Сладкий обман - Акваа К

— Затем же, зачем и тебе—

Его ответ быстрый, расчетливый. Почти отрепетированный.

—

И у меня есть два домашних единорога.

Его брови поднимаются в ответ на мой саркастический тон. — Т

ы мне не веришь.

Это не вопрос. Он говорит об этом как о наблюдении с гулом в глубине груди.

—

Я привязана к этому, независимо от того, чего я хочу. А ты? Ты был в этом до меня, так в чем же дело?

Он прохаживается вокруг меня, занимая мое прежнее место за компьютером, а я быстро занимаю место прямо перед ним. Его нога поднимается, и он опирается лодыжкой на колено, наблюдая за мной.

Он отводит взгляд, как бы не желая смотреть на меня при ответе, и у меня возникает глубокое, отвратительное чувство, что все, что он скажет дальше, будет ложью. Конечно, он может не быть честным со мной сразу, но это отвратительно, что человек, с которым я буду проводить большую часть своего времени в обозримом будущем, будет лгать мне с первого дня.

Я приготовилась к его ответу.

— Т

ы красивая женщина, Аврора. Это не только благоприятно скажется на моем имидже, но и создаст вокруг меня шумиху. У меня скоро выйдет моя самая долгожданная коллекция вин, и твой отец был готов выдвинуть тебя, чтобы убедить меня вложить деньги в его бизнес.

Сколько бы раз я ни слышала эти слова. Снова и снова. Это никогда не станет менее больно. И никогда не уменьшится тот укол, который я чувствую, когда эти слова проникают вглубь.

Моя красота. Мой образ. Мой отец.

Все причины, по которым я соглашалась на этот брак, — это причины, по которым он хочет сделать это. Я хотела уйти от этих вещей, а он притянул меня к себе из-за них.

Когда же это буду я? Только я?

Когда я услышу слова: "Для тебя, Аврора"?

Наверное, мои ожидания слишком высоки для мужчин. Возможно, они слишком высоки для того, что я хочу от любви, но всегда есть что-то, что дает мне надежду снова и снова.

Моя улыбка становится натянутой.

Слова всегда ранят меня, но они никогда не оставляют видимых шрамов. Поэтому моя улыбка не сходит с лица, когда Клаудия стучит в дверь офиса, принося нам латте. Когда я протягиваю ему латте, он бросает на него короткий взгляд, затем встает.

—

Я ухожу. —

Он уходит, даже не оглянувшись.

А я сижу и думаю о том, сколько раз мне еще придется брать себя в руки.

Следующие несколько дней проходят как в тумане, пока мы готовим мое свадебное платье. Свадебный организатор, которого я выбрала, готовит место проведения торжества. Я посещаю примерки платьев — хотя у нас нет ни подружек невесты, ни жениха, потому что мы оба их не хотели, — и выбираю цветочные композиции. Списки гостей составляют мои родители, а окончательный вариант составляет Ремо.

После той встречи в моем офисе я больше не видела Ремо.

Его секретарь прислал окончательный вариант брачного контракта, и он сделал все в точности так, как я просила, что заставило меня почувствовать себя немного победителем. Он не слишком возражает, и это заставляет меня еще больше сомневаться во всем этом браке. У меня так много вопросов, и я знаю, что ответы на них лежат в кабинете моего отца или даже в кабинете Ремо.

В конце концов, я все узнаю, а пока я сосредоточена на том, чтобы не паниковать при мысли о свадьбе. Она, конечно, не реальна, но она будет. Она так близка, а у меня все еще есть ощущение, что что-то не так.

Или что-то пойдет не так.

Неужели я совершаю ошибку?

Молчание отца и Ремо заставляет меня нервничать, волноваться и осознавать все и вся. Что я упускаю? Что меня беспокоит?

Эти вопросы занимают все мои мысли, и вскоре до свадьбы остается два дня. Свадьба запланирована, и я стою перед готовым свадебным платьем в своем кабинете.

Одна, в тишине, когда тишина на полу офиса оставляет меня со своими мыслями.

Все ушли на целый день, а я смотрю на платье своей мечты, воплощенное в реальность, и в то же время ничего больше не существует. Я каждый день напоминаю себе, что делаю это для себя, для своего будущего, и все же настоящее словно держит меня в ловушке.

Как будто оно никогда не отпустит меня. Как будто настоящее может быть тяжелым, но будущее будет еще хуже.

Я смотрю на свой телефон, на контактный номер, сохраненный в телефоне как "Ремо", и просто смотрю на него.

Это становится реальным. Очень реальным.

Новости пестрят слухами о том, что отцовский журнал Glamorous теперь сотрудничает с бизнесменом и владельцем Giorgio Vino. Я смотрю новости и читаю статьи, когда есть время, чтобы быть в курсе, если что-то может пойти не так или произойдет утечка информации.

Кто-то считает, что это силовой ход, кто-то — что это просто потому, что Glamorous теряет прибыль и внимание акционеров. Кто-то считает, что они планируют что-то большее, а кто-то даже думает, что Ремо Кэйн хочет захватить Glamorous, чтобы пополнить свой бизнес-портфель.

Самое смешное, что я нахожусь в таком же неведении, как и они.

Я выхожу из офиса и сажусь в лифт, чтобы вернуться домой и хорошенько выспаться. Сильный проливной дождь льет каскадом, и пустая автостоянка выглядит призрачно.

Выйдя за раздвижные двери своего офисного здания, я замираю от открывшегося передо мной зрелища.

С губ срывается тихий вздох.

Прислонившись к черному Range Rover, стоит Ремо, держа над собой зонтик. Он курит, скрестив ноги. Рядом с ним стоит охранник и держит свой зонт.

Ремо смотрит в сторону, выдыхая густую струю дыма, которая закрывает его лицо. Сквозь дым он поворачивает голову и смотрит прямо на меня. Мгновенно наши глаза встречаются, и мне становится тесно в груди от этих глаз, к которым я никак не могу привыкнуть.

В них таится тьма, которую, по моим представлениям, таят в себе самые страшные монстры. Эгоистичная злоба. Призрачные глаза, которые приковывают меня к себе, заставляют остановиться на месте и заманивают в ловушку своих злых чар.

Дым медленно исчезает. Он делает шаг от машины и затягивается еще раз. Кончик сигареты из красного превращается в ярко-оранжевый, после чего он бросает ее на землю и раздавливает ее ботинком.

Затем он начинает двигаться ко мне.

Хищные шаги, его глаза прикованы ко мне.

Они начинают скользить по моей