Отрицание - Диана Валеса

Мы ждали лифт, который спускался будто с Эвереста. Ну, очень долго, правда. Он, кстати говоря, недавно пару раз ломался….

— Да, — Влад не отрицал.

— Ну и на кой? — я подняла на него глаза. — Ты странный.

Как раз подъехал лифт, и мы вошли, Влад нажал на нужный этаж.

— Я такой из-за тебя.

Воздух наполнился его одеколоном. Сладковатый, ненавязчивый. Мне нравилось.

Я на это лишь фыркнула и пробормотала себе под нос:

— Шутник нашелся.

Влад повернулся ко мне, сделав один шаг, но этого хватило, чтобы прижать меня к стене. Я даже пакет из рук выронила, когда он наклонился и поцеловал меня нежно, неторопливо. Я напряглась, дыхание перекрылось. Его руки обхватили мою талию, притягивая к себе плотнее. Сердце забилось как бешенное, когда я поняла, что отвечаю на поцелуй и теснее жмусь к нему. Мои руки обхватили его затылок, пальцами зарываясь в густых волосах. В какой-то момент мы отстранились друг от друга, тяжело вдыхая воздух. Его глаза были почти черными, и смотрели на меня, не отрываясь.

Двери лифта распахнулись, оповещая не только о том, что прибыли на нужный этаж, но и том, что пора мне свалить от Влада, пока я не утонула в его манящих глазах.

Толкнув его в грудь, я схватила валяющийся пакет и выбежала из лифта, чуть не навернувшись у порога. Но благо, все обошлось. Домой я залетела как ураган, запыхавшаяся и красная. Мама подумала, что я бежала до дома, чтобы успеть принести сливки….

Часть 4

В тот вечер мама меня познакомила со своим другом, звали его Григорий Михайлович. На пять лет её старше, вполне симпатичный и солидный мужчина. Высокий, с благородной сединой и приятной улыбкой. По глазам мамы, я поняла, что он ей нравится. Как я поняла по их рассказу, познакомились они, когда Григорий Михайлович приводил свою матушку на приём в больницу, а мать моя была ее лечащим врачом. Между ними завязались отношения буквально сразу же, как-то Григорий Михайлович узнал номер моей мамы. Мужчина знал, как завоевать сердце красивой женщины. Ну, а я была совершенно не против их отношений, даже рада.

Близился новый год. Наши отношения с Владом были максимально странными. С того вечера в лифте мы практически не разговаривали с ним, виделись мельком. Его компашка упорно готовилась к защите, поэтому в универе появлялись редко. Да и я сама погрузилась в учебу. Но мысли так и возвращались к нему.

— Алиска, Гриша приглашает нас встретить новый год у него на даче. Зовет на все выходные, — мама налила тесто на блинницу, умело распределяя его по сковороде. — Познакомит нас со своими родителями. Говорит, сын и дочь тоже приедут.

— А бывшая жена? — я хмыкнула, представляя, какое будет зрелище, если он позовет и её.

— Она умерла десять лет назад.

— Ой…. — я скомкала фантик от конфеты, — не знала….

— Да…. Так что скажешь? — мама поставила передо мной стопку горячих блинов.

Я быстро схватила первый и скрутила его так, чтобы удобнее было пихать в рот.

— Ну, я не против. Этот твой Григорий вроде ничего такой.

— Мне тоже нравится, — мама улыбнулась, мечтательно вздыхая.

Похоже, реально влюбилась. Иногда, я ей даже завидую, ведь у неё нет таких сердечных проблем как у меня. Она уже взрослая, состоявшаяся женщина, знает, чего хочет от жизни и кого хочет…. Вообще, мамка у меня самая лучшая….

— Тогда приготовь одежду на неделю. Можно покататься на лыжах.

— О-о-о, одобряю, — я одобрительно кивнула. Лыжи мне нравились. — Завтра сдаю зачет, потом свобода. Кстати, я думаю устроиться на подработку после нового года. Что думаешь об этом, мам?

— А не рано тебе? Вроде денег нам хватает.

— Просто хочу попробовать, — я вымыла стакан и поставила его сушиться. — Опыт хоть какой-то…. А то у меня и увлечений-то никаких нет.

— Ладно, посмотрим.

После разговора с мамой у меня, как ни странно поднялось настроение, хотя утром я была мрачнее тучи. Ночью снился эротический сон с этим придурком, после которого я проснулась вся потная. Даже во сне меня преследует.

Ларисы Николаевны видно не было уже несколько недель, чему я, несомненно, была рада. Благодаря ей, все бабки в доме знали, что я раздвинула ноги перед её сынком. Боже, бедненький Владик. Благо, за четыре месяца почти все забыли эту сплетню, и когда я проходила мимо соседей, на меня уже не так косо смотрели.

Накануне нового года я сдала все зачеты, собрала барахло на неделю и была готова выезжать с мамой к этому Георгию Михайловичу, но как назло, я подхватила простуду. И утром тридцать первого декабря проснулась с температурой. Мама сильно расстроилась, она хотела позвонить и сказать, что мы не приедем, но я её отговорила. Не хочу, чтобы из-за меня она упустила свою судьбу.

— Не могу оставить тебя в таком состоянии, — мама принесла мне отвар. — Еще и в Новый год.

— У меня всего лишь простуда. Температура уже спала, горло болит, но не критично. Поехать я с тобой не могу, буду только под ногами путаться и ныть. Лучше уж я дома поною, — я отхлебнула отвар.

— Но Новый год ведь…. Ты хочешь провести праздник больная в одиночестве?

— Всего лишь Новый год. Для меня как обычный день. Притом ко мне придут Регина и Ленка после двенадцати ночи. Так что одна я точно не останусь.

— Ну, если только так. Они точно придут? — мама не сводила с меня обеспокоенных глаз.

— Точно-точно, — я улыбнулась. — Отосплюсь и буду как огурчик. Буду тебе писать каждый час, если ты так сильно переживаешь.

— Ну, хорошо, — мама сдалась. — Я оставлю салаты и запеченную утку для твоих друзей. Вино и шампанское в шкафу…. Для тебя сейчас приготовлю куриный суп. Не смей пить алкоголь, пока болеешь! Это только для Регины и Лены. Завтра приеду.

— Ладно, — я хмыкнула, — знаю. Я уже большая девочка, справлюсь.

Я еле выпроводила маму из дома. Только когда она оделась, красиво накрасилась и, обняв меня, вышла за дверь, я устало выдохнула. Закрыв дверь, поплелась в свою комнату и упала на кровать. Сил не было вообще, хотелось только лежать. Голова гудела, горло болело. Я завернулась в плед и уныло уставилась в окно. Время было пять вечера, а на улице было уже темно.

Не хотелось врать маме, что ко мне придут подруги, но пришлось, а то бы она точно не уехала. Ленка еще вчера уехала к родокам в