Забери меня с собой - Юлия Шевченко

Элисти пристроилась помогать.

Сначала орку пришлось объяснить ей, что вообще нужно делать, какие травы складывать вместе по кучкам, а какие не годятся, и их нужно выбросить. А потом дела у девушки начали спориться гораздо быстрее, чем у Шаграта. Маленькими ловкими пальчиками перебирать мелкие травинки и листочки было удобнее, чем огромными лапами орка.

Теперь у Элисти появилась работа. Настоящая и своя собственная. Она больше не скучала в одиночестве. Шаграт ездил на охоту и с собой её не брал, а Элисти сортировала травы, собранные молодыми учениками старого шамана.

Старик Ксат сам приходил к шатру Шаграта, вручал ей травы и каждый раз хитро улыбался.

Как-то он заметил глиняную флейту. Шаграт сразу разрешил ей брать инструмент и играть на нём, но Элисти стеснялось. Собственное исполнение ей казалось ужасным по сравнению с игрой орка. Он вон одним горлом может создать музыку, совсем без инструмента, а она так — посвистит немного, сложные мелодии ей не даются.

— Ты играешь? — старший шаман спросил с таким интересом, словно это невесть какое событие.

— Да, — Элисти не решилась ему врать. И добавила, заметив, что интерес старого орка не ослабевает: — Хотите, чтобы я вам сыграла?

Ксат качнул седой головой, глаза его совсем превратились в щёлочки в хитром прищуре:

— Ты Шаграту сыграй.

Элисти вздохнула:

— Он лучше играет.

— А вот это совсем не важно. Ты просто сыграй.

— Зачем? — удивилась Элисти настойчивости старого шамана.

Тот ответил не задумываясь:

— Ему будет приятно.

И пробормотал себе под нос, когда отошёл достаточно далеко, чтобы человеческая девушка его не услышала:

— Это странно, но не могу же я ошибаться? Духи степи, будьте добры к этим детям.

Глава 10. Не выкуп, а благодарность

Шаграт ещё много раз играл на глиняной флейте, а вот Элисти сыграть ему так и не решилась. Слишком крепко с самого детства вбили ей в голову убеждение, что когда играешь для публики, исполнение должно быть безупречным.

Молодой шаман не стал бы попрекать её неправильно взятой нотой, как делали маменькины подруги, скорее всего он бы поправил и показал как правильно, но преодолеть этот страх у девушки не получалось.

У неё много чего не получалось: разжигать очаг, готовить еду, управляться с лошадьми.

Лето постепенно подходило к концу, орки стремились запастись мясом впрок, и большая часть обитателей стойбища пропадала на охоте. Местные коровы, худые, высокие и больше похожие на оленей, были неприкосновенны. Держали их ради молока, а убить могли разве что в самый лютый голод.

Охотились орки на несколько видов антилоп и другую степную живность; дети, не доросшие до охоты, промышляли ловлей рыбы; старший шаман и его ученики вопрошали духов степи и помогали охотникам найти стада. Все были при деле.

Случались и неприятности. Горре самец антилопы пропорол рогом руку. Шаграт лечил её и до полного восстановления запретил охотиться и драться.

Для Элисти же главная неприятность заключалась в том, что скучающая в стойбище орчанка вдруг решила начать опекать её. Появлялась в шатре Шаграта, как в своём, готовила на огне еду и вроде как пыталась обучать Элисти разным премудростям. Например, как нарубить мясо топором на тоненькие кусочки. Бесполезно — Элисти её топор поднимала с трудом, а уж чтобы им что-то рубить — и речи не шло. В такие моменты девушка особенно остро ощущала собственную беспомощность и бесполезность.

Грубить своей добровольной помощнице Элисти не решалась, опять же в силу воспитания. А ещё из чувства самосохранения — у орков женщины любили подраться, так же как и мужчины, если Горра не ударит её даже, а просто толкнёт, лететь придётся далеко, а Элисти только ходить начала нормально. Не хватало только сломать ногу в третий раз.

С одной стороны, обретённая возможность ходить без хромоты и даже бегать безмерно радовала. А с другой… Элисти и сама не знала, какие чувства испытывает. Шаграт обещал отвезти её к людям, когда нога будет здорова. Она здорова. И везти её нужно сейчас, пока род Ковыля не снялся с места и не откочевал южнее к зимней стоянке. Это где-то совсем далеко.

Шаграт почему-то медлил, а она не напоминала ему об обещании.

Оно напомнило о себе само.

Рано утром в стойбище рода Серебристого Ковыля въехал человек. Законы степных кочевников он знал хорошо. Он был один, а шею его лошади украшала широкая алая лента — знак переговорщика. Его не тронули и провели к вождю. Старшего шамана в стойбище не было, несколько дней назад он уехал с группой охотников и ещё не вернулся, так что гостя вождь Грас принимал в гордом одиночестве.

Человек оказался охотником из ближайшего к степи большого людского города Оселина. Но явился он не просить дозволения поохотиться на землях рода, а передать послание вождю орков от одного из вождей людей. У людей с вождями всё сложно, этих вождей много, и толком не понять, кто и кем командует. Но этого вождя Грас знал лично.

Вильям Торстейн — богатый землевладелец и скотовод. Как один человек может владеть землёй, на которой живут многое, Грас не очень понимал, а стадам скота даже немного завидовал. Совсем немного — тучные медлительные коровы всё равно не смогут жить в стаде кочевников. По человеческим меркам Торстейн был большим вождём, его слушался весь город Оселин, а значит и Грасу выслушать его послание не зазорно.

Оказалось, у Торстейна случилась беда — два месяца назад пропала невеста его сына. Он не терял надежду и всё это время искал девушку. И, наконец, выяснил, что похожую девицу видели среди орков рода Ковыля. Если подтвердится, что это и есть пропавшая невеста, Вильям Торстейн готов выкупить её. То, что степным кочевникам не нужны деньги, он знает и заплатит полезными товарами или частью своего стада.

Заманчивое предложение. Грас как раз думал об этих коровах, вот только Элисти Эванс в роду Ковыля на положении гостьи, и продавать её — не по степным законам. Она сама решает уйти ей или остаться.

Проводить человека к шатру младшего шамана вызвалась удачно подвернувшаяся Горра, но вождь и сам решил сходить. Проконтролировать, так сказать, чтоб ни человек, ни Шаграт, ни сама девчонка ничего не выкинули.

Элисти к такой встрече оказалась совершенно не готова. Знала, что рано или поздно придётся вернуться, но как же хотелось, чтобы это случилось попозже.

Шаграт принял незваного гостя с