Приказано жениться - Оливия Гейтс

– Голос у тебя не сонный.

– Я не сплю благодаря одному невыносимому принцу.

Винченцо прошептал:

– Я рад, если разбудил тебя. Не хочу один маяться от бессонницы.

– Где твоя совесть? – Глори негодовала, голос ее стал низким и хриплым. – Или ее давно у тебя нет? А может, ее никогда не было?

На этот раз он хохотнул громче, и это лишило Глори мужества.

– Моя совесть в нынешней ситуации не требуется. Как я уже говорил, мое предложение выгодно всем, особенно тебе. Ну, хватит об этом. Что ты решила?

– То есть у меня есть право что-то решать? Ты сменил тактику?

– Тактика прежняя. Решение за тобой. Я просто не мог дождаться утра, чтобы выслушать приговор.

– Хорошо, что ты позвонил, и мне не придется ждать несколько часов, чтобы сказать: я не желаю видеть и слышать тебя.

– Такого пункта нет в списке предлагаемых тебе вариантов. Ты будешь моей временной принцессой. И поэтому станешь часто меня видеть. Я всего лишь собирался спросить: решила ли ты принять меня целиком?

Глори фыркнула, но не раздраженно, а, скорее, с отвращением к самой себе. Винченцо успешно ее соблазнял.

– Наверное, ты пытаешься развить чувство юмора, но сейчас у тебя ничего не получилось. Попробуй начать сначала.

– Я прошу прощения за неудачные попытки быть политкорректным. – Винченцо вдруг посерьезнел. Как только Глори задалась вопросом, уж не обидела ли она его, голос Винченцо стал глубоким и искушающим. – Итак, скажи, когда ты позволишь мне раздеть тебя, ласкать каждый дюйм твоего обновленного умопомрачительного тела, владеть тобой и доставлять тебе удовольствие? Когда ты разрешишь мне свести тебя с ума поцелуями и подарить тебе наслаждение, от которого ты впадаешь в забытье?

У Глори перехватило дыхание, а сердце едва не выскочило из груди. Множество образов и воспоминаний о том, как она жаждала прикосновений и поцелуев Винченцо, всплыли в ее голове.

– Обновленное умопомрачительное тело? – Она чуть не застонала, удивляясь, почему из всего им сказанного заострила внимание именно на описании своего тела.

– Ах да, красавица, каждый дюйм твоего тела. Ты всегда была великолепной – во всем. Но годы сделали твое тело еще привлекательнее, если такое возможно. Пока ты была в моем пентхаусе, я жаждал прикоснуться к тебе. А сейчас изнемогаю от желания изучить тебя и насытиться тобой. И мне известно, что ты тоже меня хочешь. Я чувствую твое желание даже на расстоянии. Но если ты считаешь, что еще не готова, я… буду настойчив. Я напомню тебе, как хорошо нам было вместе. Я докажу тебе, что нам будет намного лучше теперь, когда мы оба стали старше и мудрее и твердо знаем, чего хотим.

Поборов трепет и дождавшись, когда сердцебиение немного замедлится, Глори сказала:

– То есть ты считаешь, что теперь, став старше и мудрее, я отдамся тебе без всяких гарантий, как в молодости?

– Тебе нужно кольцо? Я могу привезти его прямо сейчас.

– Нет. Я не это имела в виду. – Глори сглотнула, у нее закружилась голова. Всего несколько часов назад она не подозревала, что снова увидится с Винченцо. И вот теперь он соблазняет ее по телефону, а она с трудом сдерживается, чтобы не поддаться ему. – Материальные гарантии мне не нужны. Я имела в виду гарантии того, что ты отнесешься ко мне с уважением, когда решишь от меня избавиться. Шесть лет назад мои мозги были затуманены, и я верила, что ты меня ценишь. Сейчас я тебе не верю.

Немного помолчав, он невыразительно произнес, растягивая слова:

– Давай забудем прошлое. Мы изменились.

– Разве? Может быть, ты изменился, черт тебя побери. Но, в отличие от тебя, я принципиальна и осталась такой же, какой была шесть лет назад. Я просто стала старше и мудрее, как ты заметил, поэтому предполагаю, что твое предложение будет иметь колоссальные последствия. Если я стану принцессой, временной или нет…

– Ты станешь моей принцессой, – перебил ее Винченцо. – Это произойдет очень скоро. Правда, не завтра, поскольку необходима подготовка к свадьбе. Но скажи всего одно слово, и я буду ласкать твое великолепное тело уже через час…

Она прервала его, боясь сойти с ума от возбуждения:

– Я требую, чтобы мне дали право голоса в деталях, раз у меня нет права решать фундаментальные задачи. Если мне придется носить кольцо, я хочу сама его выбрать. Через год, когда контракт закончится, я верну тебе кольцо.

Внезапно чувственные нотки исчезли из его голоса, он заговорил решительно:

– Выбери себе кольцо. И все остальное, что захочешь. Как моя принцесса, ты будешь иметь все, что пожелаешь.

У Глори сдавило горло.

– Странно. Я должна подписать двести страниц контракта, в котором подробно описано все, что мне запрещено делать.

Несколько секунд царило напряженное молчание. Винченцо с силой выдохнул:

– Этот контракт только для того… – Он умолк, будучи не в силах подобрать нужные слова.

Она решила ему помочь:

– Чтобы защитить тебя от любых беспринципных идей, которые придут мне в голову после окончания срока контракта. Поэтому меня удивляет, что ты готов на широкие жесты в начале его действия. Мне ничего от тебя не нужно, но я обращаю твое внимание на явные противоречия.

Снова наступило долгое молчание.

Наконец Винченцо заявил:

– Я передумал. Ты не должна подписывать контракт, если считаешь его условия чрезмерными. Не нужно принимать решение сейчас. Ты можешь отказаться. Но я, конечно, не перестану тебя убеждать. А теперь спи. Я заеду за тобой завтра в пять, и мы поедем покупать кольцо. Извини, что разбудил.

Он повесил трубку.

Глори уставилась на телефон.

Что это было? Почему Винченцо так себя повел? Это не в его стиле. Такое ощущение, что в его теле живет не три, а четыре сущности.

Вот что же она ввязалась? И с каким из четырех Винченцо ей придется иметь дело? Остается надеяться, что она не сойдет с ума от путаницы и желания, которое он в ней пробуждает.

Выбора у нее все равно нет. Она вошла в «логово льва» и пробудет там весь следующий год. И очень сомнительно, вернее, просто невозможно, чтобы она выбралась оттуда целой и невредимой.