Семнадцать белых роз - Кристин Лестер

Элли вспомнила, что то же самое ей, кажется, говорила мама.

— А как же Сид? С кем я его оставлю?

— Ну… как-нибудь один побудет. Нам же надо в конце концов развлекаться.

— Да, — грустно проговорила Элли, понимая, что с таким рвением Валентины ей рано или поздно самой придется воспитывать щенка. — Да. Давай я его хотя бы сначала покормлю. И если он съест всю мою квартиру…

— То ты переедешь ко мне. А потом мы что-нибудь придумаем! Давай, корми. Я за тобой заеду. — И подруга положила трубку.

Валентина была старше ее на два года, тоже одинокая, но с финансовой точки зрения гораздо более счастливая. Она имела большую квартиру, доставшуюся ей в наследство, и веселый и вздорный характер, который привлекал к ней множество мужчин, хотя и ненадолго.

Валентина пришла в восторг, выслушав утреннюю историю праздника в офисе. Сама она не любила показываться в редакции после увольнения, зато обожала слушать сплетни.

Три месяца назад, как человек, не стесненный материально, Валентина внезапно отказалась работать в журнале и уволилась. На нее посмотрели, как на сумасшедшую. Многие их коллеги имели хорошие капиталы, но за рабочее место все-таки держались очень крепко, хотя бы для того, как они говорили, чтобы было, где на людей посмотреть и себя показать. А уж всемирно известный глянцевый журнал — лучшее для этого место.

Однако свободолюбивая Валентина так не считала. Свое заявление об уходе она вручила Силу со словами, что ей проще сидеть дома, чем в террариуме. Во-первых, не надо тратиться на бензин, а во-вторых, есть гарантия, что не укусят. Сид согласился, поскольку в манере вести баталии она ничем не уступала Хелен, а потому достала всех. И с радостью это заявление подписал.

А теперь, видимо, настала очередь и Элли. Только с ней поступили совсем по-другому…

— Ну ты даешь! — Валентина буквально визжала от восторга. — И ты ему это сказала в лицо! Прямо при всех!

— А что такого?

— Назвать щенка в честь Сида! Ой, не могу!.. А что? Ему, кстати, идет эта кличка. И мордочка у него такая, что прямо только и скажешь: Сид и больше никто!

Валентина приехала к подруге с подарком: огромным плюшевым медведем с красной ленточкой на шее.

Элли закатила глаза:

— Вы что сегодня — сговорились?

— А что?

— Или сегодня день защиты животных? Близнецы подарили надувного слона! Два на три метра. Тоже плюшевого. Ты — медведя. Сид подарил Сида… Хорошо звучит… А девчонки из экономики притащили вот фикус в горшке.

Валентина внимательно ее выслушала. Потом сказала:

— А где слон?

— Тьфу ты! При чем тут слон?

— Интересно просто. А куда ты его денешь такого: два на три метра?

— Не знаю. А зачем ты мне такого здорового медведя притащила?

— Ну… Да, здесь его не разместить… Тебе нужна квартира! Поехали ко мне! В одной комнате будет слон, Сид и медведь. В другой — ты, в третьей — я, а четвертая — общая. Мне кажется, нормально.

— Мы с тобой не уживемся. Ты — такая же бешеная, как Хелен. А я ее не люблю.

— Ну я же — не она.

— Посмотрим. Спасибо за медведя. Я люблю все большое. Только вот девать мне все это некуда…

— Не грусти, Элли. Будет и на твоей улице праздник. Не сегодня, так завтра.

— Это пожелание? — спросила Элли, надевая куртку.

— Да! Я желаю тебе, чтобы тебя настигла большая удача не сегодня, так завтра!

— Чего ты привязалась к этому «не сегодня, так завтра»?

— Не знаю, вырвалось. Но я действительно желаю тебе удачи. Сколько можно терпеть неприятности?

— Да у меня их особо и не было. Одна большая неприятность — это Сид-большой.

— Да, — Валентина хихикнула, кивнув головой в сторону щенка, — а Сид-маленький будет доставлять тебе маленькие неприятности. Но зато много.

Элли оглядела подругу с головы до ног:

— Кстати, куда это мы так нарядились? Ты же замерзнешь с открытыми плечами!

— Зато все парни будут мои!

— Зачем тебе столько?

— Меньше — просто обидно.

Валентина, итальянка по происхождению, была яркой женщиной с пышной грудью и ослепительной улыбкой, перед которой не мог устоять ни один мужчина. Хрупкая Элли со своими утонченными чертами лица полностью терялась на ее фоне и казалась блеклой, когда шла рядом с подругой.

И наоборот: если сначала оценивать пастельную, словно размытую красоту Элли, то Валентина выглядела немного вульгарной… Однако подругам это нисколько не мешало, даже наоборот: вкусы на мужчин у каждой имелись свои.

— Кстати, когда я закрывала дверь, Сид уже покушался на телефонную проводку. Похоже, к нашему возвращению от нее ничего не останется.

— А его током не убьет?

— Я тоже об этом подумала и поэтому на всякий случай отключила телефон… Не знаю, захочешь ли ты с ним жить после того, как он перегрызет все в доме и тебе придется вставать черт знает во сколько, и… А может, тебе его не отдавать?

— Элли! Что за мнительность? Как-нибудь разберемся. Тебе, по крайней мере, не нужно будет тащить его за собой в Альпы.

— Да. Есть у меня, правда, еще один вариант, куда этого дуралея пристроить.

— Какой?

— Я сегодня познакомилась с каким-то продюсером, а ему очень понравился Сид. Он даже сам просил…

— С продюсером?

— Да. Он просил меня подарить ему Сида. И щенку, по-моему, с ним понравилось.

— А как его зовут?

— Генри Микст. Я правда о таком никогда…

— Генри Микст!!! Генри Микст!!! Ты РЕАЛЬНО с ним познакомилась?!!

— Ты его знаешь? Вы знакомы?

Валентина смотрела на нее, как на сумасшедшую.

— К сожалению, нет. Но его знает весь мир!

— Да ладно. И чем же он знаменит?

— Фильмы снимает. В Голливуде работает. — Валентина измерила ее изумленным взором. — Ты как с луны свалилась!

— Точно, Майк сказал мне, что он из Лос-Анджелеса.

— Эх ты! Это же известный голливудский режиссер… Ну ты даешь! И молчала! Вот с чего надо было начинать рассказ о сегодняшнем дне!

— А по-моему, ничего особенного. Он предлагал мне работу в своем новом телепроекте. А я отказалась.

Валентина издала неопределенный звук, как будто она подавилась воздухом, остановилась на месте, согнулась пополам и начала громко кашлять.

— С тобой все в порядке?

Подруга держалась за голову и тихонечко стонала.

— Что случилось?