Мастер поцелуев - Джанет Дейли

– Добей его! – услышал он женский голос. – Сокол, убей его!

Сокол, пораженный, обернулся на звук. К нему шла Кэрол с ледяным выражением, застывшим в глазах. Схватив Сокола за ворот рубашки, она заговорила низким угрожающим тоном:

– Ты должен убить его, Сокол.

– Какого черта ты несешь? – он попытался оттолкнуть ее.

– Ты что, не понимаешь ничего? – Что-то омерзительное и отталкивающeе появилось в выражении ее лица и глаз. – Если он умрет, я унаследую все имущество. Мы сможем пожениться. И снова будем вместе. Все станет нашим.

– Ты, по-моему, не в себе, – сказал он. Но, глядя на нее, понял, что это не так.

– Да, Сокол, – продолжала она. – Ты отец Джонни. Ты его настоящий отец. И ты будешь управлять его трастовым фондом…

– Джонни? – потерянный голос Кэтрин на миг прервал этот поток признаний. Ее глаза наполнились слезами отчаяния, а лицо исказилось, словно она почувствовала мучительную физическую боль. Склонившись над сыном, она тщетно пыталась приподнять его с земли. Слезы ее капали на поверженного и побежденного Чэда.

– Да! Джонни! – язвительно бросила им Кэрол. – Я бы ни за что не согласилась иметь ребенка от Чэда! И ни одного его ребенка я не выносила! Я убила их всех. Каждый раз, как только я узнавала, что забеременела, то делала аборт. Никто не должен был унаследовать то, что принадлежало Соколу и Джонни. – Снова повернувшись к бывшему возлюбленному, она проговорила севшим голосом: – Я хотела быть уверенной, что все будет принадлежать тебе.

– Нет, не все, – устало ответил Сокол, только сейчас сообразив, какую жалкую роль сыграл его сводный брат в той пьесе, что решила разыграть Кэрол. – Ты забыла про то, что принадлежит Ланне.

– Чэд не смог добиться от нее подписи, а я получила! – Кэрол выпустила ворот его рубашки и вынула из кармана слаксов какой-то документ. Одним рывком она развернула сложенный лист и передала его Соколу, чтобы он удостоверился в правдивости ее слов. – Вот ее подпись: все принадлежит тебе.

Сокол недоверчиво принялся рассматривать подпись, выведенную рукой Ланны.

– Как ты заполучила ее?

– Это было проще простого, – засмеялась Кэрол. – Я дождалась полуночи, когда начал действовать пейот, который я добавила ей в сассафрасовый чай. И сказала, что надо подписать письмо Джонни. – В глазах ее снова промелькнули бешеные огоньки, видимо, у нее возникло ощущение, что замысел ее близок к осуществлению. – Остается только одно – убить Чэда. Он уже наполовину готов: неужели ты не видишь?

Покачав головой, Сокол закрыл глаза на мгновение и, мягко взяв ее за плечо, проговорил:

– Он мой сводный брат, Кэрол.

– Все равно! – крикнула она, побледнев, как мел. – Неужели ты не видишь, на что я пошла ради тебя? Ты должен получить все, что принадлежало Джону. Все его имущество, все его деньги. И мне удалось добыть это для тебя. Значит, мы должны быть вместе. Мы поженимся, Сокол. Ты теперь богат. И никто не посмеет ни слова сказать против тебя.

Он покачал головой:

– Я не собираюсь жениться на тебе, Кэрол. Между нами все кончилось много лет назад.

– Нет, – она все еще не могла поверить в услышанное. Ее обезумевший взгляд бегал по его лицу. – Нет! – Руки ее обвили его шею. – Все это я сделала только ради тебя.

Не услышав от него ответа, Кэрол опустила руки, потерянно стояла, не проронив ни слова. А потом развернулась и бросилась бежать. Пришпорив лошадь, Ролинз поскакал следом за дочерью. Слезы струились по его лицу.

Сокол отвернулся. Золотоволосая девушка бежала навстречу солнцу, но перед ней – черный мрак, подумал он.

Но и зрелище поверженного брата было столь же печально.

– Джонни твой сын? – глухо переспросил Чэд, с трудом приподнимаясь на локте.

– Неужели ты не видишь, что Кэрол больна? Не верь тому, что она сказала. Может, она и убеждена, что это правда, но я-то не убежден, – устало ответил Сокол.

– А что, если это все-таки правда? – прошептал Чэд.

– А если нет? – возразил Сокол. – Если она сошла с ума, так хоть ты сохрани остатки разума.

В эту минуту он ощутил, как рука Ланны прикоснулась к его плечу: она была бледна, но в глазах ее чувствовалось облегчение от того, что самое страшное уже позади. Безмолвное послание Соколу, которое не мог услышать ни один из стоявших рядом. То постыдное и мерзкое, что постоянно окружало его, вдруг отступило, и Сокол улыбнулся с тем же самым чувством облегчения, что и она. В его жизни появилась женщина, на которой он женится. Она подарит ему сына или дочь, как получится. И он сделает все, чтобы они все были счастливы.

– Нам пора седлать лошадей и ехать, – тихо сказал он.

Ланна прикоснулась к разбитой коже на его лице, кивнула и обняла Сокола за талию. Он тоже обнял ее, и они медленно пошли прочь, оставив всех на поляне.

– Бедная Кэрол, – прошептала Ланна.

– Да, – только сейчас Сокол понял, что бумага, которую сунула ему Кэрол, так и осталась у него в руке. Скомкав, он положил документ в карман.

– Ты считаешь, что бумажка имеет какую-то законность? – спросила Ланна растерянно.

– Не знаю. Сомневаюсь. Ведь ты подписала ее под воздействием наркотика.

– Но меня это совершенно не волнует, – проговорила Ланна, глядя на него, и глаза ее вспыхнули. – Деньги мне никогда не были нужны. Но теперь у меня есть то, о чем я всегда мечтала. – С легким вздохом она положила голову ему на плечо.

Теплая волна захлестнула Сокола. Он посмотрел на небо – такое чистое и ясное, которое терялось где-то в бесконечной дали. Он крепче обнял Ланну, прижимая ее к себе.