрела рану.

– Он споткнулся и ударился головой о лесенку, – сказала Триша.

– Он бежал?

Триша кивнула. Ровена аккуратно приподняла подбородок сына, посмотрела ему в глаза и спокойно, но твердо сказала:

– Дилан, что я тебе говорила про беготню на площадке?

Мальчик надул губы и пожал плечами.

– Тебе можно бегать на площадке?

Нижняя губа Дилана задрожала, и он помотал головой.

– И почему я не разрешаю тебе бегать?

– Я могу упафть, – сказал он жалобным дрожащим голоском. Колин почти ничего не знал о детях, но по его догадке Дилану вряд ли было намного больше двух.

– Но ты все равно бегал, – укорила Ровена. – И что случилось?

– Я упау.

– И поранился, да?

Дилан кивнул.

– В следующий раз будешь слушать маму?

Он снова кивнул. Колин не мог его не пожалеть.

Ровена могла бы его обнять, или поцеловать, или еще как-то успокоить. Но она только повернулась к Трише:

– Похоже, нужно будет наложить швы. Сможешь присмотреть за всем, пока я отвезу его в больницу?

От слова «больница» у Дилана широко раскрылись глаза, и он заерзал в руках матери, крича:

– Неть! Не надо бойницу, мамочка!

– Но у тебя бо-бо, милый. Тебе нужно к доктору.

На этот раз мальчик заплакал, сопротивляясь и крича:

– Неть! Не надо доктой, не надо бойницу!

По какой-то причине он был всерьез напуган.

– Можно я посмотрю? – спросил Колин. – Может, швы и не нужны.

Ровена обернулась к нему, удивленно моргая, словно даже не заметила, что он здесь. А потом нахмурилась и крепче прижала к себе Дилана.

– Зачем?

– У меня медицинская подготовка, и я видел самые разные раны. Может, ему не нужны швы. И больница.

Услышав это, Дилан немедленно перестал биться и посмотрел на Колина большими, полными надежды глазами. Ровена спросила его:

– Ты не против, милый? Можно мистеру Миддлбери посмотреть на твое бо-бо?

Подозрительно прищурившись, мальчик спросил Колина:

– Ты доктой?

– Не совсем, – сказал Колин, осторожно подходя ближе. – Но я знаю, как помогать людям, которые поранились. Дашь мне посмотреть?

Поколебавшись, Дилан кивнул.

Колин наклонил его голову и бережно раздвинул испачканные кровью волосы, чтобы осмотреть рану. Кожа была рассечена прямо над границей волос, всего пара сантиметров, и, хотя кровь уже не шла, рана была очень глубокой.

– Больно? – спросил он у Дилана, который только пожал плечами.

Оставить рану открытой означало риск инфекции. Пара швов все бы исправила, но ребенок и так был травмирован. К счастью, во время обучения Колин освоил пару фокусов.

– По-моему, швы ему не нужны, – сказал он Ровене, которая посмотрела на него как на сумасшедшего.

– Мы не сможем заклеить рану пластырем, волосы помешают.

– У вас есть аптечка первой помощи?

– Конечно, но…

– Поверь мне, Ровена.

Она открыла рот, чтобы возразить, но Колин добавил:

– Хочешь травмировать его еще больше или позволишь мне хотя бы попытаться?

Ровена в смятении посмотрела на сына. Мгновение Колин был уверен, что она откажется и, несмотря на все крики, потащит мальчика в ближайшую больницу. Но спустя несколько секунд она сказала:

– Ладно, можешь попробовать, только не делай ему больно.

Как будто он станет делать это нарочно.

– Сначала надо промыть рану.

Они зашли в ванную комнату детского сада. Ровена опустила крышку на унитазе и села на него вместе с Диланом. Триша вручила Колину аптечку. Колин порылся в ней, раскладывая все на краю раковины, а потом сказал Дилану:

– Может немножко щипать, но если будешь сидеть совсем неподвижно, то в больницу не поедешь.

Глядя на него с облегчением, Дилан сидел совершенно неподвижно, пока Колин тщательно промывал ранку. Даже когда он наносил антисептик, мальчик едва вздрогнул.

– Ты такой смелый, – сказала Ровена, крепче обнимая и целуя сына.

– А теперь надо совсем замереть, – сказал Колин, окуная пинцет в аптисептик. Он очень бережно вытянул им несколько прядок с обеих сторон ранки. Хотя понадобилось несколько попыток, он сумел завязать прядки в тугой узел, по сути используя их вместо швов.

– Гениально! – со смехом сказала Триша.

– Но работает, только если пряди достаточно длинные, – если бы волосы Дилана были на пару сантиметров короче, Ровене пришлось бы везти его в больницу.

Достаточно было двух узелков, чтобы стянуть рану, а потом Колин залил все жидким пластырем, чтобы удерживать узлы и не пропускать внутрь грязь и влагу.