Битва на арене любви - Шантель Шоу

Она пожала плечами:

— Честно говоря, он не был хорошим отцом. Я не помню, чтобы он когда-нибудь был трезвым, все деньги он тратил на выпивку, так что в доме не было еды.

Ее голос звучал буднично, но глаза потемнели.

— А что ваша мать? Она тоже пила?

— Не думаю. Она умерла, когда я была маленькой, и я ее не помню.

Драго нахмурился. Он спрашивал себя, почему ему это интересно. Он не должен интересоваться прошлым Джесс.

Но он не мог не думать о голодном, брошенном ребенке.

— Кто заботился о вас после смерти отца?

— Я попала в приют, который был не так уж плох. По крайней мере, у меня каждый вечер был ужин. — Она усмехнулась и зевнула. — Простите, я без сил. День был насыщенным.

— Тогда ложитесь в кровать. — Он отодвинул покрывало и вопросительно посмотрел на нее, когда увидел, что она не двигается.

Джесс уставилась на шелковые простыни, а ее сердце забилось.

— Я не собираюсь спать с вами, — отрывисто сказала она. — Вот почему вы хотели напоить меня бренди — чтобы сделать более сговорчивой?

— Сговорчивой! — Драго коротко рассмеялся. — Клянусь, вы не знаете, что говорите. Чтобы вы знали: мне никогда не приходилось спаивать женщину, чтобы заставить лечь со мной в постель.

Драго сузил глаза, увидев, что Джесс покраснела.

— Я не собирался напоить вас, чтобы затащить в постель, саrа^[2] — сказал он с легкой насмешкой. — Из вашего ответа на мой поцелуй я понял, что могу сделать это, когда пожелаю. Но я не думаю, что мошенница годится мне в любовницы. Остаток ночи я буду спать в гардеробной.

Проходя в гардеробную, он заметил полнейшее замешательство на лице Джесс, что оставило в нем чувство глубокого удовлетворения. Она была самой невыносимой женщиной, которую он когда-либо встречал. Но когда он растянулся на диване, сон, несмотря на усталость, покинул его, и он почувствовал сексуальное неудовлетворение, вспомнив ее мягкие губы.

Голос, зовущий ее по имени, вывел Джесс из глубокого сна, и она смутно догадалась, что что-то щекочет ее по лицу. Она поморгала, а перед ее взором предстало жесткое лицо Драго, и она мгновенно пришла в себя.

«Господи, он просто великолепен», — с сожалением подумала она.

— Есть новости об Анджело?

— Он без изменений, — отрывисто сказал Драго. — Когда вы встанете и съедите что-нибудь, мы поедем в госпиталь. Я все еще верю, что вы самая большая надежда на его пробуждение.

Драго отошел от кровати, едва не поддавшись искушению закутать Джесс в простыни. Она напоминала ему сонного котенка, забравшегося под одеяло, с разметавшимися по подушке темно-рыжими волосами и кошачьими зелеными глазами, глядящими на него из-под длинных шелковых ресниц.

Он рано встал, чувствуя себя лучше после нескольких часов беспробудного сна и полностью владея собой. Он не мог понять, как эта рыжая бестия с проблемами в поведении сумела вывести его из себя.

Но когда он подошел к кровати, намереваясь разбудить Джесс, то замер, увидев, насколько прекрасно ее лицо. Не в силах удержаться, он провел пальцем по порозовевшей щеке и ощутил мягкую, как персик, кожу. Ее губы были слегка приоткрыты, и он почувствовал острое желание поцеловать их.

Выругавшись про себя, он прошел к окну и раздвинул занавески, чтобы впустить в комнату яркое апрельское солнце.

— С этого дня вы будете спать в спальне рядом с моей. Там нет балкона, так что, боюсь, вам не удастся еще раз попытаться сбежать. Я также попросил привезти вам кое-что из одежды, поскольку ваша утонула в канале.

Джесс решила не говорить, что это полностью его вина. Он не упомянул о том, что угрожал прошлой ночью сдать ее полиции, и она решила не злить его. Когда Анджело придет в себя и скажет, что не отдавал ей никаких денег, Драго принесет ей самые искренние извинения, но сейчас, не имея своего паспорта, она осознала, что другого выхода у нее нет, кроме как остаться в Венеции с ним.

— Спасибо, — пробормотала она. — Если вы мне выставите счет за одежду, я вам заплачу как смогу.

— Вам не нужно этого делать. Это моя одежда.

— Думаю, я буду выглядеть нелепо в одежде, сшитой на шестифутового мужчину, или вы трансвестит?

Пару секунд Драго не знал, что ответить на ее неожиданное замечание.

— Уверяю вас, у меня нет наклонности переодеваться в женскую одежду и носить каблуки.

Он увидел, что губы Джесс изогнулись в улыбке, и понял, что она дразнит его. Это было что-то новенькое.

— Это одежда из коллекции «Касса ди Кассари», — объяснил он. — Одежда — это новое направление нашей компании, мы наняли лучшего итальянского дизайнера, Умберто Торро. Новая линейка появится в продаже только в следующем месяце, но Торро прислал несколько образцов, чтобы вы могли их надеть.

Внезапно у Драго зазвонил мобильный.

— Когда вы оденетесь, служанка проводит вас в столовую, — сказал он отрывисто, выходя из комнаты.

Они уже были в госпитале несколько часов, но Анджело так и не пришел в сознание. Джесс встала со стула, который стоял около кровати, чтобы размять ноги.

Когда она прошла к кулеру с водой и наполнила пластиковый стаканчик, почувствовала, как две пары глаз наблюдают за ней. Мать Анджело не стала дружелюбнее со вчерашнего дня и не сказала Джесс ни слова. «Бедная женщина убита горем», — напомнила себе Джесс.

Доротея обернулась к Драго, но Джесс знала, что его взгляд все еще прикован к ней, и смущенно провела рукой по кремовой юбке из тонкого шелка, которую обнаружила утром наряду с другими нарядами в своей гардеробной в замке д’Инверно.

Она вспомнила, что последний раз надевала юбку год назад, когда присутствовала на одном из редких школьных мероприятий. Она все время ходила в джинсах или рабочей одежде и чувствовала себя нарядно в нежной блузке, которую надела к юбке. Коричневый кожаный ремень на талии прекрасно гармонировал с трехдюймовыми шпильками. Элегантный костюм требовал прическу, и она собрала свои тяжелые волосы в узел на макушке.

Уставившись на свое отражение в зеркале, прежде чем выйти из спальни, она была потрясена. Она всегда считала свое тело бесформенным и слишком худым, но отличная юбка подчеркивала ее стройную фигуру, а покрой блузки визуально увеличивал грудь.

Когда она вошла в столовую в замке, глаза Драго загорелись.

— Мне нужно подышать воздухом, — коротко сказал он и, вставая, громко заскрежетал стулом по полу. Он встретился глазами с Джесс, но его взгляд ничего не выражал. — Выпьем кофе. Вам нужно отдохнуть, — настоял он, увидев, что она собирается возразить. — Вы говорили с Анджело и пели ему, — он мельком взглянул на гитару, стоявшую у кровати, — на протяжении почти четырех часов.