Предсказание счастья - Камилла Хенкинс

— А я просто уверена, что вы будете великолепны абсолютно во всем.

Дон подал голос.

— Может быть, пригласим мисс О'Хара в дом?

— О, конечно. Простите, я такая бестолковая. Все смешалось в моей голове из-за этого приема. Мы ведь тут живем очень тихо и уединенно, мисс О'Хара…

— Просто Дженни. Пожалуйста.

— Хорошо. Да, так вот я и говорю, обычно у нас тихо и спокойно, никаких приемов, гостей, нарядов.

— Гвенни, детка, удели мне немного своего внимания, если можно. Что-нибудь произошло за то время, пока я встречал мисс… Дженни?

— Прости, Дон. Я совсем забыла. Звонил ветеринар, он подъедет после трех, заодно привезет почту.

— Отлично. Что-нибудь еще?

— Лена звонила. Она прилетает в пятницу, прямо с корабля на бал. Надеется, что сможет остаться на уикенд. Как я понимаю, она сама себя пригласила.

В голосе девушки прозвучала плохо скрытая неприязнь, Дженни это заметила и немедленно поинтересовалась:

— А кто у нас Лена?

Она была уверена, что это и есть предполагаемая подруга мистера Фергюсона, но голос Дона прозвучал более, чем холодно:

— Друг семьи. Извините, у меня много дел. Увидимся попозже. Гвенни все вам покажет и расскажет. Багаж сейчас привезут. Освобожусь я не раньше вечера, но вы в хороших руках. До встречи.

Дженни едва удержалась, чтобы не послать ему воздушный поцелуй на прощание. Это было бы слишком. Суровый немногословный ранчеро, привыкший отдавать приказы и выслушивать отчеты об их исполнении, не может адекватно воспринимать подобные невинные шутки. Решено: Дженни будет наслаждаться этим волшебным местом, этим красивым и необычным домом, этой восхитительной природой, а что до хозяина всех этих красот… Он весьма и весьма привлекателен, но что интересного в юристах? Которые объезжают лошадей…

Хозяйка дома, Эсамар, оказалась самым милым и самым несчастным созданием на свете. Она покорила сердце Дженни с первых секунд знакомства, воскликнув с искренним облегчением:

— Ох, слава Богу, вы здесь и вы так прекрасны! Если бы вы знали, как я рада! Карла — прелесть, но, честно говоря, я ее побаиваюсь. Рядом с ней я всегда вспоминаю, что во мне всего полтора метра росту, предки мои были индейцами, а сама я родилась в глухой деревушке в сердце сельвы. Абсолютно полноценный комплекс неполноценности. Но с вами мы поладим.

— Наверняка. Наверное, потому, что во мне почти два метра, и я тоже родилась в глухой деревушке, только под Дублином, а предки мои были ирландцами, что еще хуже, чем индейцы.

Они обе рассмеялись и чокнулись высокими бокалами с ледяным лимонадом. После этого маленькая черноволосая женщина посерьезнела.

— Нам с вами предстоит испытание, особенно вам, потому что я-то без зазрения совести спрячусь за вашу спину.

— Думаете, я могу наделать ошибок?

— Дженни, милая, конечно, нет. Ошибки — это моя прерогатива. В вас чувствуется класс. Стиль. Шик. У вас смеющиеся глаза, а значит, бесстрашное сердце. Потом, я всегда боялась красавиц, всю свою жизнь, а вот вас совсем не боюсь. Вы — хороший человек, и все у вас получится.

— Ох, Эсамар, я совсем не так безмятежна. Мой рост…

— …Прибавляет вам великолепия. Такой и должна быть хозяйка дома. Я себя никогда не чувствовала хозяйкой. Вся эта роскошь не для меня. Отец Дона, мой муж, привез меня сюда, и я первое время даже не могла спать под крышей. Боялась этого дома. Думаю, он так и не стал для меня родным.

— Но дом прекрасен. Никакой вычурности, все красиво и естественно.

— Это Дон. Он ведь тоже вырос в простых условиях. Знаете, многие, разбогатев, кидаются в крайности. Наш сосед, вы его увидите на приеме, живет неподалеку, на излучине Реки. Километров двадцать отсюда. И вот, представляете — сельва, Амазонка, а на берегу стоит кошмарное чудище из пластика и бетона. Днем жара, во время дождей по стенам ползают мокрицы, но зато античные статуи на галерее стоят, и отхожее место напичкано электроникой.

— Интересно, зачем?

— Никто не знает. Всю электронику замкнуло почти сразу. Сыро. Это же Лес.

Дженни помолчала, а потом осторожно поинтересовалась:

— Эсамар? Расскажите мне немного о Фергюсонах. Вообще об этой семье.

— Строго говоря, Фергюсонами можно считать только Дона, да его покойного отца. Все остальные — Арьеда. Масса гонора, денег и родословная до Ноева ковчега. Среди них есть совсем неплохие люди, как Карла, например, есть отвратные, есть невыносимые, но в целом это настоящий латиноамериканский клан. Дон о них и знать не знал до пятнадцати лет, но сейчас в нем проснулся зов крови. Что поделать. Родня. Могу сказать только одно: он единственный нормальный человек среди них.

— Но он довольно суров.

— О, вы не знали его отца. Этот одним движением бровей разворачивал табун лошадей. Говорил мало, не признавал нежностей и считал, что все зло от цивилизации.

— Что ж, в чем-то он прав. Достаточно взглянуть вокруг, чтобы понять: человек здесь совершенно лишний. И без него хорошо.

— Дженни, я не зря в вас влюбилась с первого взгляда. Клайд тоже одобрил бы ваши слова.

— Вы любили его?

Маленькая женщина ответила просто и тихо:

— Очень. Но он всю жизнь любил другую. Мать Дона. Я так и не смогла занять место в его сердце.

— Клайд Фергюсон был богат?

— С точки зрения моей деревни — баснословно. У него были неплохие сбережения, ведь он почти ничего не тратил на себя, только на лошадей, да на снаряжение, но основной капитал достался Дону от Арьеда. Впрочем, Дон и сам довольно успешен. Он консультирует в качестве юриста, а кроме этого имеет собственный бизнес в Нью-Йорке. Только не спрашивайте меня, чем он занимается. Банкир — видимо, это правильнее всего назвать так.

Дженни кивнула. Она тоже не слишком хорошо представляла, чем конкретно занимаются банкиры.

— Эсамар, простите, если я не слишком тактична… но вы не выглядите счастливой, так ведь?

Эсамар улыбнулась, и смуглое лицо стало почти прекрасным.

— Почему у меня такое чувство, что я знаю вас целую вечность, Дженни? Мне легко с вами. Мне впервые за много лет хочется говорить о себе. А что до счастья… Знаете, в юности нам кажется, что любовь способна изменить того, на кого она направлена. Многие несчастны в браке, но чтобы это понять, надо пробыть в этом самом браке достаточно долго.

Дженни задумчиво кивнула и ободряюще улыбнулась Эсамар.

— Я рада, что вы мне доверяете. Это все ирландская кровь. Знаете, чем ирландцев наградили феи?

— Чем же?

— Умением не только слушать, но и слышать. Поэтому среди нас так много колдунов. Хотите, наколдую вам хорошее настроение?