Ботоксные дневники - Дженис Каплан

— Сначала нужно покончить с более важными делами, — озабоченно заявляет Люси, сидя за столом в своей библиотеке. Перед ней — наброски двенадцати вариантов сценария. Сценария объяснения между ней и Дэном. — Самое главное — вернуть его во что бы то ни стало, — говорит Люси, заглядывая в блокнот. — Поэтому первый вариант таков: сегодня вечером я отправляюсь на его корпоративную квартиру. Там снимаю с себя плащ, под которым нет ничего, кроме пояса и ажурных чулок.

— Дождевик на голое тело? — Я с сомнением качаю головой. — Прямо как эксгибиционистка.

— Но ведь это плащ от «Берберри», — возражает Люси.

— Ну, тогда ты будешь эксгибиционисткой из высшего общества, — не сдаюсь я. — К тому же в это время по телевизору будут идти «Все звезды». Нарядись ты хоть стриптизершей, он не обратит на тебя никакого внимания.

— Что ж, разумное замечание, — соглашается Люси и вычеркивает этот сценарий из списка. — А как тебе понравится менее экстремальный вариант? Завтра я отправлюсь в «Ситинг-прити», сфотографируюсь обнаженной, а потом подарю портрет Дэну?

— Вообще-то неплохо, — говорю я, пожимая плечами, — если, конечно, ты считаешь, что он уже забыл, как ты выглядишь.

— Джесс, неужели ты никогда не слышала о «Ситинг-прити»? Туда ходят все мои знакомые. Такое фото — прекрасный подарок мужу. К тому же клиентки в основном немолодые дамы.

— По-моему, это отвратительно. — Я делаю гримасу.

— Вовсе нет, в особенности после того, как изображение подкорректируют. Женщины на фотографиях, как правило, выглядят восхитительно. Там работают настоящие мастера своего дела, умеющие как следует использовать освещение. Кроме того, Отто — лучший художник к востоку от Лас-Вегаса. Если имеешь дело с ним, можно забыть о липосакции. Его услуги гораздо дешевле и безопаснее. Во всяком случае, с бедрами Мадонны он сотворил настоящее чудо.

— А я считала, все дело в астанга-йоге. Или кабалистике.

— Кабалистика! Об этом я как-то не подумала! — Люси добавляет еще один пункт к своему списку. — Возможно, стоит этим заняться.

— Лучше помолись о всеобщем мире. Или о ноябрьском рейтинге нового шоу.

— Ладно, пойдем, мне нужно еще кое-что сделать. — Люси швыряет блокнот на стол. — Знаешь, я пробовала даже заняться визуализацией. Ну, представляла себе, что Дэн ко мне вернулся.

— Это называется принимать желаемое за действительное.

— Но ведь что-то должно помочь! Вчера вечером я оставила ему сообщение на сотовом. И еще записала песню «Дорогой, возвращайся домой» в исполнении «Ловин спунфул» — всю целиком. А он даже не перезвонил!

— Если бы мне пришлось слушать такую гадость, я бы тоже не вернулась.

— Конечно, Дэну больше бы понравился Боб Дилан, — соглашается Люси. — Но я подумала, что «Времена перемен» не очень подходят к нашей ситуации.

— А какое отношение ко всему этому имеют велосипедные гонки? — спрашиваю я.

— Сейчас расскажу. — Люси смотрит на часы и вскакивает с места. — Скорей, а то опоздаем. Нам еще нужно добраться до мавзолея Гранта.

— Да? Мне казалось, мы собирались поздравить Дэна с победой, а не присутствовать на его похоронах, — язвлю я.

Мы бежим к гаражу и запрыгиваем в машину, потом мчимся по автостраде Генри Хадсона. Неожиданно я замечаю, что мне удивительно удобно сидеть на автомобильном сиденье, ноги у меня не затекают и я нисколько не опасаюсь за свою жизнь.

— Эй, а почему мы едем на «вольво»? — спрашиваю я. — Что случилось с твоим «порше»?

— Он не соответствует моему имиджу, и мне пришлось его продать, — объясняет Люси, степенно ведя машину на скорости пятьдесят пять миль в час. — «Вольво» гораздо больше подходит для семейной женщины, ты не находишь? Я вдруг подумала, что Дэну будет приятно увидеть меня за рулем такого автомобиля и он поймет, что я…

— Что ты сошла с ума? Ты меняешь машины так же часто, как другие — нижнее белье.

— Черт, забыла надеть красивое белье! Как ты думаешь, оно мне сегодня понадобится? Мы могли бы быстренько заехать в «Ла Перла».

Мне бы хотелось ответить утвердительно, но я уже ни в чем не уверена. Дэн не отвечает на заигрывания Люси, а позавчера откровенно намеревался приударить за мной. Я, конечно, не настолько наивна, чтобы решить, будто стала для него «одной-единственной». Тем не менее сам факт того, что Дэн не исключает для себя возможности близких отношений с кем-то, помимо Люси, заставляет меня волноваться за подругу.

Движение в верхней части Бродвея перекрыто в связи с проведением велогонки, но Люси удается уговорить охранника, и он разрешает нам припарковаться на площадке, выделенной для автомобилей участников соревнований.

— Неудивительно, что он тебя пропустил, — говорю я, посмотрев на подругу, вылезающую из машины в своей узкой юбке и туфлях на высоких каблуках. — Твой прикид выглядит точно так же, как у участников «Тур де Франс».

— Конечно. Все французское, от Диора. — С этими словами Люси достает из сумочки солнцезащитные очки «Персол» — естественно, совсем не похожие на те, которые она надевала, садясь за руль «порше». — Я впервые присутствую на гонках с участием Дэна, — сообщает Люси, когда мы идем к месту старта — туда, где у подножия монумента уже начинают собираться болельщики. — Красивое место. Столько лет живу в Нью-Йорке и ни разу здесь не была.

— Вспомнила старую шутку, — говорю я, рассматривая величественное мраморное здание, расположенное в центре небольшого парка. — Кто похоронен в могиле Гранта?

— Грант, — говорит Люси.

— А вот и нет. Никто.

— Конечно, Грант. Это ведь его мавзолей.

— Попалась! — Я смеюсь так же счастливо, как смеялась во втором классе, когда в последний раз загадывала эту загадку. — Он похоронен не в могиле, а в мавзолее! В этом огромном сооружении над землей. Ха-ха! Ясно? А могилы вообще никакой нет. Теперь понятно?

Люси вздыхает:

— Да, Джесс, я поняла. И даже могу сказать тебе, почему нельзя открывать холодильник, когда в нем стоит салат, — потому, что он не заправлен. А еще я знаю, что часы выбрасывают из окна, чтобы увидеть, как летит время. Но мы пришли сюда посмотреть гонки. Так что сосредоточься.

Тут наше внимание привлекают участники велогонки в пестрой, словно карнавальные костюмы, форме. В последний раз глотнув минеральной воды «Гэторейд», они выстраивают свои «треки» и «кэннондейлы» в одну линию. Если учесть, что велоспорт для них всего лишь хобби, их лица кажутся чересчур серьезными.

— А где же Дэн? — спрашиваю я.

— Вон там, в серебристом шлеме, — уверенно заявляет Люси. — Я сама его ему покупала.

— Похоже, это довольно популярная модель, — говорю я, оглядывая мускулистых, хорошо сложенных гонщиков в абсолютно одинаковых серебристых шлемах. С такого расстояния они кажутся неразличимыми.