Темным ведьмам не отказывают - Дарья Гусина

– Значит, наши газеты и все эти патриотические истерики…

– Политики Димора делают то, к чему привыкли – поднимают свои рейтинги. Беленхейм тоже в долгу не остается. Всё к взаимной выгоде.

– Серьезно?! – я невольно посмотрела в окно. Поезд сбавил скорость и шел… внутри здания. Сквозь стеклянные стены были видны разномастно одетые господа и дамы. У многих в руках были коробки и конверты. Суровые усатые служащие за стойками штамповали их с таким грохотом, что заглушали стук колес. – Со всеми этими чудесами?!

– Серьезно, Сола. У Димора есть то, что нужно Беленхейму. То, что нельзя отнять или завоевать. О, мы как раз проезжаем главное почтовое отделение. Я жду письмо.

– Еще одно?!

– На этот раз все будет хорошо. Здесь отлично работает защитная магия, у нежити нет шанса.

И действительно, через несколько минут Фо Амалю принесли толстый конверт. Я хотела узнать, что такое ценное имеется у Димора, но поезд выехал из почтового отделения и загрохотал вдоль полоски моря.

Волны! Золотистый песок! Господа в полосатых трико. Барышни с зонтами и короба для купания! Я впервые видела море так близко.

– А как заключается магический договор? – выдохнула я.

– На крови и магии, – улыбнулся Фо Амаль. – И разорвать его можно лишь при обоюдном согласии сторон. Любое осознанное нарушение приведет… хм… к печальным последствиям для нарушителя. Так что в этом плане вам нечего опасаться.

Ага, успокоил. Зато в других – есть.

… Вокзал Круасо несомненно был еще одни чудом технической магии. На его кружевные своды садились летательные аппараты, а внутри дышали паром могучие машины.

Мой спутник с невозмутимым видом шагал рядом, а я не успевала вертеть головой.

– У меня квартира в пригороде, – деловито сообщил Фо Амаль, сверившись со своими часами. – Мы отправимся туда чуть позже. Разместимся в гостинице. От меня ждут отчет. По понятным причинам мне теперь опасно находиться вдали от вас, поэтому придется сдать все в письменном виде.

– Обо мне вы тоже отчитаетесь?

– Разумеется. Сообщу в отдел все, что им нужно знать. Все, что не нужно – не сообщу. Например, о похищении и моем проклятии.

– Удобно, – признала я.

Центр города меня слегка разочаровал: обычные здания, тенистые парки и аллеи. Можно было забыть, что находишься в Круасо, а не, скажем, в Верхних Крестовцах. Хотя для Крестовцов тут было слишком чисто.

Но вот иллюзия обычности торжественно рухнула: на улицу с раздражающим писком клаксона выехала самоходная карета. Вернее, не совсем самоходная – впереди на кожаных козлах восседал молодой человек в круглых очках. Он крутил колесо на длинной палке с весьма вальяжным и довольным видом.

– А вот и Книпс, мой помощник, – сказал Фо Амаль. – Он отвезет нас в гостиницу. Садитесь, фра Филчер, если, конечно, не боитесь шума двигателя. Я могу нанять коляску с лоша…

Но я уже подобрала юбки и, проигнорировав руку Книпса (а также легкую панику), запрыгнула в экипаж.

Глава 7

Я смотрела на странные часы в углу номера, а внутри меня зрела скорбь. Это ж надо так издеваться над голодными клиентами! И вообще, что всё это должно означать?!

Стрелка на главном циферблате сдвинулась к трем пополудни, и на остальных циферблатах, похожих на цветы, загорелись другие «лепестки». Подсветились «рыба со спаржей», «сырные тарталетки», «десерт из лепестков роз со сливками» и «травяные чаи в ассортименте».

Я могла бы предположить, что таким вот издевательским образом часы оповещают о смене основных блюд в ресторане отеля, вот только Фо Амаль строго-настрого запретил пересекать порог номера. «Закажите обед наверх, фра Сола. Оплачивать не нужно, все включено в стоимость проживания».

«Закажите». У кого? За это время мимо моего номера не прошмыгнуло ни одной горничной, а ведь я добрых полчаса чутко следила за коридором через глазок (размером с небольшую подзорную трубу).

– Рыба со спаржей, – пробормотала я. – Жрут… то есть живут же некоторые.

Покосилась на дверь, потом вспомнила атаку людей в масках на тракте, решила не рисковать и натужно сглотнула собравшуюся во рту слюну.

«Десерт из розовых лепестков со сливками» потух. Подсветились «корзиночки со сметанным кремом». Не то чтобы это сильно меня расстроило. Я вообще человек непривередливый, обошлась бы и корзиночками. Но как эти самые «в сметанном креме» заполучить?

Захотелось тихо побиться головой о стену. Так я и сделала, попав лбом в «рыбу со спаржей». К моему удивлению, лепесток подался под напором и вдавился в панель. Раздался негромкий звон. Лепесток потух.

– Ну все! Сломала! – в тихой панике пролепетала я. – Сломала оповещатель. Теперь тем более ничего не получу!

Однако через несколько минут стена загудела. Гул поднимался все выше и выше. В стене рядом с часами открылась дверца, которую я приняла за вентиляционный люк. На крышке дверцы – на подносе с кружевной салфеткой, с расставленными вокруг судочками с соусами и хлебной тарелкой – источая немыслимый аромат, стояла тарелка с тушеной спаржей и жареной форелью.

Недолго думая я подхватила неожиданный подарок судьбы и оттащила его на столик у окна. Так значит, это не часы, а самое настоящее меню! Но позвольте, там ведь еще сырные тарталетки имеются!

Сырные тарталетки сменились печеночным паштетом. Ничего, сойдет! И даже появившиеся в разделе десертов (вместо корзиночек) булочки с джемом вполне меня устроили. Когда я нажала на «чай в ассортименте», ниже загорелся еще один «цветок», с сортами напитка. Я выбрала «ночную хризантему», которая оказалась обычным зеленым чаем с цветочным послевкусием.

В дверь постучали. Вошел Фо Амаль. Вид у мага был обманчиво спокойный (я потихоньку училась определять оттенки его невозмутимого лица), однако ни костюм, ни физиономия инспектора следов очередного покушения не носили.

– Приятного аппетита. Вижу, вы успешно разобрались с ресторанным лифтом, фра Сола.

Я небрежно кивнула, мол, какие пустяки. Каждый день останавливаюсь в отелях, где изголовье кроватей поднимается с помощью какого-то механизма, норовящего сложить зазевавшегося гостя пополам, а еда доставляется в номер по нажатию кнопки.

– К сожалению, – Фо Амаль махнул тем самым письмом в толстом конверте. – Обстоятельства несколько изменились. Мы не сможем остановиться в моей квартире. Там засада.

– А, – сказала я. – Понятно. Враг?

– Да, – господин Герберт помялся. – Один… хм… из моих личных недоброжелателей. Он… этот враг… не стоит ваших усилий, фра Сола, честное слово.

– Соперник в любви? – брякнула я наугад. И почти угадала.

Герберт смутился