Ритуал - Шантель Тессье

Остановившись, она выпячивает правое бедро.

— Кто-то ведь должен был его удовлетворять.

— Тогда, наверное, я должна поблагодарить тебя, да? — спрашиваю я, выгнув бровь.

— Это я должна тебя поблагодарить, — она дотрагивается указательным пальцем до кончика моего носа, и мне стоит больших усилий не откусить его. — Если бы ты не убежала, как маленькая испуганная девочка, Раят, возможно, никогда бы мне не позвонил.

Я тянусь вниз, правой рукой кручу обручальное кольцо, а потом изо всех сил бью ее по лицу. Мне нужна разрядка. Драка с сукой как раз очень для этого подходит.

Задыхаясь, она подносит руку к лицу и роняет — как я предполагаю, это ее сумка для ночевки — к своим ногам. Убрав руку, она смотрит на кровь из пореза, оставленного на ее щеке моим кольцом.

— Сука! — шипит она.

— Прости, это мое обручальное кольцо тебя порезало? — спрашиваю я, даря ей извиняющуюся улыбку.

— Ты гребаная сука… — обвиняет она меня.

Я сижу на диване, одетая в тренч Синди. Покончив с ней, я сделала макияж и прическу, а затем уселась поудобнее, ожидая, когда мой муж вернется домой бог знает откуда. Мне кажется, что такой будет моя жизнь — всегда ждать его. Не зная, что он делает и где он находится.

Услышав, как открывается и закрывается входная дверь, я сдерживаю улыбку. Несколько секунд спустя в гостиную входит Раят, одетый в ту же одежду, в которой ушел, и останавливается.

— Что ты все еще здесь делаешь? — требует он, оглядывая меня. Я вижу, как взгляд становится горячим, что говорит мне о том, что даже если он злится, он все равно трахнет меня.

Достаточно хорошо.

— Я приготовила тебе выпить, — игнорирую его вопрос я и наклоняюсь вперед, поднимая с журнального столика стакан со скотчем.

Раят просто смотрит на меня, не двигаясь. Уверена, он думает, что я нашла его тайник с наркотиками и пытаюсь его вырубить или отравить.

— Ну ладно, — я пожимаю плечами и глотаю обжинающую жидкость.

Часть ее стекает по моему подбородку на грудь.

— Упс, — говорю я, оттягивая верхнюю часть тренча, чтобы он мог лучше рассмотреть. — Хочешь слизать это с меня? — спрашиваю я.

— Что ты здесь делаешь, Блейк? — огрызается он. — Я дал тебе то, что ты хотела. Забирай свое дерьмо и уходи.

Я улыбаюсь ему, не позволяя его словам задеть меня. Раят бросал мне вызов на каждом шагу, и теперь я собираюсь сделать то же самое с ним.

— А что, если я хочу чего-то другого?

Потянувшись за спину, он достает бумажник и выхватывает стодолларовую купюру.

— На этот раз нужны деньги, чтобы сбежать? — он бросает ее мне на колени.

Я стряхиваю ее на пол, как назойливую мошку, и игнорирую оскорбление, что за сто долларов я далеко продвинусь. Встав, я говорю:

— Я не уйду, Раят.

Он агрессивно проводит рукой по волосам.

— Блейк…

— Что, если я скажу тебе, что трахалась с парнем, пока меня не было?

Раят сжимает зубы, напрягает плечи. Именно такой реакции я и ждала.

— Ты этого не делала, — возражает он.

— А что, если я скажу тебе, что трахалась с двумя парнями? — я поднимаю правую руку, показывая ему указательный и средний пальцы.

— Блейк, — рычит Раят, заставляя мое сердце биться. Он не понимает, что дает мне именно то, чего я хочу. — Лучше бы это было ложью.

— А если нет? — спрашиваю я, изогнув бровь. Я приманиваю его.

Протянув руку, он притягивает меня к себе.

— Тогда я сделаю тебе больно.

Я не могу сдержать ухмылку, которая расползается по моему лицу. Он не похож на человека, который хочет развода. Мужчине, покончившему со своей женой, наплевать, что она делает, не говоря уже о том, на каком члене она скачет.

— Это справедливо, малыш. Ты получаешь киску, а я — член.

Его брови устремляются к переносице, замешательство отражается на его великолепном лице.

— Что?

Я отстраняюсь от него и иду в прачечную. Я открываю дверь и вхожу внутрь, хватая блондинку, которую связала и бросила туда два часа назад. Слава богу, на ней действительно было что-то надето под плащом, иначе мне пришлось бы одевать и ее.

— Вот, — я пихаю ее к нему.

Синди спотыкается, и Раят хватает ее, прежде чем она успевает упасть на лицо. Жаль.

— Какого хера, Блейк? — рявкает он, удерживая плачущую и что-то бормочущую Синди. К счастью, заклеенный рот помогает ей немного успокоиться.

— Считай это своим свадебным подарком, — повторяю я его слова и скрещиваю руки на груди.

— Что, блядь, ты сделала? — требует он, сдергивая с ее рта скотч.

— Раят… Раят, пожалуйста, — умоляет она его, крупные крокодильи слезы текут по ее лицу, смывая ее некогда безупречный макияж и засохшую кровь от моего кольца. — Помоги мне. Она сумасшедшая…

— Синди пришла, чтобы получить свой ночной трах — ты знаешь, тот, который она получала последние три недели, пока меня не было, — и была удивлена, увидев меня здесь, — прерываю я ее бессвязный рассказ.

Раят смотрит на меня, его зеленые глаза расширены от недоверия. Я даже не могу объяснить то чувство облегчения, которое испытываю, когда он подтверждает то, что я уже знала. Он к ней не прикасался.

— Ты серьезно? Ты правда думаешь, что я трахаю ее?

Я пожимаю плечами.

— Это то, что есть. Назовем это выравниванием игрового поля.

— Ты ебанутая! — кричит она, борясь в его хватке. — Ты гребаная сука…