Попаданка для Повелителя Стихий, или Любовь в Новогодие - Кария Гросс

— Не бойся. Я же здесь, — уверенно произнес мужчина, приняв мою незапланированную остановку за трусость. — С тобой ничего не случится, я обещаю.

И глаза такие честные — голубые-голубые, даже какие-то бирюзовые. Птицы как-то разом позабылись, а вот желание вложить свою ладонь в его осталось.

Всё! Приплыли!

Огромная ладонь очень аккуратно сжала мою в сравнении крохотную ручонку, поддерживая, и потянула на себя. Гарпии тут же оживились, зашипели, а я сжалась, зажмурилась и, кажется, пискнула.

Ой, мамочки! Не ешьте меня, я не вкусная! И не волшебная! Нечего с меня взять!

Через секунду я уткнулась носом в широкую горячую грудь, а мне на талию опустилась тяжелая рука.

— Цыц! — властно произнес Андарисс, а птицы виновато склонили голову. — Накажу.

Глава 22. Снежана

Те эмоции, что я испытала в этот момент — сложно передать словами. Жар от тела Андарисса волновал, будоражил, но в то же время дарил такое нужное, но до этого неведомое чувство безопасности.

Странно, я почему-то думала, он холодный. А нет, тёплый, и пахнет приятно. Как бабушкино повидло.

Какие тут гарпии?!

Я замерла, боясь спугнуть волшебные ощущения, которые дарила мне близость к принцу. Наверное, именно такого себе представляешь, когда загадываешь желание под бой курантов и сжигаешь бумажку.

Я подняла голову и встретилась с любопытным бирюзовым взглядом. В этот миг я и правда поверила, что именно он — моё новогоднее чудо. Казалось, вот, еще мгновение, и принц склонится ко мне для поцелуя. Хотелось мне этого, нет? Наверное, хотелось.

И как любое новогоднее желание — это не сбылось.

— Протяни руку, — глухо произнес Андарисс, разрывая контакт и отворачиваясь. Разозлился, что ли? На меня?

Я на всякий случай состроила виноватую мордашку — видят мои универские преподы, это мне давалось отлично.

— Вот так, — тем временем принц вытянул руку, и под его ладонь тут же подлезла одна из гарпий и ласково потерлась. Андарисс почесал ее «за ушком», как котенка, и снова повернулся ко мне, кивая на птицу. И на что это он намекает? Что у них по плану сегодня на ужин пальцы?

— Не-а, — отрицательно качнула я головой и опасливо повернулась в сторону птицы.

«Ру-ру!» — курлыкнула эта ледяная статуя и повернула голову набок. Ну точно Барсик, когда следил за сидящим на карнизе голубем. Интересно, что она мне сейчас прокурлыкала? «Только подойди, смертная, и я отомщу тебе за все съеденные наггетсы»?

— Ой!

Глава 23. Снежана

— Давай помогу, — ласково произнес Андарисс и, взяв мою руку в свою, потянулся к птице. Кажется, этот бугай моего сопротивления не заметил.

А, нет! Заметил! Вон как лыбится! Мамочки! Сейчас сердце в пятки провалится! Вот только совсем не от того, что я смогу погладить гарпию…

— Ру-ур! — выдала птица и с недоверием уставилась на мою ладошку в лапище правителя. — Ру!

«Последний шанс, смертная, иначе прощайся с конечностями!»

— Кажется, я ей не понравилась, — пробормотала я, успев подумать, что это была плохая идея.

— Ей нужно время, чтобы привыкнуть, — обдавая горячим шепотом, произнес Андарисс мне на ухо. А я уже мысленно стекала лужицей к ногам будущего императора, подхваченная резвыми мурашками. — Все новое, что появляется — пугает. И это нормально. Непривычное часто встречают в штыки. Но именно от этого нового зависит — будет ли оно плохим. Или хорошим. Заставит ли себя бояться или протянет руку помощи.

Претенциозненько… Да и не о гарпиях, кажется, вовсе.

Я резко обернулась, встретив теплый взгляд и мягкую улыбку. Ответная колкость как-то выветрилась из головы. Ну не могу язвить, когда на меня так смотрят. Губы сами собой растягивались в ответной улыбке, как вдруг ладошку кольнуло что-то ледяное. Как будто провели сосулькой.

— Урк! — выдала наглая птица, разрушающая волшебство момента, и боднула меня по ладошке. — Ру!

«Ну всё, мешок с костями, это твоя последняя ошибка!»

Андарисс рассмеялся, а я, глупо улыбаясь, гладила гарпию по мягким ледяным перьям. Странно, сначала я думала, что она твёрдая, как лед… И злая, как сто тысяч ледяных ос.

А оказалось, что нет.

— Ну вот, ничего страшного, правда? — тихо заметил принц, аккуратно убирая свою руку и отступая от меня на шаг. — Я рад, что вы поладили.

Поладили, ага. Что там за выражение у неё на морде? «Пусть только принц отвернётся»?

Глава 24. Снежана

— Это здорово! — восторженно пискнула я, уже вовсю начесывая смелую птичку. Остальные переглянулись и опасливо подошли на пару шагов. — Она классная!

— Ровно до того момента, пока ты не подорвешь ее доверие, — просто ответил Андарисс. — Будь с ней ласкова, справедлива. И она ответит тебе тем же.

«Надеюсь, это не меня он сейчас с канарейкой сравнил», — промелькнула мысль.

— Ваше… — я замялась, не зная, какой титул назвать, чтобы не ошибиться и не оскорбить. Как назло, в голове вертелась только глупая песенка «Ваше благородие, госпожа удача…» — Ваше…

— Императорское высочество, — подсказал Андарисс, заводя руки за спину. — Я кронпринц Империи. Титул короля этих земель у меня идет вторым. У братьев наоборот.

Поди запомни теперь. Надеюсь, у него по ходу дела не всплывёт ещё с десяток титулов.

— Ваше императорское высочество, я не желаю зла, — тихо произнесла я, с надеждой глядя на кронпринца. — Я хочу вернуться домой.

Вот так, Снежана, улыбаемся, говорим вежливо, обращаемся по форме. На корм гарпиям пойти всегда успеешь.

Принц кивнул и задумался.

— Для моей магии — открыть межмировой портал не проблема, — произнес он, а у меня сердце замерло в ожидании, — проблема в точном знании местности. А мне, к сожалению, твой мир не известен.

Я задумалась, хмуро разглядывая унылый белый пейзаж за окном. М-да, всё-таки мы не в Арктике…

— Погодите, — оживилась я, продолжая чисто рефлекторно наглаживать гарпий. Руки по локоть уже о троих стёрла. — Кот знает! Барсик знает, где находится мой мир!

Глава 25. Снежана

Андарисс качнул головой, соглашаясь. Ого! Неужели? Неужели он сможет вернуть меня в мой мир?!

— Попробуй поговорить с ним, — мягко произнес Андарисс и направился к выходу из больничного крыла. Ни «здрассте», ни «до свиданья», что называется.

Почему так скоро-то?

Кронпринц взмахнул рукой, порыв ветра, открывающий дверь, донес до меня приятный запах яблок на морозном воздухе. Я вдохнула его полной грудью, с грустью во взгляде провожая Андарисса. Хотелось, чтобы он остался