Босс для зайки - Арина Арская

Ураганом проносится через гостиную:

— Настенька, я обязательно поделюсь с тобой рецептом, но опаздываю, елки палки, а йогистка у нас жуткая мымра!

Хлопает дверь, и я медленно моргаю:

— Михаил, это катастрофа.

— Нет, Настюша, — опускается на стул, — это моя мама.

— Миша! — доносится крик Кристины, — про подарочек под елочкой не забудь! И, Настенька, свой подарок ты тоже получишь! Не переживай и не злись.

Опять хлопает дверь, и я вздрагиваю.

— Ну, — Михаил покачивается на стуле, скрестив руки на груди. — Ты вполне могла сегодня залететь. Я же в тебя кончил.

— Я таблетки пью, — сжимаю вилку.

Михаил косит на меня возмущенный взгляд, будто я перед ним страшно провинилась, а затем и вовсе разворачивается ко мне:

— Они вредные.

— Трахаться с боссом без резинки тоже вредно! — рявкаю в его лицо и замолкаю, уткнувшись сердитым взглядом в тарелку.

Отправляю в рот ложку оливье за ложкой. Я тоже злюсь на себя, что совершенно нелогично.

— Год начался просто отлично! — Михаил встает и размашисто шагает в гостиную, — то розовый заяц с битой, то мама с утра, как новогоднее чудо, внезапное и бьет по самой макушке.

— Она даже милая, — печально вздыхаю.

— Зубодробительно милая, — зло шипит Михаил. — Надо замок менять.

Глава 11. Галстук

— Михаил…

Сажусь на край дивана.

— Не сейчас, Настюша, — строго отвечает Михаил, срывая с плоской коробки красную оберточную бумагу.

Тон такой, будто я перед ним действительно провинилась. Будто я коварная жена, которая в тайне глотает контрацептивы.

— Михаил, это глупо…

— Я же сказал, не сейчас, — смотрит на меня исподлобья и мнет оберточную бумагу.

— Ладно, — складываю руки на коленях и перевожу взгляд на елку. — Тоже мне.

Открывает коробку, а там часы на черной подложке. Михаил их внимательно разглядывает и улыбается, когда переворачивает. Мне очень любопытно, что он там такого увидел, что не смог сдержать улыбку. Встаю, подхожу к креслу, на котором расселся мой вредный босс и сажусь на подлокотник. Показывает оборотную сторону часов, а там тонкая гравировка “лучшему сыну на свете”.

— Вот так, — Михаил накидывает часы на запястье, — я лучший сын на свете.

— Это мило, — я тоже не могу сдержать улыбку.

— Не буду спорить, — застегивает ремешок и откидывается на спинку кресла.

На нижней ветке елке подвязан зеленый галстук с желтыми утятами.

— Ага, — Михаил кивает, заметив мой удивленный взгляд. — Мне еще галстук подарили.

— Надо его тоже примерить.

— Нет.

— Почему?

— Потому что жуткий.

— Ничего подобного.

Моей наглости нет границ. Отвязываю галстук от ветки и протягиваю его Михаил:

— Это мамин подарок. Надень.

Михаил фыркает, но все же накидывает галстук на шею. Очаровательные утята, пусть и не гармонируют с белой футболкой.

— Его надо обязательно в офис выгулять, — я возвращаюсь на диван.

— Ты серьезно?

— А что?

Михаил медленно моргает, а потом смеется, и я присоединяюсь к его смеху. Представила его в строгом стильном костюме и галстуке с утятами.

— У отца полно таких нелепых галстуков, — Михаил вздыхает. — Теперь вот и до меня добралась.

— Зато как привлекает внимание, — я глаз не могу отвести от ярких утят. — Можно, сказать гипнотизируют.

— Иди рассмотри поближе, — хлопает по подлокотнику, и я улавливаю в его голосе игривые нотки. — И ты умеешь завязывать галстуки?

— Да.

Я научилась ради Сёмы. Я думала, что будет очень романтично завязывать ему галстуки по утрам, когда мы решим жить вместе, но мы так и не съехались.

— Тогда я требую, чтобы ты мне завязала галстук по всем правилам, — Михаил перемещается на диван, разворачивается ко мне и горделиво вскидывает подбородок, — начинай.

— Классический? Или выдумкой?

— Классический, сам галстук уже с выдумкой, — Михаил улыбается, и я вижу в нем тень его матери.

Торопливо завязываю аккуратный узел и краснею до кончиков ушей под пронзительным взглядом. Приглаживаю галстук на груди и отворачиваюсь, крепко зажмурившись. Это было лишним.

— А зайка не обманул, — хмыкает Михаил, — галстуки ловко завязывает. И на ком зайка тренировался?

— На себе, — обиженно поджимаю губы.

— А ну, иди сюда, — сгребает в охапку и оказываюсь прижата к его груди. Откидывается назад и зевает. — А теперь можно вздремнуть.

— Я хочу домой…

— Я тут решаю, когда тебе домой, а когда обнимать босса в галстуке с утятами, — недовольно бурчит. — Все, затихла. Я сегодня не выспался.

Замолкает, дыхание выравнивается и сердцебиение успокаивается. Так. Дождусь, когда Михаил заснет и сбегу. Он меня пугает. По-хорошему, надо из города линять, а то натворила я дел, конечно.

Вслушиваюсь в удары сердца Михаила и предпринимаю попытку выбраться из его загребущих рук, а глухо рычит:

— У тебя два варианта, зайка. Вздремнуть или я воспользуюсь тобой по прямому назначению.

— Я выбираю вздремнуть, — испуганно шепчу я.

— Вот и спи.

Вздыхаю и устраиваюсь на груди Михаила поудобнее. Я тоже люблю обнимашки. В них уютно и тепло. И они мне сейчас очень нужны.

— Миша…

Закусываю губы, потому что очень непривычно обращаться к боссу по сокращенному имени:

— М-м? — сонно отзывается Михаил.

А я уже не помню, что хотела сказать. Возможно, лишь желала позвать его по имени и чтобы он помычал мне в ответ. Закрываю глаза. Меня тоже клонит в сон, а после я попытаюсь вновь вывести Михаила на адекватный разговор. В теплых грезах вижу младенца на руках. Агукает, улыбается беззубым ртом и носик морщит, а затем он коротко и сердито кашляет. В удивлении распахиваю глаза.

— Привет, па, — севшим голосом говорит Михаил. — Могу поинтересоваться, как ты вошел?

Глава 12. Очень сложная ситуация

Отец Михаила Иван — высокий и седовласый мужчина с хмурым лицом и острым носом. Глаза — карие и недовольные. Прожигает меня сердитым взглядом насквозь.

— Как ты вошел, па? У тебя тоже ключи?

— Да, — тот хмурится, — однако они мне не понадобились, потому что дверь была не заперта.

Голос низкий. Отстраняюсь от Михаила и