Ошибки прошлого - Диа Гроул

— Почему родители не помогут?

После его вопроса, я замерла. За все то время, что я отсутствовала дома. Не думаю, что они горько горевали. А хотя может, и покрывали меня благим матом. Что я, такая рассекая, посмела уйти. Кто же будет Катюше на образование зарабатывать? Ужас.

— У меня их нет, — горько отвечаю я.

— Нет в живых или нет в твоей жизни?

— Второе.

5 Глава: Даниил

Полгода спустя.

Когда я принял решение начать набирать мышечную массу, я почувствовал внутреннее волнение и решимость изменить свою жизнь к лучшему. Отправляясь в спортзал в первый раз, я чувствовал себя немного неуклюжим и нерешительным, но в то же время был полон энтузиазма и готовности к труду.

Когда я впервые переступил порог спортзала, меня окружила атмосфера энергии и динамики. Зрелище качающихся тел, звуки тренажеров и запах спортивного оборудования заставили меня почувствовать, что я находился в среде, где люди действительно стремятся к своим целям.

Мой брат, который уже давно занимался, стал моим наставником. Он познакомил меня с различными упражнениями и принципами тренировок, помог мне составить программу тренировок для достижения моих целей.

Наши тренировки были интенсивными и иногда даже истощительными, но я чувствовал, что мой организм становится сильнее и стройнее с каждым днем. Я наслаждался процессом перерождения своего тела, постепенно преображаясь в более сильного и здорового человека.

— На сегодня достаточно, — говорит мне Макс, опуская гантели.

— Хорошо.

— Как плечо?

— Болит, но терпимо.

— Ладно. Иди в душ. Я принесу мазь.

— Ок.

Возвращаясь, домой после долгой рабочей смены, я с удовольствием думал о том, как лягу в кровать. Когда я открыл дверь дома и увидел своего брата на коленях, у которого сидела Алиса.

Она обладает утонченными чертами лица и пушистыми каштановыми волосами есть очаровательная внешность, которая привлекает внимание окружающих. Её лицо украшают изящные черты: изогнутые брови, маленький нос с прямым дрейфом, выразительные глаза и утонченные губы.

Голубые глаза девушки являются её особым притягательным элементом. Её взгляд глубокий, загадочный и притягательный, он способен затягивать любого, кто увидит их.

— Что здесь происходит? — промолвил я.

— Целуемся, — сказал он, словно это было само собой разумеющееся объяснение.

— А можно данное мероприятие перенести в комнату?

— Брысь мелочь пузатая, — рявкнул он.

— Предохраняйтесь. Я дядей не планирую становиться в столь раннем возрасте, — засмеялся я, покидая комнату.

— Не слушай его, у него левое полушарие неисправно работает, — услышал последние слова Макса.

Я включаю воду в душе, ощущая приятное тепло струй на своем теле. Я закрываю глаза, наслаждаясь моментом спокойствия. Когда я выхожу из душа, чувствуя себя освеженным и чистым, я иду к кровати и сажусь на нее, чувствуя усталость отпускающим мое тело.

Вздохнув глубоко, я открываю тумбочку рядом с кроватью и достаю из нее письмо, которое оставила Ксения. Сердце замирает на мгновение, когда я вижу ее почерк на бумаге. Я развернул письмо и начал читать, глаза заполнились слезами, когда я узнал, что она ушла и не намерена возвращаться.

Я сжимаю письмо в руке, чувствуя боль и разочарование, которое охватывают меня. Его сердце разрывается на части, понимая, что его любовь ушла от меня. Я закрываю глаза и позволяю слезам прокатиться по щекам, погружаясь в свои мысли и воспоминания о прошлом.

Но затем, внутри меня просыпается решимость и сила. Я понимаю, что нужно двигаться вперед и принимать новую жизнь без нее. Я встаю с кровати, складываю письмо обратно в тумбочку и медленно иду к окну, наблюдая за заходящим солнцем.

Я проснулся с резким звонким звуком будильника, который прерывал мои сладкие сны. По инерции протянув руку, я выключил его и протер глаза. Слегка потянувшись, я вспомнил, что сегодня у меня долгая смена на складе.

Поднявшись с кровати, я направился в ванную комнату, чтобы быстро смыть с себя сон. Процесс утренней гигиены прошел быстро, и вскоре я уже стоял перед шкафом, выбирая подходящую рабочую униформу. Закончив, я накинул свой рюкзак, в котором был запасной комплект одежды и перекус, и вышел на улицу.

На улице стояла прохладная утренняя погода, и я решил, что лучше доехать на работу на велосипеде. Прокатившись по улицам города, я скоро оказался у ворот склада. Проконтролировав документы и позвонив на ворота, я вошел на территорию.

На складе уже было живо. Грузчики суетились, разгружая фуру продуктов. Мне предстояло присоединиться к ним и помочь с разгрузкой. Я снял рюкзак с плеча, нацепил перчатки и принялся за работу.

Прошло несколько часов интенсивной физической работы, пока мы не разгрузили всю фуру. Устало протянув руку к горлу, я почувствовал гордость за свою команду. Мы сделали это вместе!

Заканчивая свою смену, я направился домой.

Я катился на велосипеде мимо соседского дома, когда вдруг услышал разгневанные крики. Остановившись, я прислушался и понял, что это Анна Александровна и Екатерина очень сильно ругаются. Мое сердцебиение участилось от неожиданности и жалости. Я не мог остаться равнодушным к такой ситуации и решил подойти поближе, чтобы понять, что происходит и, возможно, помочь.

— Эта корова посмела сбежать. А нам предстоит разгребать все то, что на нас свалилось? — громко кричала Анна Александровна.

Я замер на пороге дома. Повергнутый в шок от услышанных слов.

— Мам, успокойся. Куда денется эта свинья? Поскитается и вернется, — говорит Катя.

Этот момент был для меня довольно неприятным и шокирующим. Меня охватило чувство гнева, подслушивая, как близкие люди, которых она любит и уважает, обсуждают её в таком тоне.

Я испытывал разочарование и боль за нее, потому что знал, как уязвима и чувствительна, она может быть.

— Надо было сильнее ее пороть ремнем. Сучка посмела сбежать, — негодует Анна Александровна. — Черт. Такой план был. Отправить ее на работу и не знать забот.

— Ну, ты же работаешь, нам хватит, — вносит свою лепту Екатерина.

— С моей работой нам хватит лишь на продукты, — рявкает родительница. — А твоем образовании придется забыть.

— Как забыть? — удивленно произносит Катя. — Мама! Я итак отчислилась. Мне нужно снова поступить.

— Ну, так поступай! Иди, работай.

— Я была рождена не для работы. Если и буду работать так это в офисе, — кричит ее дочь.

Я больше не мог это слушать. Развернувшись, я направился к дому.

Зайдя в комнату, я снова достал письмо. После услышанного, у меня данное письмо, приобрело иной смысл.

«Привет Даниил.

Прости меня, что именно так ты узнаешь о том, что я покинула город. Но я не могу оставаться в нем больше ни секунды.