Вестфолд - Ольга Куно

– Ты уверена, что это удобно – появляться там без особого приглашения? – спросила я, с удовольствием выглядывая в окошко.

Постоянно меняющаяся картинка доставляла истинное наслаждение после недели вынужденного однообразия.

– Разумеется, – кивнула Кларисса. – Двери замка всегда открыты. Приемы, визиты вежливости, всевозможные деловые контакты. Не забывай, что практически все важные вопросы проходят через шерифа или кого-нибудь из его окружения – налоги, права наследования, охрана, преступность, споры религиозного характера. Так что в замке всегда полно людей. И постепенно он превратился в традиционное место встреч для местного общества. Другое дело, что хозяева замка далеко не всегда могут уделять гостям внимание, это тоже следует учитывать.

В карете мы добрались до места чрезвычайно быстро, тут и пешком-то было недалеко. Проходя через внутренний двор, мы повстречали самого де Оксенфорда. Он поздоровался с нами как будто бы радушно, но в то же время подчеркнуто официально.

– Мисс Лейн, мисс Стабборн. – Приветствие сопровождалось формальным кивком. – Добро пожаловать. Как вы себя чувствуете, мисс Стабборн? Надеюсь, что уже лучше?

– Благодарю вас, намного лучше, – не без удивления ответила я. Вот уж не думала, что шериф окажется в курсе подобных мелочей.

– Рад это слышать. Проходите, располагайтесь. Я вынужден вас покинуть: срочные дела. Найдите в доме мою дочь, уверен, она обрадуется вашему обществу. Мистер Нортфолк и мистер Уоллес тоже там.

Кларисса присела в реверансе, мне это показалось лишним, и я просто слегка склонила голову. Шериф быстро зашагал по направлению к воротам.

– Он всегда такой предельно вежливый? – поинтересовалась я у подруги, провожая де Оксенфорда любопытным взглядом.

– По большей части да, – кивнула Кларисса. – Конечно, многое зависит от того, с кем он разговаривает, – справедливости ради добавила она. – Ну пойдем. Не будем особенно спешить в поисках Лауры, прежде я, как и обещала, покажу тебе сад.

Дочка шерифа явно не приводила мою спутницу в восторг.

Мы прошли в замок, пересекли просторный зал с высоким сводчатым потолком и вышли в сад. Здесь было достаточно красиво, хотя, честно говоря, виды у ручья впечатляли меня больше (разумеется, до момента падения). Разнообразные розовые кусты, крокусы, нарциссы; на заднем плане – пышно разросшиеся деревья, среди которых преобладали липы и вязы. Тут и там встречались деревянные скамейки и уютные беседки, хорошо вписывавшиеся в общую картину. Пасторальное впечатление смазывали то и дело мелькающие на дорожках стражники.

– Не слишком ли их много? – нахмурилась я.

– Их сейчас везде много после того, что произошло, – непонятно ответила Кларисса. – Ах да, ты ведь не знаешь! – воскликнула она, встретив мой вопросительный взгляд. – Ты тогда уже лежала с больной ногой. Видишь ли, с неделю назад как раз в этот самый сад пробрался Уилл Статли. Ну или кто-то из его людей, но поговаривают, что он сам.

– Неужели? И что ему было нужно?

– Людям шерифа удалось взять кого-то из лесной банды. Не знаю подробностей… А со стороны сада можно проникнуть в подвальные помещения, где держат узников. Так вот этот Статли вывел из строя двух стражников и как-то умудрился освободить своего человека.

– Вывел из строя – это значит убил? – спросила я.

– Нет, – Кларисса улыбнулась уголками губ, – споил до потери сознания.

– Здешние стражники настолько страдают от обезвоживания, что готовы пить даже с разбойниками?

– Не знаю я, от чего они страдают, вероятнее всего, от похмелья, – пожала плечами Кларисса. – Ну и он, наверное, представился как-нибудь по-другому. Хотя как может профессионал не опознать в разбойнике преступника, не знаю, этот вопрос – не ко мне.

Сделав небольшой круг по узкой дорожке, петлявшей среди кустов и деревьев, мы возвратились к высокой каменной стене. Из замка доносились громкие возгласы, и мы поспешили зайти внутрь.

В том самом зале, через который мы недавно проходили с Клариссой, обнаружилась Лаура, возмущенно отчитывавшая какую-то служанку. Вокруг собралось еще несколько слуг, а немного в стороне мы углядели также Рональда с Адрианом. Дочка шерифа все сильнее повышала голос, грозно нависнув над провинившейся девушкой, сжавшейся в бледный дрожащий комочек. Мы с Клариссой подошли поближе. Лаура это заметила, но бросила в нашу сторону лишь беглый взгляд, не считая нужным отвлекаться от своего занятия.

– Что здесь произошло? – шепотом спросила я.

Поскольку нас с мужчинами разделяла бушевавшая посреди зала буря, я обратилась с этим вопросом к одной из служанок.

– Элли вовремя не зашила платье госпожи Лауры, – тихонько прошептала та, бросая в сторону дочки шерифа испуганный взгляд. – У Элли послезавтра свадьба, она готовилась, вот и не успела. Вон ее жених, Шон.

Служанка указала на молодого парня, стоявшего в углу. Тот теребил в руках какую-то перемазанную краской тряпицу, иногда бесшумно шевелил губами, но выступить против хозяйки не решался.

Имело смысл на время вернуться обратно в сад. Разворачивавшаяся здесь сцена мне не нравилась, но отношения со слугами – все равно что семейные, в том смысле, что посторонним в них лучше не вмешиваться. Однако следующий поворот событий заставил меня передумать.

– Решила, что твои личные дела важнее, чем хозяйские? – не унималась Лаура. – Забыла, где твое место? Так я тебе напомню! Стража! – рявкнула она так громко, что стены задрожали.

Двое стражников появились практически мгновенно, стараясь нынешней исполнительностью компенсировать недавнюю оплошность своих сослуживцев, к ним быстро присоединился еще и третий.

– Посадите вот ее в сарай, – велела Лаура. – Сегодня у меня много дел, а завтра состоится порка, публичная! Двадцать плетей. Нет, тридцать!

Элли задрожала и вжала голову в худые плечи, но покорно опустила глаза.

– Это еще не все, – гневно продолжала Лаура. – Пороть будет он. – Кивком головы она указала на Шона. Тот выронил из рук тряпицу и медленно поднял на хозяйку шокированный взгляд. – Чтобы вы раз и навсегда запомнили, кто тут хозяин, – припечатала шерифская дочка, четко выговаривая каждое слово.

Шон сделал несколько шагов вперед. Парень заметно побледнел, лицо было напряжено, как натянутая струна.

– Я… я не могу, – сказал он.

– Что? – нахмурилась Лаура. – Что ты сказал?

– Я не стану этого делать.

Шон смотрел испуганно, но голос его звучал твердо.

Какое-то время Лаура смотрела на него непонимающе, будто слова, которые он произнес, не имели мало-мальски приемлемого смысла.

– Очень хорошо, – сказала она наконец настолько спокойно, что не по себе стало не только слугам, но и остальным присутствующим. – Отказ выполнять приказ – это измена. А изменников вешают. Арестуйте его, – обратилась она к стражникам.