Бывшие - Лера Богушева

— Да, а я бы тебе ассистировала, если больница так хочет, чтобы я участвовала в операции.

— Хорошо. И, когда у нас операция? — господи, его улыбки следует запретить законом, потому что они могут сделать размазнёй даже самого стойкого человека.

— А когда ты свободен?

— Можешь за зря не строить мне свои прекрасные глазки. Я и без того знаю, что ты у нас барышня занятая, поэтому скажи мне дорогая, когда ты сможешь в своём плотном графике выделить время для операции, — всё-таки это преступление быть таким обаятельным. Да, не завидую я его девушке, она наверняка тратит много времени на то, чтобы разогнать охотниц на такое сокровище.

— Было бы прекрасно, если бы мы сделали её на следующей неделе, потому что потом у меня просто не будет времени, — мне было так неудобно перед Андреем за то, что ему приходится подстраиваться под меня, хоть это я выступаю в роли просителя, но я старалась об этом не думать, уверенная что у меня ещё представиться шанс его отблагодарить.

— Ты всё ещё не оперируешь по выходным?

— Ради тебя, я готова сделать исключение.

— Отлично, у меня как раз в субботу свободный день и я готов его всецело потратить на тебя. Когда я смогу посмотреть девочку и встретиться с её родителями?

— Я очень постараюсь, чтобы её уже в понедельник положили ко мне в отделение, но с этим могут быть трудности. Девочка детдомовская и я не знаю, когда и на какой срок её положат к нам.

— Даже так? То есть кроме спасибо, мы больше ничего не получим?

— Ты всё правильно понял и если ты теперь откажешься, то я всё пойму.

— Я что монстр какой-то по-твоему? Конечно я помогу тебе, тем более грех не помочь такой прекрасной девушке.

— Ну, формально ты не мне будешь помогать.

— Умеешь же ты испортить момент, даже помечтать не даёшь. Я только начал представлять в какой форме ты мне будешь выражать свою благодарность, как ты взяла и всё испортила, — в этом человеке есть всего несколько недостатков, которые могут заставить сбежать от него любую девушку. Это глупые шутки и умение любой, даже самый серьёзный разговор, перенести в горизонтальную плоскость.

— А кто если не я ещё спустит тебя с небес на землю?

— Никто, — наш милый завтрак подходил к концу и мне очень не хотелось расставаться с этим человеком и ехать на работу, тем более что меня там не ждёт ничего хорошего. — Что тебя гложет? — Андрей всегда отличался удивительной наблюдательностью и провести его было практически невозможно.

— Да так, ничего особенного. Просто небольшие проблемы на работе, — такие проблемы что мне аж на работу идти не хочется, тем более что я могу её лишиться в самое ближайшее время, но это не то, чем я хотела бы сейчас делиться.

— Если бы это было ничем особенным, ты бы так не загонялась. Проблемы с этой девочкой?

— Нет, не с ней, с другим ребёнком.

— Откуда у тебя могут быть проблемы с детьми? Или я чего-то не знаю?

— Всё ты знаешь, просто позавчера к нам после аварии привезли внука нашего главного и в результате обследований выяснилось, что у мальчика опухоль головного мозга.

— И как это относится к тебе?

— Там опухоль размером с бейсбольный мяч.

— Чёрт. В любом случае это тебя никак не касается. Если опухоль доброкачественная, то считай пацану повезло и всё у него будет хорошо.

— А если нет? — этот вопрос меня мучает с тех самых пор, когда я узнала о том, кто этот мальчик.

— А есть основания думать иначе?

— К большому сожалению, да. У его дедушки была такая же опухоль, даже в том же самом месте и это был рак, — как только я узнала, что Саша сын Дениса, то сразу в памяти всплыл давно увиденный снимок моего свёкра и с тех самых пор я была практически уверена, что у мальчика рак. Слишком похожая клиническая картина.

— Это точно?

— Я знаю это наверняка.

— Что ж, тогда пацану не повезло и теперь ему дорога только к онкологу, который назначит ему курс лечения, который позволит уменьшить размер опухоли.

— Боюсь, у мальчика нет столько времени, — это пугало больше всего. Уже сейчас нельзя убрать опухоль без каких-либо последствий для ребёнка, которые сейчас даже предугадать сложно, а если ещё немного подождать, то опухоль убьёт ребёнка.

— Если всё так, как ты говоришь, то дела хреновые. Только я не понимаю, как родители не заметили, что их ребёнку плохо? Я думал сейчас бывают только сумасшедшие мамаши, которые таскают детей к врачу даже из-за обычного чиха.

— Ну, эти не такие. Они больше заботятся о себе, чем о их маленьком сыне.

— Ты хочешь, чтобы я и на него посмотрел? — этот вопрос завёл меня в тупик, потому что о таком я точно не собиралась просить. Не хватало ещё, чтобы Андрей выслушивал весь тот ушат грязи, который на меня непременно выльет Юля, если я хоть близко подойду к её сыну.

— Нет, с чего вдруг?

— Я решил, что ты хочешь прооперировать мальчика.

— Нет, это не мой профиль, а если с ребёнком что-то случиться у меня на столе, то его родители меня засудят, поэтому я не приближусь к нему ни при каких обстоятельствах.

— Ну и правильно, а то я уже решил, что ты вздумала стать Матерью Терезой и спасать всех живых существ. Это очень печально, но дети умирают каждый день, и ты не в силах этого остановить. У этого мальчика есть родители, которые сами в состоянии о нём позаботиться, поэтому просто отпусти ситуацию и займись своими делами, — я прекрасно понимала, что Андрей прав, но что-то внутри меня не позволяло пустить ситуацию на самотёк.

— Наверное, ты прав, — я сама себе не могла объяснить беспокойства за ребёнка, которого я даже ни разу не видела, поэтому я решила, что будет проще согласиться с Андреем и не развивать эту тему дальше.

— Отлично, теперь можем поговорить о том, как ты