Эмма из Эдинбурга - Катя Гро

— Спаситель! — Жалобно промурчал кот подлетая к Хранителю. — Наш спаситель вернулся!

— Хранитель! — радостно закричал Стен. — Как же долго вас не было!

Я молча смотрела на этих подлиз придумывая, что я сделаю с ними когда вернётся магия.

— Да что же с вами такое? Кто, скажите мне на милость, довел двух взрослых людей, простите, одного взрослого человека и одного взрослого кота до такой истерики?

— Это она! — хором ответили ябеды показывая в мою сторону.

Хранитель молча поставил корзины с продуктами прямо на пол у входа и молча пошел на кухню. Вернулся он через пять минут неся в руках огромную, дымящуюся чашку крепкого кофе. Молча поставил передо мной и подмигнул стоящим за моей спиной зрителям.

— Спасибо — пробурчала я и отправилась с чашкой наверх, чтобы не слушать этих жалобщиков. В комнате я открыла настежь окна, впуская прохладный ветер и позволяя ему играть со шторами и балдахином над кроватью. Забралась на подоконник и, свесив ноги из окна, принялась пить свой первый за день кофе. Чем меньше оставалось в чашке кофе, тем веселее и добрее становилась я.

— Вот что бывает, когда нарушаешь ритуал — сказала я вслух и одним глотком допила кофе.

Настроение мое улучшилось и отсутствие снов в эту ночь уже не казалось такой уж катастрофой. Я спустилась вниз и застала милую картину.

За большим обеденным столом сидел мой муж в розовом фартуке и лепил пельмени. Кот летал вокруг и посыпал только сделанные, кривоватые и разного размера пельмени мукой чтобы не слиплись. Хозяин дома, как искусный шеф повар, руководил процессом лепки через небольшое окошко отделяющее зал и кухню.

На барной стойке стояла чашка ещё дымящегося кофе и ещё теплый круассан с шоколадом. Я принялась за вторую чашку и свой завтрак, наблюдая, как чинно и тихо работают мои мужчины.

— А чего это вы притихли так? Все, отбой, я подобрела, можете болтать, кричать и даже перебивать друг друга.

— Ты то подобрела, а он нет — шепотом на ушко сказал Марти подлетев ко мне.

— Он похлеще твоей бабушки будет — пробурчал муженёк. Тут же подскочил и придвинул мне стул, будто я сама не могу это сделать?!

— А за что хоть наказаны, товарищи? — спросила я, мысленно сделав пометку, что стоит этих двоих узурпаторов познакомить, авось и пара сложится. Бабуля уж точно убьет за такую самодеятельность, но уж сильно похожи они характером, попытаться точно стоит.

— За твой утренний кофе, точнее за его отсутствие. — рискнул подать голос Стен. — Я совсем забыл, что для приготовления кофе нужна хоть крупица магии, которая в тебе, пока ещё, заблокирована. Я должен был сам тебе сварить, раз уж Хранителя не оказалось на месте. Но я побоялся хозяйничать на его кухне.

— А я за то, что не подал этому оболтусу такую шикарную идею. — Перебил его Марти.

— И теперь мы, как Золушки, наказаны до двенадцати часов, хорошо хоть дня, а не ночи — жалобно закончил Стен.

— Отставить разговоры! — рявкнул на них Хранитель и позвал меня к себе. Когда я зашла на кухню он протянул мне в руки термос с кофе и толстую книгу заклинаний, как две капли воды похожую на старинную, бабушкину книгу.

— Я выиграл тебе пару часов чтения в тишине — сказал Хранитель и подмигнул мне. — Все, мне пора доигрывать роль злостного хозяина, а ты беги, пока эти двое не догадались о цели моей постановки.

Глава 14. Первая, кому этот фокус удался

Я отправилась наверх, улеглась прямо на мягкий ковер, и внимательнее присмотрелась к обложке. Без сомнения, это та же книга. Передо мной лежал фолиант из бабушкиной библиотеки, моя первая магическая книга, из которой я и взяла то самое первое заклинание по призыву фамильяра.

Восторг и ностальгия накрыли меня с головой. Я налила себе кофе из термоса и открыла первую страницу. Тогда непонятные мне буквы и символы сейчас уже не вызывали удивления. Я знала язык, на котором это написано. И начала читать, про себя, естественно, ведь я уже не та несмышленая пятилетняя девочка, которая ринулась в бой не разобравшись с чем имеет дело.

Первое заклинание призывало ещё не проснувшуюся первую магию. Отметаем, я силой уже обладаю, ее призывать не надо, надо просто разбудить.

Второе заклинание было на усмирение магии. Я вспомнила, как мама с бабушкой пытались его ко мне применять тогда, когда моя магия водопадом рвалась наружу. Но это совершенно не помогло в моем случае. Да и сейчас мне это не нужно.

Третье и четвертое заклинания были бытовыми, одно разжигало огонь, второе поддерживало тепло. Да, это то, что нужно было утром. Я на всякий случай прочитала его пару раз, запоминая слова. И даже попробовала применить на чашке кофе, но увы и ах, моя магия спала.

С пятого по десятое заклинания были для кухни. Кулинария сейчас не входила в мои планы, да и пришло воспоминание, что я вообще редко готовлю, этим в нашем доме всегда занимался муж. У него талант к этому, а ещё это его хобби. Когда закончится это приключение обязательно подарю ему кулинарную книгу.

Магические заклинания на уборку находились с номеров одиннадцать по двадцать четыре. А с двадцати пяти до сорока — на уборку, стирку, починку утвари и прочие бытовые задачи.

Пока я добралась до заклинаний призыва вещей, поиска пропавших предметов и поиска людей мой термос наполовину опустел, а книга была прочитана на треть.

И вот с пятидесятого пункта начиналось самое интересное. Заклинание по призыву фамильяра находилось ровнехонько на середине книги. Ну логично же, что я ребенком, книгу открыла на середине? Наверное, хитрые маги так и задумывали составляя этот сборник.

Я внимательно вчиталась в текст заклинания и поняла, что тогда знатно накосячила. Заклинание нужно было читать быстро, четко, проговаривая все слова и вплетая в него свои пожелания. Я могла призвать себе абсолютно любого фамильяра, заранее уточнив его характер и умения. Но читала я нараспев, мое заклинание плыло, за что хвостатый и получил крылья. А фантазии детской кроме как на котика крошку-милашку не хватило. А его “р” досталась ему из-за неправильной детской речи. Я расхохоталась такому простому и, в то же время логическому стечению обстоятельств и порадовалась, что вызвала всего лишь кота, а не дракона, как изначально хотела.

Дальше шло заклинание по небольшим изменениям призванного фамильяра. Предполагалось, что позже,