Доверься мне - навсегда! - Джил Лимбер

Дженнифер обыскала комнату девочки в поисках телефонной книжки, однако ни комод, ни письменный стол не предоставили ей подсказок.

О боже, что ей теперь сказать Миранде? Сестра получила строгие указания врача избегать любых волнений, а тут такие проблемы с дочерью!

Джен помнила, каково быть подростком, и знала, в какую беду можно попасть в середине ночи. Не один раз они с Трейсом бывали на вечеринках, которые быстро выходили из-под контроля.

Схватив телефонную книгу Блоссома, Джен нашла номер Трейса. Она не хотела обращаться к нему за помощью, но понимала, что одна не справится.

Трейс ответил с третьего гудка, его голос был хриплым спросонья.

— Маккейб.

Дженнифер облизнула пересохшие губы.

— Привет, Трейс. Это Джен. Прости, что разбудила.

— С Мирандой все в порядке? — от сонливости не осталось и следа.

— Я звоню не из-за Миранды. Кэлли пропала.

— Что значит «пропала»?

Дженни услышала шорох простыней и постаралась отогнать образ обнаженного мужчины в постели.

— Ее нет в доме.

— Давно?

Джен смахнула слезу.

— Я не знаю. Она сказала, что у нее болит голова, когда мы в пол-одиннадцатого пришли домой. Я легла спать сразу после нее.

— А она не могла вернуться в больницу?

Дженнифер не подумала о такой возможности.

— Без водителя — вряд ли. До больницы идти около семи миль.

— У нее есть друзья с машинами. Я сделаю один звонок, а потом перезвоню тебе.

Сухая логика Трейса заставила Джен успокоиться. Она включила свет на кухне и убрала чистую посуду из посудомоечной машины, чтобы хоть чем-то занять себя. Когда все тарелки и чашки стояли па своих местах, принялась разбирать продукты в холодильнике, не желая отходить от висящего на стене телефона больше, чем на несколько шагов.

Наконец раздался звонок, и Джен поспешно сняла трубку.

— Она не в больнице, — без предисловий сообщил Трейс. — Я связался со своим диспетчером и узнал, что сегодня поступили два звонка с жалобами на слишком шумную вечеринку — Где что? Я поеду и поищу ее там, — быстро проговорила Дженни и потянулась за ключами от машины.

Трейс кашлянул.

— Я не позволю тебе этого сделать.

— Почему? — протянутая рука замерла над цепочкой.

— Потому что уже мое дело. Я поеду туда и посмотрю, там ли Кэлли, — он говорил спокойно и официально.

— Трейс, я очень волнуюсь! — Дженнифер тут же пожалела о сказанном, потому что фраза прозвучала на истерической нотке.

Он нетерпеливо вздохнул.

— Джен, тебе придется довериться мне. Я знаю, ты хочешь все проконтролировать, но ты не можешь.

— Но…

— Ты останешься дома. Я найду ее, — его голос слегка смягчился и напомнил ей прежнего Трейса. — Постарайся не беспокоиться.

— А если она на вечеринке, ты позвонишь мне, чтобы я могла приехать и забрать ее?

— Если она там, я сам привезу ее домой.

— А если нет?

— Джен, не усугубляй. — И Трейс повесил трубку.

— Хорошо, — прошептала она в пустоту, искренне желая успокоиться, как велел Трейс. Но он никогда не воспитывал детей и не знает, что значит переживать за них.

Джен собрала грязное белье, засунула его в машинку и уже закончила подметать пол на кухне, когда перед домом остановился автомобиль. Огни на мгновение осветили переднюю и погасли.

Бросив совок, она побежала к двери. Распахнув ее, увидела, как Трейс вытаскивает из машины пьяно хихикающую Кэлли.

Беспокойство Дженни моментально превратилось в гнев.

— Привет, тетя Джен! — Кэлли помахала рукой, едва не рухнув на землю.

— Тише! — шикнула на нее Дженнифер. — Что подумают соседи? — И хлопнула себя по лбу, сообразив, что снова цитирует мать.

Кэлли, пошатываясь, стояла па дороге и что-то бормотала. Джен помогла ей преодолеть ступеньки крыльца, и племянница обхватила ее за пояс. Если бы Трейс не подхватил их обеих, Кэлли наверняка сшибла бы ее с ног.

— Я люблю тебя, тетя Джен! — прокричала девочка прямо ей в ухо.

От нее пахло пивом и сигаретным дымом.

Дженнифер очень хотелось вбить в ее хорошенькую головку хоть немного здравого смысла, но она поняла, что сейчас нет смысла читать мораль. Утром Кэлли, скорее всего, даже не сможет вспомнить, как добралась до дома.

— Я тоже тебя люблю, — выдавила она, пытаясь высвободиться из объятий племянницы и удержаться на ногах.

Кэлли показала на Трейса и громко прошептала:

— Видела, кто меня домой привез?

Джен повернулась к Трейсу, который изо всех сил пытался сдержать улыбку, и одарила его взглядом, говорившим: если будешь смеяться, тебе не жить.

— Да, видела, — буркнула она.

Девочка остановилась и покачнулась.

— Это твой красавчик, тетя Джен! Меня привез домой твой собственный красавчик!

Предательский румянец залил лицо и шею Дженнифер. Она отвела Кэлли в комнату, где сняла с девочки пропахшую дымом одежду. А когда натягивала на племянницу ночную рубашку, девочка издала странный звук. Лицо девочки приобрело угрожающий зеленоватый оттенок.

Что ж, ее племяннице придется расплатиться за свою глупость.

— Отлично, — сказала Джен, втолкнув Кэлли в ванную. — Оставайся здесь до тех пор, пока… не закончишь.

Она вышла, ощущая полную апатию. Нужно поблагодарить Трейса за то, что он нашел Кэлли и привез ее домой. А о подходящем наказании для Кэлли можно подумать и завтра.

Стоило ей войти в кухню, как до нее донесся запах кофе. Трейс стоял к ней спиной и смотрел в окно на пустой темный двор.

Услышав ее шаги, он обернулся и прислонился к столу. Затем указал на кофеварку.

— Надеюсь, ты не возражаешь. Мне уже пора начинать рабочий день.

Джен пожала плечами.

— Самое малое, что я могу для тебя сделать, — это приготовить завтрак.

— Я есть не буду, спасибо, — он потянулся к дверце буфета за чашками.

Джен наблюдала за тем, как он наливает кофе в чашки. Эта картина была странно уютной. Интересно, а у них были бы такие моменты, если бы они остались супругами? Джен поспешно отогнала эту мысль и произнесла:

— Прости, что вытащила тебя из дома. Я не знала, что делать.

Он махнул рукой и улыбнулся:

— Ерунда. Мне все равно нужно было разогнать шумную вечеринку. А как Кэлли?

Джен скорчила рожицу.