Обрученные Венецией - Мадлен Эссе

А появление чужеземки изменило все, и Марго абсолютно уверенно винила Каролину в том, что та просто похитила из ее рук душу сенатора. А вслед за ней ее ложе покинуло и его крепкое тело, что еще более выводило распутницу из себя.

Накинув на себя темный плащ с капюшоном, Марго сошла с гондолы и скользнула на задний двор палаццо к черному входу. В дверях ее уже ожидала Урсула с надменной улыбкой на лице. Войдя в дом, Маргарита скинула капюшон и довольно вздохнула:

– Наконец-то добралась. Благо, что ночь беззвучна, а венецианские каналы лишены человеческих глаз. Удачное мы время выбрали с тобой для встречи, Урсула.

– Ваше опоздание может нам дорогого стоить, Маргарита, – недовольно произнесла служанка. – Подобные встречи должны проходить без сучка и задоринки во избежание раскрытия наших действий.

Урсула с опаской оглядывалась по сторонам.

– Прекрати шептаться, – недовольно произнесла Марго. – И не нужно мне указывать, что мне делать. Ты всего лишь прислуга.

– Напомню вам, что я, прежде всего, нужный вам человек, – с недовольством заметила Урсула. – И если вы желаете, чтобы мы продолжали работать с вами вместе, будьте добры, соблюдайте правила, по которым играем мы обе.

Марго с удивлением посмотрела на горничную и прошла вслед за ней в темный коридор, который освещала лишь одна тусклая свеча.

– Меня радует твоя преданность делу, – произнесла она. – Я щедро тебя за это отблагодарю.

– Я преследую не столько деньги, сколько желание избавиться от назойливой дамы. Она кружит сенатору голову, и я вижу, каким взглядом он смотрит на нее. Больше чем уверена, что эта самозванка хочет лишь претендовать на имущество Фоскарини. От нее ничего хорошего ждать не приходится. С тех пор как она появилась, я нахожусь под непрестанным контролем. Ее поведение просто несносно и непозволительно для венецианского общества. Меня же сенатор то и дело отчитывает, словно она ему доносит что-то о моей работе. Помимо этого, прежде сенатор мне доверял управление палаццо в его отсутствие. Теперь же все изменилось…

Марго с невероятным удовольствием замечала, что Урсула говорила о Каролине с отвращением, светившимся в ее глазах презрительными искорками. Это свидетельствовало о том, что куртизанка обрела надежного союзника в своих целях.

– Заверяю, Урсула, что в следующий раз я не опоздаю на нашу встречу, – промолвила Маргарита и сладко зевнула. – Так случилось, что ненасытный синьор Колабсо задержал меня шальными ласками.

Она знала, что богобоязненная Урсула отреагирует на это с отвращением. И ее порадовал надменный взгляд горничной, содержащий в себе некое осуждение.

– Мне не интересно ваше прелюбодеяние, – спокойно ответила она и направилась со свечой по коридору.

– Да ты мне завидуешь, дорогая! – произнесла Маргарита, уверенная в том, что Урсуле очень даже любопытны ее похождения, – уж излишне театральным смотрелся ее брезгливый взгляд.

– Не говорите такого, ради Христа, – воскликнула испуганно горничная и закрыла лицо руками. – Чему завидовать в вашем распутном и бездушном мире?

– Ну как же, – усмехнулась Марго, – ведь у меня имеется все, чего лишена ваша унылая и серая судьба, – мужчины, откровенная красота и чувственность, которая позволяет вкушать все наслаждения этой беспечной жизни.

Внезапно остановившись, Урсула обернулась к куртизанке, освещая свечой их лица.

– Вы безрассудны и глупы, Маргарита, если полагаете, что каждая женщина завидует вам. Вы сейчас перечислили лишь физические блага, которыми довольствуется ваше тело. А что же вы можете сказать о своей душе?

Маргарита заметила, что, невзирая на объединяющие их цели, они остаются абсолютно разными людьми.

– Моя душа безмерно радуется тому, что имеет, – со смехом ответила куртизанка.

– Тогда довольствуйтесь своей жизнью, – служанка говорила с едва сдерживаемым гневом, скрывающим в себе намерения открыть свою праведную сущность, четко следующую духовным требованиям. – Но не смейте отождествлять ее с моей!

Марго поняла, что беседовать на эту тему с чопорной служанкой не имеет смысла, поэтому смолкла, дабы не раздувать конфликт, который ей абсолютно ни к чему.

Они вошли в кабинет сенатора, и Урсула поставила свечу на письменный стол.

– Вас привела сюда лишь рассеянность сенатора Фоскарини, овладевшая в последнее время его твердым разумом. Просто удивительно, что он в этот раз необдуманно забыл ключ от кабинета в гостиной. Я нашла его, когда прибирала. Мне неизвестно, что вы намереваетесь здесь найти, – промолвила горничная, нервно переминая в руках краешек фартука, – но вам удастся это с большим успехом, чем мне. У вас есть немного времени, затем вам лучше будет удалиться.

С этими словами служанка отошла в сторону, чтобы не мешать куртизанке в поисках.

Как и любой женщине, Марго было известно, что кабинет – это мужское хранилище великих тайн и невероятно важных вещей, которые могут стать свидетельством о ценных событиях в жизни его хозяина. Если Адриано намеревается жениться на этой самозванке, то наверняка он готовит какие-то документы о дальнейшем сотрудничестве с флорентийцами, которые могут стать весьма выгодными союзниками для Венеции. И, невзирая на то, что торговый союз между Светлейшей и Святейшей^[15] уже давно имеет продуктивные результаты, дополнительные меры по укреплению отношений сыграют на руку обеим республикам. Этим и руководствовалась Маргарита, не желающая даже думать о свадьбе сенатора.

И теперь в надежде, что ей удастся раскрыть завесу тайны пребывания Каролины в этом доме, она буквально перерывала кабинет Адриано в поисках хотя бы какой-нибудь мелкой зацепки. И ее негодование нарастало с количеством пересмотренных вещей и документов. Отступив от полок, Марго решила осмотреть стол сенатора, хотя очень сомневалась, что он будет держать что-либо на таком видном месте. Единственная надежда теплилась на содержание ящика в столе, но от него необходим был ключ, который сенатор не выпускал из своей власти, куда бы сам ни направлялся.

Марго присела за стол и приподняла два журнала, исписанных писарем Адриано преимущественно какими-то цифрами, как тут ей в руки попалась записка – небольшой клочок бумаги с несколькими наименованиями.

– Не могу понять, что это, – Марго с удивлением нахмурила тоненькие брови, читая список. – Записка исписана рукой Адриано… Похоже на названия книжных изданий.

– Возможно, это книги, которые читала синьорина, – предположила Урсула.

– Она имеет наглость читать в то время, как церковь пытается задавить в даме стремление к образованию? – скривилась Маргарита, изумляясь самовольству Каролины. Хотя куда больше ее поразила смелость этой странной особы.