Украденные ночи - Виктория Холт

Он решил показать мне своего слона и потащил меня за собой. Доверчиво вложив свою ручонку в мою ладонь, он оживленно щебетал о своих животных. Я часто спрашивала себя, вспоминает ли он ночь, проведенную вне дома, когда его похитили на празднике в Мангании. Клития радовалась буйной фантазии мальчика, окружающей его множеством невероятных приключений, среди которых эта ночь была лишь незначительным эпизодом.

Теперь он что-то говорил о непослушной Кобле.

— Так она тебя не слушается? — поинтересовалась я.

— Она убежала.

— И куда же она убежала?

— Просто убежала из дома. Она всегда считала себя очень умной. А потом на нее, наверное, напал мангуст. Она могла погибнуть, но тут появился я на своем слоне и мы спасли непослушную Коблу. Пойдем, я тебе ее покажу.

Он потянул меня за собой, и мы бросились бежать по зеленой лужайке, в конце которой виднелись цветущие кустарники. Он залез под куст и вылез оттуда, таща за собой свою игрушечную кобру. Я похолодела, так меня потрясло ее сходство с настоящей змеей. Она была точной копией кобры, которую я видела в лесу, а затем на своей кровати. Совпадал и размер… и цвет… словом, все.

— Смотри! — воскликнул Ральф. — Она понимает, что поступила очень дурно. Кобла, тетя Сэйра тебя больше не любит. Она любит Джамбо.

Он поднял ко мне свое личико.

— Ведь ты очень на нее рассердилась? Бедная Кобла. Она раскаивается. Теперь она никогда не будет убегать из дома. Понимаешь, она не знала о мангустах, пока я ей не рассказал. Папа купит мне мангуста. Это будет очень хороший мангуст. Но он не будет обижать Коблу. А Кобла думает, что будет, и поэтому у нее такое плохое настроение.

Игрушка очень реалистично свернулась у моих ног. Ральф опустился на траву и склонился над Коблой. Их головы почти соприкасались.

Он опять посмотрел на меня.

— Бедная Кобла. Тетя Сэйра, она немножко ослепла. Она дралась с мангустом. Ей был бы конец, если бы я не подоспел вовремя. — Ральф рассмеялся. — Я на нее смотрю, а она меня не видит. Она ослепла на этот глаз.

Я наклонилась над коброй. У нее действительно выпал один глаз. На его месте теперь темнела пустая глазница.

— Это будет тебе уроком, Кобла, — погрозил ей пальцем Ральф. — Если бы ты потеряла и второй глаз, ты бы совсем ничего не смогла видеть.

Мне противно было смотреть на эту игрушечную рептилию. Слишком живо она напоминала мне о недавних событиях.

Как и все дети, Ральф был достаточно восприимчив, чтобы почувствовать, что я не хочу касаться его кобры. Он поднял ее и осторожно уложил под кустом.

Меня осенило, уже когда мы с Сэйрой ехали домой. Нет, это невозможно, тут же сказала я себе. Это чересчур!

Но оказавшись дома, я бросилась в спальню и вытряхнула себе на ладонь содержимое маленького горшочка на туалетном столике. Кусочек стекла никуда не исчез. На моей ладони поблескивал крошечный желтый камешек. А что, если это действительно он? Но как глаз кобры Ральфа мог оказаться на полу моей спальни? Единственным логичным ответом было: он попал сюда вместе с его игрушечной змеей. Я сжала в кулак стеклянную бусину. Я должна была знать правду.

Посмотрев на часы, я увидела, что уже половина шестого, и, значит, придется ждать утра, чтобы приложить найденную мной стекляшку к пустой глазнице игрушечной кобры.

Я уже хотела рассказать о своей догадке Селии, но что-то меня удержало. Если этот кусочек желтого стекла и в самом деле является глазом игрушки Ральфа, будет интересно выяснить, как он попал в мою комнату. Но если он не имеет к Кобле никакого отношения, все сочтут мое волнение очередным проявлением моей фиксации на кобрах.

Я знала, что должна действовать крайне осторожно. Мне очень хотелось очертя голову броситься на соседнюю плантацию, но я также понимала, что это вызовет очередной виток пересудов. Опять эта Сэйра чудит, скажут домашние.

Поэтому я решила запастись терпением и дождаться утра. Я вернула бусину в горшочек. Я не имела права ее потерять.

В этот вечер я была особенно рассеянна. Несколько раз я заметила, что Селия встревоженно на меня посматривает. Клинтон, похоже, ничего не заметил. Хотя, возможно, он следовал своей теории, согласно которой лучшим лекарством от моих странностей было их полное игнорирование окружающими.

Я решила пойти на плантацию Ашингтонов в четыре часа, когда жара спадет. Это позволит мне ускользнуть в одиночестве.

Утром я первым делом бросилась к горшочку на туалетном столике, дабы убедиться, что бусина на месте. Учитывая все, что происходило со мной за последнее время, я не удивилась бы, если бы она исчезла. Но нет. Она по-прежнему лежала там. Я переложила ее в крошечный шелковый кошелечек, который всегда носила в кармане, чтобы иметь возможность в любой момент нащупать бусину и убедиться, что я ничего не придумала.

Когда я пришла, Клития была в саду. В это время она всегда гуляла с Ральфом и его свитой из животных. Сестра, конечно же, обрадовалась моему приходу и ушла в дом распорядиться насчет чая. Я осталась наедине с Ральфом.

— Ральф, — окликнула я мальчугана, — подойди, пожалуйста, ко мне. Я хочу тебе что-то показать.

Он тут же подбежал и выжидательно устремил на меня свои глазенки.

— Мне кажется, я нашла глаз Коблы, — сообщила я ему.

— Где он, тетя Сэйра?

Я извлекла свой кошелечек. Мое сердце учащенно билось, потому что я опять испугалась, что камешка там может не оказаться.

Но вот он лежит на моей ладони, и Ральф внимательно его изучает.

— Это бусина, — заявил он.

— Да, но эта бусина может оказаться глазом. Бедная Кобла. Давай посмотрим, не подойдет ли ей эта бусина. Где она? В саду?

Ральф укоризненно на меня посмотрел.

— Я не оставил бы ее без присмотра. Ведь она наполовину ослепла. Что, если опять придет мангуст?

— Где же она?

— У меня в комнате.

Он вприпрыжку направился к дому, и я поспешила за ним.

В холле мы встретили Шебу.

— Куда это вы бежать, юный господин? — спросила она.

— Шеба! Тетя Сэйра нашла глаз Коблы.

— Возможно, это просто стеклянная бусина, — вмешалась я.

— Это ее глаз! Я знаю! — воскликнул малыш.

— Ох уж эта противная змея, — пробормотала Шеба. — Давно пора от нее избавиться.

— Пойдем, тетя Сэйра, — заторопил меня Ральф и помчался вверх по лестнице.

В его комнате на столе у кровати стоял жираф, под длинными ногами которого устроилась соня. Ральф нырнул под кровать и выполз оттуда с игрушечной коброй.

— Дай ее мне, — попросила я. — Давай посмотрим, подойдет ли ей этот глаз.

Дрожащими пальцами я поднесла стеклянную бусину к голове кобры и сравнила с уцелевшим глазом. Затем я перевела взгляд на пустую глазницу.