Дай мне шанс - Льюис Сьюзен

Эллен засмеялась.

— О Боже, я совсем забыла, — призналась она. — Никак не привыкну к тому, что он здесь.

— Подожди до ночи, — предупредил он. — Тогда сразу вспомнишь.

— Уж будь уверена, он не даст тебе забыть, — заверила Клода, входя. — Все ждут тебя. Я принесу маленького Коннора. Хорошо, что имя выбрали Эллен и Робби, страшно представить, что бы придумал Майкл.

Вскоре они собрались вокруг стола возле бассейна, язычки свечи колыхал легкий вечерний ветерок. Нина и Клода приносили и уносили блюда. Мэтти сидела рядом с дядей Фрэнком и Робби, а Эллен восседала во главе стола между Майклом и Томом.

— Не могу выразить, какое облегчение видеть тебя здесь, — сказала Эллен Тому. — Никто из нас не хотел, чтобы ты летел в Колумбию, и, если говорить откровенно, мы боялись больше не увидеть тебя.

Брови Чамберса взметнулись.

— Это был бы великий конец для фильма Форгона, — провозгласил он.

Эллен скорчила гримасу и посмотрела на Майкла:

— Мы готовы поставить на место этого типа. — Она повернулась к Тому: — Прости за тупость, но я не понимаю, как именно умер Галеано.

— Пищевое отравление, — пояснил Чамберс. — В ту минуту, как мы вошли в его камеру и Гомес посмотрел на повара, он уже знал точно, что должно случиться.

— Думаешь, это человек Гомеса? — предположила Мэтти.

Том покачал головой:

— Нет, это не в его стиле. Возможно, этот парень был из конкурирующего картеля и позаботился, чтобы Галеано никогда оттуда не вышел.

— И Гомес закрыл на это глаза? — воскликнула Эллен.

— Это называется «правосудие по-колумбийски», — прокомментировал Чамберс.

— Мама, ты не хочешь подработать поваром у Форгона? — поинтересовался Майкл, обнимая Клоду. — Что скажешь?

— Скажу, что ты дерзкий маленький поросенок, — ответила она. — От моей еды еще никто не умер. Но ради некоторых, — она бросила на сына свирепый взгляд, — я могу постараться. Кстати, что случилось с вином? Мы его прикончили?

— Нет, ма, ты все выпила одна, — заявил Майкл.

— Майкл! — фыркнула Эллен. — Не дразни Клоду, пойди и принеси еще.

— …и потом, — между тем говорил Робби Фрэнку, — мы все переставили в моей спальне, чтобы кроватка Коннора вошла туда, и бабушка Нина не смогла найти мою одежду. И еще они все начали играть на моем компьютере, а мне не дали даже попробовать.

Фрэнк захихикал:

— Вот они, женщины, сынок. Только замешкайся, как тебя сразу облапошат.

— Мам, ты слышишь? — подала голос Эллен.

— О, я прекрасно все слышу, — заверила Нина.

Потом Эллен постучала вилкой по тарелке, призывая к всеобщему вниманию.

— Я хочу спросить кое-что у Тома, — объявила она, когда все затихли. Затем взяла Майкла за руку. — Вернее, у нас обоих есть о чем спросить Тома, — поправилась она. — Том, мы с Майклом сочли бы за честь, если бы ты согласился стать крестным отцом Коннора. Но сразу предупреждаю, — торопливо добавила она, — если ты примешь предложение, ты на самом деле станешь членом семьи. Так что сначала подумай.

Том оглядел присутствующих.

— Нет другой семьи, в которую я хотел бы войти, — признался он, — как нет другого маленького мальчика, крестным которого я хотел бы стать.

— А как же я? — завопил Робби.

— Но ты и так его крестный сын, — торопливо вмешался Майкл, уверенный, что сможет договориться с Мичелл. — Разве ты не знал?

— Нет, — покачал головой Робби. — Ты мне ничего не говорил.

— Если в твоей жизни произойдут важные события, — дополнила Мэтти, — он будет счастлив разделить их с тобой.

— А как это — разделить их? И какие события? — не отставал Робби.

— Ну… многое входит в обязанности крестного отца, — с усмешкой проговорил Майкл.

— Ладно-ладно. — Том постучал по бокалу, призывая всех к вниманию. — Теперь моя очередь спросить кое-что у Эллен. Эллен, — сказал Том, поворачиваясь к ней, — я хочу спросить тебя, не напишешь ли ты конец фильма по тем фактам, которые я тебе дам, и сможешь ли сделать это без меня?

— Бог мой! — воскликнула Эллен, ставя бокал на стол. — Ты это серьезно? Да, конечно, я напишу! Но это твой фильм, Том. Ты должен убедиться, что мы все сделаем правильно.

— Я уверен, вы все сделаете как надо, — заметил он. — А если у вас возникнут проблемы и понадобится со мной связаться, то теперь, когда мир стал таким маленьким, вы наберете номер телефона и спросите. — Он улыбнулся и поднял бокал. — Не знаю, когда ты достаточно окрепнешь, чтобы вернуться на работу, но я уверен, ты можешь сделать кое-что и сидя дома.

Эллен подалась вперед и взяла его руку в свои ладони.

— Я заставлю тебя гордиться, — пообещала она. — Я клянусь, я заставлю тебя гордиться.

— Я сейчас заплачу, — пригрозила Клода, потянувшись за салфеткой.

Майкл забрал ее у матери и приложил к своим глазам.

— Я боюсь показаться занудой, — подал он голос, — но есть только одна проблема — Тед Форгон. Он все еще владеет тридцатью процентами «Уорлд уайд». Нам предстоит пережить немало трудностей, чтобы поставить его на место.

— Если Крис Раскин снова проголосует в нашу пользу, то нам не о чем волноваться, — напомнила Эллен.

— Я чувствовал бы себя более счастливым, если бы знал о планах Сэнди, — проговорил Майкл. — Ты не знаешь, где она? — спросил он у Тома. — У тебя есть от нее какие-то известия?

Чамберс покачал головой.

— То же самое я хотел спросить у тебя, — признался он. — Последнее сообщение пришло от нее сразу после интервью, но там нет и намека на то, где она прячется.

— В любом случае она наверняка уже в курсе, что опасности позади, — заметила Мэтти.

Том кивнул:

— Ты права. Возможно, она просто еще не готова вернуться.

Эллен посмотрела на него с любопытством:

— Ты говоришь так, как будто у тебя есть какие-то подозрения.

— М-м-м… я думаю, да, — ответил Том. — Я могу ошибаться, но… Хорошо, мы проверим.

Внезапно Эллен почувствовала сильное головокружение, она не хотела поднимать шум, но ей необходимо было уйти, она повернулась к Майклу.

Одного взгляда ему было достаточно, чтобы все понять, он помог ей подняться, попросив остальных не суетиться.

Через несколько минут они были вместе в спальне, рядом с новорожденным сыном.

— Все будет в порядке, — прошептала она, пытаясь прогнать опасения. — Я знаю это, только…

— Ш-ш-ш… — успокаивал он ее. — Еще прошло слишком мало времени.

— Мы пройдем через это.