Я тебе объявляю развод, майор! - Ульяна Романова

– Стеша, все в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась Аня.

– Конечно! Но мне пора. Я на связи!

– Мы тоже, – в два голоса ответили подруги, и я медленно поднялась.

– Фаня, а ты куда? – подозрительно спросил Мирон.

– На кудыкину гору. Надо мне! – отмахнулась я.

– Ну а мы тогда еще посидим, да, девочки? – Марк не растерялся.

– Нам тоже пора, – елейно улыбнувшись двоим из ларца, сообщили мои подруги и дружно встали из-за стола.

Тепло попрощавшись с ними, я села в машину, завела мотор и решила временно ни о чем не думать. Потому что смысла в этом не было.

Проблемы нужно решать по мере их поступления. Сейчас моей главной заботой было отсутствие одежды и учебников, на ней я и решила сконцентрироваться, еще не подозревая, насколько коварным типом очень привлекательной наружности оказался мой муж.

Припарковавшись во дворе у дома Шведова, решительно потопала в нужном направлении. Игнорируя трясущиеся поджилки, с каменным лицом вошла в подъезд, потом в лифт, дождалась, пока он поднимет меня на нужный этаж, и, ни секунды не мешкая, нажала на дверной звонок.

Ярослав открыл сразу же, словно стоял за дверью, ожидая моего прихода. Я гулко сглотнула, потому что одеться после душа мой муж «забыл».

На нем были только черные боксеры, а махровое полотенце висело на плечах. Капли воды блестели на загорелой коже и стекали на лицо с мокрых волос, а нахальные голубые глаза скользили по моему телу. Ярослав дерзко усмехнулся и шире распахнул дверь, молчаливо приглашая меня.

Я юркнула внутрь, стараясь смотреть куда угодно, только не на мужа, однако глаза сами возвращались к его фигуре, заставляя сердце нервно трепетать в груди.

– Как дела? – чуть хрипло уточнил он, нарочито лениво вытирая волосы полотенцем.

Литые мышцы перекатывались под его кожей, а кто-то неведомый, но такой же нахальный, как Яр, украл весь мой словарный запас, оставив в копилке только невнятные междометия.

Шведов мою реакцию считал в одну секунду и сделал шаг ко мне, но я решительно выставила ладони перед собой и выпалила:

– Вещи и учебники! Я тороплюсь!

– Что, даже чаю не попьешь? – он вопросительно изогнул одну бровь, продолжая ласкать мое тело взглядом. – С твоим любимым печеньем.

– Я на диете, – отговорилась я, краснея.

Казалось, еще немного – и задымлюсь от горячей волны, прокатившейся по телу от его обжигающего взгляда, а потом растекусь лужицей прямо на пороге гостиной.

Ярослав кивнул и иронично хмыкнул, пока я пыталась сообразить, в какую сторону мне идти. Мозг отказывался адекватно работать. Тяжело дыша, я продолжала рассматривать Шведова.

– Стеша, ты хорошо подумала? – голосом змея-искусителя проговорил он.

– Нет, но мне нужно идти!

Мою голову вдруг посетила мысль, а убрали ли братцы продукты в холодильник. Зная двоих из ларца – вряд ли. Скорее всего, просто оставили все пакеты в прихожей и с чувством выполненного долга отправились лопать пирожные. А значит, интеллигенция, которая имела нездоровую тягу к полиэтилену, вволю навеселится.

– Куда? – нарочито равнодушно спросил Яр.

– Ты временно лишился права задавать такие вопросы.

– Да ну? – бровь Шведова поползла вверх.

Я вдруг подумала, что он ревнует и злорадно хмыкнула. Не одной мне страдать от ревности и неизвестности! И, развернувшись на пятках, потопала в нашу комнату, кожей ощущая присутствие дражайшего супруга за спиной.

– Уверена, что сможешь жить одна? – продолжал Ярослав, когда я начала задумчиво перебирать в шкафу свой многочисленный гардероб.

– Кто тебе сказал, что одна? – изумилась я, имея в виду интеллигентную пушистость.